Папочка ушел на охоту - Мэри Хиггинс Кларк

— Кузов фургона тщательно проверили на наличие следов крови или человеческой плоти, — заверил Натан Клейн босса. — Он и в самом деле врезался в дерево. Это был уже мертвый вяз.

— Значит, пьяный водитель спас владельца дома от неприятностей — ведь мертвое дерево могло во время бури рухнуть на его дом, — заметил Флеминг. — Какой чудесный человек.

Рамси и Клейн улыбнулись. Их босс часто делал подобные замечания. Однако Флеминг тут же перешел к делу:

— В фургоне найден блокнот, принадлежавший Джейми Гордон, но из этого еще не следует, что она сама туда его принесла.

— Совершенно верно.

— А у обитавшего там бродяги не было приводов в полицию?

— Пока мы ничего не смогли обнаружить. Отпечатки пальцев не удалось идентифицировать.

— Ладно. Мы созовем пресс-конференцию в полдень, чтобы сообщить о том, что бродяга мог находиться рядом с комплексом во время взрыва. Насколько я понял, описание бродяг из блокнота Джейми Гордон уже разосланы во все полицейские участки города.

Клейн и Рамси кивнули.

— Полицейские хорошо знают бездомных. Меня не удивит, если они в самое ближайшее время найдут кого-то из них и приведут к нам. Комиссар решил, что мы передадим копию семейной фотографии средствам массовой информации. Однако пресса ничего не должна знать о блокноте Джейми Гордон. Парней из криминалистической лаборатории предупредили, чтобы они держали язык за зубами.

— Мы им так и сказали, — подтвердил Рамси.

— История про бродягу даст средствам массовой информации пищу для размышлений, — продолжал Флеминг. — Они не сомневаются, что дочь Коннелли, пострадавшая во время взрыва, сама его устроила вместе со своим приятелем Шмидтом.

Тим встал, показывая, что встреча закончена.

— Ровно в двенадцать часов, — сказал он. — Кстати, вы неплохо поработали, парни. Впрочем, меня это не удивляет.

Три часа спустя на пресс-конференции было сделано сенсационное сообщение о возможном присутствии бродяги во время взрыва в Комплексе Коннелли. Копии фотографии молодой пары с ребенком стали всеобщим достоянием. После недельных рассуждений о поджоге, который устроили Кейт Коннелли и Гас Шмидт, новая информация позволила репортерам заполнить первые страницы газет свежими гипотезами.

К двум часам дня фотография, сделанная более сорока лет назад в скромном домике на Стейтен-Айленде, появилась в Интернете.

Фрэнк Рамси, в отличие от Натана Клейна, считал, что снимок как-то связан с бродягой.

— Могу спорить, что фотографию кто-то выбросил на помойку, когда наводил порядок в доме, — сказал Натан. — Когда подруга моей жены Сары, Кэт Леблан, потеряла бабушку, ей достались ящики, забитые старыми снимками. Большинство из них были сделаны восемьдесят или девяносто лет назад — кузены бабушки, люди, которых Кэт никогда не видела. Сара спросила у нее, собирается ли она притащить все это домой и засунуть в подвал, чтобы через тридцать или сорок лет их дети выбросили всё не глядя.

— И что сделала подруга твоей жены? — спросил Фрэнк, вспомнив, что у его собственной матери лежат полные коробки фотографий давно умерших родственников.

— Кэт сохранила снимки бабушки. Потом оставила те, на которых были известные ей люди, а остальные порвала и выбросила.

— А я все равно считаю, что фотография из фургона окажется полезной, — настаивал на своем Фрэнк. — И мне очень хочется нанести Лотти Шмидт еще один визит. Ответ по запросу из Внутренней налоговой службы должен прийти сегодня. Если Гас Шмидт действительно заплатил налоги после выигрыша в лотерею, то, как говорит мой отец, я готов съесть свою шляпу.

— Твоей шляпе ничего не грозит, — заверил Клейн. — Я позвоню туда сегодня и скажу, что на этот раз срочно — значит срочно.