За гранью - Микаэль Крефельд

2013 год

В стылом подъезде остро воняло мочой. На четвертом этаже Томас в темноте стоял перед дверью, за которой жил Игорь. Квартира находилась в квартале, соседствующем с заброшенной соевой фабрикой, в районе Брюггена. Расположенный на взморье, этот комплекс первоначально был задуман как район эксклюзивной застройки, но из-за начавшегося кризиса миллионеры туда так и не приехали. Зато вся округа в ускоренном темпе превратилась в гетто, где селились социально неблагополучные элементы, и с наступлением темноты тут уже никто не чувствовал себя в безопасности.

Ремешок полицейского жетона натирал Томасу шею. Ощущение было такое, словно вернулись старые дни: опять он стоит в подъезде, чувствуя прилив адреналина. По его просьбе Миккель нашел в базе автомобильный номер Игоря, по которому отыскался адрес. Миккель предостерег Томаса, чтобы тот не вздумал делать никаких глупостей, которые дали бы Браску повод окончательно выгнать его из полиции. Но Томас сейчас хотел только одного: проникнуть в квартиру Игоря и проверить, нет ли там следов, по которым можно было бы узнать судьбу Маши.

Томас наклонился и осторожно приоткрыл почтовую щель. В прихожей было темно и внутри не слышно ни звука. Он выпрямился и вынул из кармана набор отмычек. Выбрав отмычку, подходящую по размеру к замку, он засунул ее в отверстие цилиндра. Поиски в базе показали, что у Игоря была судимость и условный срок за мошенничество. К сожалению, этого было недостаточно для того, чтобы выдворить его из страны, но при малейшем проступке Игорь должен был на несколько лет отправиться в тюрьму, а затем получить билет в один конец в Минск или как там называлось место, откуда он приехал.

Томас чертыхнулся, копаясь в замке. Руки у него тряслись, и никак не получалось повернуть зубчики цилиндра. В конце концов Томас понял, что это безнадежно, и отступил на шаг от двери. Он замахнулся ногой и так двинул, что коробка не выдержала и вышибленная дверь распахнулась. На миг Томас застыл, прислушиваясь, но все было тихо. Тогда он зашел в прихожую, а из нее в комнату.

По-видимому, Игорь отпустил уборщицу в вечный отпуск, ибо вся комната была завалена полупустыми бутылками, как после дикой попойки. Томас обратил внимание на серебряную трубочку, блеснувшую на журнальном столике между бутылками. Рядом с трубочкой оставались следы белого порошка. Пройдя через гостиную, он вошел в спальню. Кровать стояла неприбранная, а по полу была раскидана одежда. В затхлом воздухе воняло потом и пивными опивками. Перешагнув через лежащий на полу использованный презерватив, Томас подошел к гардеробу, занимавшему всю заднюю стену. Проверяя содержимое шкафа, он во всех отделениях обнаружил кое-как распиханную мужскую одежду. Когда Томас раскрыл последнюю створку, все содержимое этого отделения чуть не вывалилось ему на голову. Шкаф был набит всяким хламом, это отделение служило Игорю вместо чулана. Томас нагнулся и начал перебирать вещи. Чего там только не было, начиная от старых квитанций, порножурналов, футбольных бутс, кончая гитарой без струн. Он высыпал на пол несколько картонных коробок и просмотрел их содержимое. После того как все разобрал, заметил в самом дальнем углу шкафа смятую фотографию. Он взял ее и разгладил. Томас тотчас же узнал девушку, сидящую рядом с Игорем на капоте черного «БМВ». Это была Маша. Томас засунул снимок себе в карман. Он нашел, что искал, но обыск на этом не кончился. Он хотел найти что-нибудь на Игоря – улику, от которой тот не сможет отвертеться. Следы кокаина на журнальном столике и хронический насморк Игоря подсказывали, что в квартире могут храниться наркотики. По опыту, вынесенному из бесчисленных, проведенных ранее обысков, Томас знал, что мелкие распространители преимущественно используют в качестве тайника три места в квартире. Они прячут свое добро либо под кроватью, либо в холодильнике, либо в сливном бачке. Он нагнулся и посмотрел под кровать. На первый взгляд там ничего не было, тогда Томас пошарил по днищу. Вскоре он нащупал маленький пластиковый мешочек, приклеенный между матрасом и днищем кровати. Он достал мешочек и увидел, что там насыпан какой-то белый порошок. Как догадывался Томас, это был кокаин или амфетамин. Игорь оказался более предсказуемым, чем большинство ему подобных.

Тут из прихожей послышались русские ругательства. Томас засунул мешочек себе в карман и вышел из спальни в гостиную. У входа весь красный от злости стоял Игорь. Завидев Томаса, он выпучил глаза и замотал головой, словно не мог прийти в себя от изумления:

– Ты? Какого черта?

Стиснув кулаки, он шагнул навстречу Томасу.

Томас спокойно выставил спрятанный на груди полицейский жетон.

– Да, Игорь, это я – Томас Раунсхольт, следственный отдел полиции Копенгагена.

Игорь замер и как громом пораженный уставился на полицейский жетон.

– У тебя в квартире произошел взлом.

– У меня – что?

– Произошел взлом, – отчетливо повторил Томас. – Кто-то, по-видимому, вышиб дверь и проник в квартиру.

– Какого черта ты тут делаешь?

– Я оказался поблизости в момент происшествия. К счастью, они ничего не успели вынести. Даже не забрали наркотики, которые я нашел у тебя под матрасом. – Он вынул из кармана мешочек и помахал им перед носом Игоря.

– Это… это не мое.

– Ну конечно не твое, – криво усмехнулся Томас. – Однако я думаю, что технический отдел поработает на славу, переворачивая твою квартиру. После них вид у нее будет такой, словно тут все пропустили через бумагорезку.

– Дерьмо! – только и сказал обескураженный Игорь.

– Это слово очень точно описывает ситуацию, в которой ты оказался. Сядь на диван, у нас будет разговор. Побыстрее!

Игорь послушно сел.

– С твоим послужным списком, Игорь, ты надолго сядешь за решетку, а затем я буду иметь честь посадить тебя на самолет.

– Кто меня сдал?

Томас сверху посмотрел на него: