Перед падением - Ной Хоули

Взгляд Скотта устремлен в пол, но он чувствует, что Лейла и Магнус смотрят на него.

Лейла, чьи глаза широко раскрыты, кивает и осторожно прикасается к его руке.

– Поразительно! – восклицает она. При этом, однако, не вполне ясно, что имеется в виду: то, что Скотт едва не опоздал на роковой рейс, или то, что он все же попал на борт самолета.

Скотт бросает взгляд на Лейлу. Она неотрывно смотрит на него. Скотту кажется, что так должна смотреть на хозяина маленькая певчая птичка, которая исполнила свою арию и теперь ждет, что в ответ ей насыплют в кормушку семечек.

– Послушайте, – с некоторой досадой говорит он, – с вашей стороны очень любезно встретиться со мной. И я очень рад, что вы хотите устроить в мою честь торжественное мероприятие. Но сейчас мне будет тяжело все это вынести. Сейчас я больше всего нуждаюсь в отдыхе для осознания произошедшего.

Лейла улыбается и кивает. Скотт дал ей то, что в данном случае не смог бы дать никто другой, – свидетельство очевидца. Благодаря этому она словно стала одной из участниц случившегося, доверенным лицом Скотта.

– Надеюсь, вы останетесь здесь, – предлагает она. – На третьем этаже есть гостевые апартаменты. У вас будет отдельный вход.

– Спасибо, – благодарит ее Скотт. – Очень любезно. Послушайте, я не хочу показаться грубым, но мне хочется спросить – зачем все это вам?

Собеседница Скотта в очередной раз затягивается электронной сигаретой и, выдохнув облачко пара, отвечает:

– Дорогой, не делайте из этого проблему. У меня здесь полно свободного пространства. Вы и ваши работы произвели на меня большое впечатление. А вам ведь нужна какая-то крыша над головой? Почему бы не сделать все максимально просто – и для вас, и для меня?

Скотт кивает. Он не чувствует ни напряжения, ни стремления к конфронтации. Он просто хочет понять, чем руководствуется Лейла в своих действиях.

– Я тоже не сторонник того, чтобы все усложнять, – произносит он. – Возможно, вы хотите, чтобы я поделился с вами некой тайной. Или просто желаете услышать историю, которую потом сможете рассказывать на вечеринках, угощая своих гостей коктейлями. Я задал свой вопрос только для того, чтобы между нами была полная ясность.

В течение нескольких секунд на лице Лейлы читается удивление. Обычно люди не разговаривают с ней таким образом. Затем она смеется.

– Видите ли, мне нравится общаться с людьми, совершившими что-то необычное, – признается она. – И еще я люблю натянуть нос телеканалам, транслирующим новости двадцать четыре часа в сутки. Это же настоящие хищники. Сейчас все СМИ на вашей стороне, но дайте срок – и они обратят всю свою мощь против вас. Моя мама прошла через это, когда отец ее бросил. Эту историю полоскали все таблоиды. То же самое произошло, когда у моей сестры возникла проблема с викоданом. А в прошлом году мне пришлось испытать нечто подобное на своей шкуре, когда Тони покончил с собой. Я хотела всего-навсего устроить выставку его работ, а они представили все так, будто это я снабжала его наркотиками.

Лейла продолжает, не отрываясь, смотреть на Скотта. Магнус, сидя на другом конце дивана, ждет, когда ему представится шанс блеснуть.

– Ладно, – говорит Скотт после нескольких секунд молчания. – Спасибо. Мне просто нужно… Понимаете, журналисты наверняка дежурят около моего дома с камерами и диктофонами. А я не знаю, что им сказать, кроме того, что «я просто плыл – и все».

Телефон Лейлы издает короткий воющий звук. Она берет его в руки и смотрит на экран. На ее лице появляется выражение, от которого у Скотта сжимается сердце.

– Что? – спрашивает он.

Она переворачивает устройство дисплеем к нему и показывает сообщение в Твиттере. Наклонившись ниже, Скотт всматривается в ряд цветных символов – прямоугольников, рожиц и прочих непонятных ему значков. Затем переводит взгляд на Лейлу:

– Я ничего не могу разобрать.

– Спасатели нашли тела, – объясняет она.

БЕН КИПЛИНГ

10 февраля 1963—26 августа 2015

САРА КИПЛИНГ

1 августа 1968—26 августа 2015

– ЛЮДИ ИСПОЛЬЗУЮТ СЛОВО «ДЕНЬГИ», словно говорят о неком объекте. Но это чушь, которая идет от незнания.

Бен Киплинг стоял у высокого фарфорового писсуара в отделанной деревом туалетной комнате ресторана «Сопреззи». Обращался он к Грегу Гуверу. Тот находился рядом с ним, у соседнего писсуара, и мочился на его вогнутую белую поверхность. Он делал это так неаккуратно, что мелкие брызги летели вниз, попадая на его украшенные бахромой кожаные мокасины ценой в 600 долларов.

– Деньги – это путь в открытый космос, – продолжал Бен.

– Что?

– В открытый… Это я упрощаю, понял? Деньги – все равно что смазка.

– Ты несешь какую-то хрень…

– Но это не…

Киплинг, закончив, застегнул молнию на брюках. Затем подошел к раковине, подставил руку под диспенсер с моющим средством и стал ждать, когда датчик уловит его тепло и выдаст в ладонь порцию пены. Ожидание затягивалось.

– Ведь вся наша жизнь, то, что мы делаем и что происходит с нами, – это трение, верно? – произнес он. – Каждый день мы идем вперед и пробиваем себе дорогу… – Бен начал нетерпеливо, с возрастающим раздражением шевелить поднесенной к диспенсеру рукой, но пены по-прежнему не было. – … Работа, жена, уличное движение, счета, все это…

Он ощупал корпус диспенсера в надежде найти что-то вроде краника или кнопки, но и это ни к чему не привело.

– Да хватит тебе, чего ты там возишься? – с недоумением спросил Гувер.

Киплинг, сдавшись, перешел ко второй раковине. Гувер, спотыкаясь, перебрался от писсуара к третьей.

– На днях я говорил с Лэнсом, – начал Грег.

– Погоди, – перебил его Бен. – Дай мне закончить. Так вот, всякие житейские трудности – это трение. Оно нас тормозит.

На этот раз диспенсер выплюнул щедрую порцию жидкого мыла. Киплинг с явным облегчением намылил руки.

– Как только человек утром встает с кровати, на него начинают давить всевозможные проблемы, – продолжил он. – Деньги облегчают его положение. Они вроде смазки, которая ослабляет трение. – Бен подставил руки под кран в надежде, что сенсор пустит струю воды. Снова ничего.

– …Черт побери… Чем больше у тебя денег, тем легче. – Отчаявшись, он просто стряхнул остатки пены на пол и подошел к автомату с бумажными полотенцами. Увидев, что он тоже управляется сенсором, Киплинг даже не попытался проверить, работает ли аппарат, и просто вытер руки о брюки своего костюма, сшитого на заказ за 1100 долларов. – …Ты понял, что я хочу сказать? Деньги уменьшают трение. Подумай про бедолаг, которые ютятся где-нибудь в мумбайских трущобах, и сравни их существование с жизнью, ну, скажем, Билла Гейтса. Когда имеешь столько денег, сколько он, в твоей жизни вообще не требуется каких-либо усилий. Ты вроде как астронавт в открытом космосе, в условиях невесомости.