Книга несчастных случаев - Чак Вендиг

Вот что сказала Мэдди приятная молодая женщина с отсутствующим взглядом, от которой пахло приторными дешевыми духами:

Тей (так звали девушку; наверное, сокращенное Тейлор) сказала, что резервуар герметично закрыт и находится в полной темноте, а внутри слой воды толщиной в фут, нагретой до температуры человеческого тела и хорошенько накачанной английской солью.

Она объяснила, что новичкам разрешается использовать резервуар не более часа, но если Мэдди придет еще раз, продолжительность сеанса увеличится до полутора.

– Вы зайдете в резервуар полностью раздетой, но там абсолютно безопасно. Возможно, ощутите невесомость, но новички не всегда освобождаются полностью.

– Хорошо. Я… я не хочу освобождаться. Просто расслабиться.

– Разумеется. – Помолчав, Тей тихо добавила: – Штраф за загрязнение тысяча долларов.

– Штраф за загрязнение?

– Да, – еще тише прошептала Тей. – Любое непреднамеренное высвобождение содержащихся в организме жидкостей или твердых веществ повлечет наложение штрафа.

– А если это будет сделано умышленно?

– Я… э… – С потемневшим лицом девушка тщетно пыталась подобрать нужные слова.

– Успокойтесь, дорогая, я не собираюсь дристать в резервуаре. Ни умышленно, ни без умысла.

– О. Ха! Ага. – Тей кашлянула. – Вы говорили, у вас есть подарочный сертификат?

Мэдди предъявила распечатанный сертификат, который ей сегодня утром прислала по электронной почте Труди.

– А то как же.

– Замечательно. Мне только нужно, чтобы вы подписали заявление об отказе от претензий.

– Жду не дождусь.

* * *

«Я в гребаном гробу», – подумала Мэдди.

«Нет, – тотчас же поправилась она, – я в мокром гробу. В водяной могиле. Это место для мертвецов».

«Может быть, для мертвых пиратов», – подумала она еще через несколько секунд.

Снаружи это совсем не было похоже на гроб. Скорее напоминало большую футуристическую каплю спермы, разработанную компанией «Эппл». Капля светилась драгоценным аквамарином, однако внутри, после того как резервуар закрылся, в нем стало темно, как в глотке дьявола, и тихо, как в могиле.