Ева - Уильям Пол Янг

Лили даже не задумалась, когда задавала свой следующий, уточняющий вопрос:

– Ты имеешь в виду Вечного Человека? Верно?

Ее спутники были не просто удивлены, они были шокированы.

– Я где-то слышала или читала об этом, – попыталась выправить положение Лили. – Мне кажется, пора идти.

Анита обняла ее перед тем, как они стали спускаться по очередному пологому скату.

– Ты нас очень удивила, дорогая, – прошептала она девушке на ухо. – Вечный Человек, говоришь? Интересно, что еще ты от нас скрываешь?

Лили ответила вопросом на вопрос:

– Значит, Господь сотворил Адама в Адонае. Можно ли сказать, что первый человек родился от Вечного Человека?

– Был создан Им и в Нем родился, – ответила Анита. – Господь родил первого человека – это, я думаю, было бы вполне резонное утверждение.

– То есть ты утверждаешь, что Адам был младенцем и маленьким ребенком? – спросила Лили.

– Конечно, был! Сначала был маленьким, а потом вырос.

– А я-то думала, что Господь создал или родил его уже взрослым.

Ее спутники рассмеялись.

– Это все вина мифологии. Из-за мифотворчества среди людей встречаются довольно неоднозначные мнения по этому вопросу, – заявил Гералд. – Неужели кто-то серьезно верит в то, что Адам появился на свет уже взрослым, словно робот, готовый к тому, чтобы его запрограммировали?

Его логика показалась ей убедительной, и девушка задала следующий вопрос:

– Если Адам появился на свет младенцем, чем же тогда его кормили?

– Обычной едой, которой питаются все младенцы, – ответила Анита. – Его вскормил Адонай. Если Господь смог родить Адама, то Он наверняка смог его вскормить, понимаешь? То есть сама идея материнства и заботы о младенце появилась от Бога. Ты со мной согласна?

– В принципе, да, но тогда получается, что у Адоная должна была быть…

– Женская грудь, – закончил за нее Джон. – Вне всякого сомнения, у Адоная была женская грудь, и факт ее существования описан в первоисточниках. В Их груди было материнское молоко.

Джон явно переоценил скорость, с которой могло двигаться кресло-кровать по крутому спуску. Прошло почти три часа, когда они, наконец, подошли к тупику. Перед ними выросла ровная, словно сделанная из стекла, каменная стена.

Все остановились, но Джон, не обращая внимания на препятствие, продолжал идти напролом. Он вошел в стену и исчез.

– Это иллюзия, – послышался голос Джона из-за стены. – Идите спокойно и ни о чем не думайте. Больно будет, только если у вас возникнут сомнения.

– Мог бы предупредить заранее, – пробормотала Лили.

– Извини, забыл. Обычно я бываю здесь в гордом одиночестве.

Лили было сложно убедить себя в том, что это иллюзия. Хотя Джон только что на ее глазах прошел сквозь стену, она казалась монолитной и совершенно неприступной. Лили потрогала ее. Стена была твердой и холодной. Она постучала по ней костяшками пальцев, и звук эхом разнесся по коридору.

– Нет, ты неправильно себя настраиваешь, – послышался голос Джона, и он вынырнул из стены. – Тебе надо просто ее игнорировать. Люди – это существа, которые верят своим глазам. Вот пройдешь пару раз сквозь стену, и тогда перестанешь ее замечать.

Его слова не развеяли ее сомнений.

– Смотри, – сказал Саймон и спокойно растворился в стене, словно она была сделана из тумана.

Остальные Ученые последовали его примеру.

– У меня есть предложение, – сказал Джон, доставая из кармана платок. – Я завяжу тебе глаза, раскручу твое кресло и только потом провезу тебя через стену.

Лили понравилось это предложение, но она не хотела, чтобы ей завязывали глаза.

– Может, я просто закрою глаза руками? – поинтересовалась она.

– Давай так, – согласился Джон и спрятал платок в карман. – Главное – держать глаза закрытыми. Не подглядывай, а то можешь набить на лбу огромную шишку.

– Договорились, – ответила она.

– Готова? – спросил Джон. – Сейчас мы тебя немного покрутим, прокатим в эту сторону, а потом в ту… А сейчас вот сюда отъедем…

Щеки и оголенные руки Лили словно поцеловал туман. В ушах послышался легкий свист. Она вскрикнула и, открыв глаза, увидела, что все они стоят перед бесконечным множеством собственных отражений, словно в павильоне парка развлечений.

– Здорово! – воскликнула она.

– Еще бы! – ответил Джон радостным, как у ребенка, голосом.

– Хорошо ты меня обманул! – сказала она со смехом.

– Я никогда тебя не обманываю, – серьезно ответил Джон. – Со мной можешь быть уверена, я делаю только то, что говорю, – добавил он, усмехнувшись.

С этой стороны стена выглядела как огромное зеркало от пола до потолка. На стенах коридора, в котором они стояли, висело множество зеркал, а в тупике виднелась комната, обставленная как гостиная. Одна из ее стен была полностью застеклена. Из этого окна открывался вид на подводное царство, с кораллами, морскими растениями и красочными рыбами. Солнечный свет освещал дно и морскую флору с фауной.

Лили могла только догадываться, на какой глубине они находятся. Судя по солнечному свету, проникавшему с поверхности океана, Подземелье было расположено как минимум на глубине тридцати метров.

– Так вот какое это самое Подземелье… – задумчиво произнесла она.

– Это всего лишь его жилая часть. Само Подземелье еще ниже. По коридору, в дальнем конце той комнаты, – поправил ее Джон.

В дальней стене комнаты Лили увидела тяжелую дверь.

– В само Подземелье мы пойдем завтра утром. Выбирай себе спальню. Сегодня мы отдыхаем и скоро будем есть.

В общей сложности в этом отсеке оказалось около десятка комнат: спальни, туалеты и ванные, гостиная, кухня и кладовка.

Лили обратила внимание, что Анита и Гералд заселились в одну спальню.

– Они что, рабочая единица?

– Рабочая единица? Странное выражение… – заметил Джон, улыбнувшись. – Наверное, можно и так сказать, если они женаты уже много лет.

– Я и не знала. Думала, они просто друзья и коллеги. А они, оказывается, женаты.

– Лили, насколько я понимаю, женатые люди могут быть близкими друзьями и даже работать вместе.

– А ты был женат?

– Нет, не был. Я был близок со многими женщинами. Все они были по-своему удивительными, некоторые из них были ужасными, но узы брака – это совершенно не для меня.

– Ужасными? – переспросила Лили.

Он вздохнул:

– Ужасной, пожалуй, была одна из моих знакомых. В жизни не встречал никого, кто так любил бы манипулировать людьми, как она. Замечу, что внешне эта женщина была очень привлекательной, даже красивой… крикливой, цыганской красотой. – Джон задумался, охваченный вихрем воспоминаний. – Но эту историю, Лили, возможно, я расскажу в другой раз. Иди выбери себе спальню. «Рабочая единица» скоро появится, и ты сможешь задать все свои вопросы.