Наследие - Бентли Литтл

– Как вы думаете, кто устроил пожар? У братьев могли быть враги?

Он надеялся – и страшился – услышать имя отца. Вот сейчас Патрик скажет: да, был такой Джозеф Най… Снова странное чувство подлинности охватило Стива. Он ясно припомнил голубой дом, свой трехколесный велосипед – и понял вдруг: если это действительно сделал отец, значит, после поджога он как ни в чем не бывало вернулся домой. К нему и к матери.

– Даже не знаю, – подумав, ответил Гил Патрик. – Поначалу я думал: может, тот чокнутый парень, Илайджа? Он бы, пожалуй, мог. Хотя он был такой болван, что непременно все разболтал бы или как-нибудь себя выдал. А вообще врагов у Алекса и Тони хватало. Они, видите ли, в те времена толкали порошок – и подрезали дозы, а покупатели, понятно, оставались недовольны… Черт его знает. Поговорите с бывшей девчонкой Тони, она небось больше знала.

– А как ее зовут?

– Анна… не помню фамилии. Еще бы, двадцать лет назад дело было!

– Может, знаете, где она сейчас?

– Понятия не имею. – На заднем плане послышался раздраженный женский голос, затем треск помех, и Патрик, повысив голос, торопливо сказал: – Ладно, извините, мне пора.

«Анна», – подумал Стив, прислушиваясь к гудкам в трубке. В заметках о пожаре, которые он читал, никакая Анна не упоминалась. Не исключено, что она фигурировала в полицейских отчетах, но к этим документам у него доступа нет.

Не раздумывая, он набрал номер Фрэнка Джонса. Старик взял трубку сразу, и Стив быстро сказал:

– Я ищу Анну, девушку Тони.

– Анну Френч?

На такой ответ Стив и рассчитывал! Он надеялся: если не представляться и задать вопрос быстро, застав старика врасплох, тот что-нибудь да ответит.

– Да, – ответил он.

Тут старик, должно быть, узнал его голос.

– Идите к черту! – заорал он, а затем в трубке раздались короткие гудки.

«Анна Френч». Отлично, теперь у него есть имя и фамилия. Стив отправился в кафе возле колледжа – единственное место, где точно был бесплатный вай-фай, – и, использовав кое-какие из своих рабочих программ, быстро получил информацию об Анне Френч. Как видно, она не вышла замуж – или не стала менять фамилию, – потому что нашлась сразу. Обнаружилась даже фотография. К своему удивлению, Стив узнал эту женщину; где-то он ее уже видел. А прочтя анкетные данные, сообразил, где: она – одна из выпускниц колледжа, к встрече которых он готовил буклет.

«Вот так совпадение!» – восклицают люди в таких случаях. И еще что-нибудь о том, как тесен мир. Однако Стив знал, что мир вовсе не тесен, и в совпадения больше не верил.

Согласно информации на мониторе, теперь Анна работала в школе. Что студентка религиозного колледжа, а затем школьная учительница забыла рядом с бандитом и наркоторговцем Энтони Джонсом, Стив не понимал – но случаются на свете и более странные вещи. Он уже готов был набрать ее номер – тем более что буклет давал прекрасный повод с ней пообщаться, даже ничего сочинять не пришлось бы…

Затем подумал и отложил телефон.

Нельзя объяснять ей, кто он. Нельзя называться настоящим именем, давать ключи к разгадке личности. Он должен остаться безымянной тенью.

Чтобы нельзя было его выследить.

Почему?

Об этом Стив думать не желал.

Он встал и сунул под мышку ноутбук, решив заехать сейчас к Анне, посмотреть, дома ли она. Друзьям Стив не раз говорил, что его работа – нечто среднее между профессиями журналиста и детектива; пожалуй, настал час ощутить себя детективом. Найдет Анну, проследит за ней, выяснит, что…

– Эй, гляди, куда прешь!

Молодой бородатый парень – наверное, студент – толкнул его в плечо так, что он едва не уронил ноутбук. Специально толкнул, мелькнуло в голове у Стива.

– Глаза, что ли, дома забыл, придурок? – добавил парень.

Без раздумий, без колебаний, Стив со всей силы ударил его кулаком в нос – и с наслаждением ощутил, как хрустнул и провалился под ударом носовой хрящ. Брызнула кровь; парень завопил пронзительно, тонко, по-заячьи, каким-то нечеловеческим голосом, согнулся и закрыл лицо руками. Кровь капала у него из-под пальцев и стекала на бороду. Все в кафе вдруг замерли и обернулись к ним, с почти одинаковыми выражениями потрясения и ужаса на лицах. Несколько мужчин угрожающе двинулись к Стиву.

– В полицию звоните! – крикнул кто-то из-за стойки.

Стив бросился бежать.

Подхватив ноутбук и сунув в карман телефон, он вынесся на улицу. Машина стояла недалеко отсюда, на общественной парковке – перед кафе мест не было. Однако бежать прямо туда Стив опасался: вдруг по дороге наткнется на полицейских, спешащих на место происшествия? Поэтому он бросился в другую сторону, решив обогнуть квартал и добраться до стоянки кружным путем. Завернув за угол и убедившись, что никто не бежит за ним следом, Стив перешел на шаг, стараясь побыстрее отдышаться и выглядеть обыденно, не вызывая подозрений.

Ему еще ни разу не случалось по-настоящему драться, и теперь он гордился, что не сплоховал и показал этому наглецу, где раки зимуют. Первый и единственный раз его побили в школе, в пятом классе. Джо Лопренци придрался к нему за что-то и сказал: «Пошли выйдем». Стив ничем его не обидел, не нарушил никаких неписаных правил – Джо просто хотелось помахать кулаками, а Стив оказался рядом. На школьном дворе Джо толкал его в плечо, наступал на ногу, пихал кулаком в грудь и в бок и приговаривал: «Ну что ты, как баба, дерись!» Но Стив даже не пытался бить в ответ – он не понимал как; просто стоял, терпел удары и старался не плакать. А ребята собрались вокруг кружком и смеялись над ним. Наконец Джо это надоело, он плюнул и оставил Стива в покое.

Когда вечером Стив рассказал об этом родителям, мать словно не услышала, молча встала и пошла по каким-то своим делам на кухню. А отец еще долго распекал его за то, что струсил, как девчонка.

Видел бы отец его сейчас – победителя, с разводами крови на костяшках разбитых пальцев! Слышал бы, как заорал тот сукин сын!..

Стив подобрался к парковке с другой стороны и прислушался. Все тихо. Не слышно сирен, не видно патрульных автомобилей. Пригнувшись, он перебежал через парковку к своей машине, не сразу (руки дрожали) открыл дверь и сел за руль. Надо немедленно уезжать. Не хватало только, чтобы его арестовали и отправили за решетку!

Очень аккуратно, останавливаясь на каждом светофоре, отправился он назад, в отель. Бросив взгляд на окровавленные пальцы, сообразил, что хорошо бы вымыть руки – нельзя в таком виде попадаться на глаза Шерри. Заехал на заправку и помыл руки в туалете, с радостью увидев, что костяшки у него не разбиты, вся кровь – того подонка, не его собственная. Поплескал водой в раковину, чтобы смыть следы крови, поднял глаза к зеркалу. Несколько раз глубоко вздохнул – ему все еще не хватало воздуха. Вгляделся в собственное лицо. В нем появилось что-то чужеродное: поначалу он даже себя не узнал. Уши, волосы, глаза, нос, рот, подбородок – вроде бы все как прежде; но все вместе неуловимо и пугающе изменилось.