Вскрытие показало... - Патрисия Корнуэлл

Люси ничего этого не видела – ее мать упорно нарушала семейные традиции. Представляю, как бедная девочка, вернувшись из школы, попадает в атмосферу пофигизма. Для Дороти приготовление обеда – тяжкий крест, она откладывает этот процесс до последнего. Моя сестра никогда не была для Люси матерью. Порой я даже сомневаюсь, а итальянка ли Дороти вообще.

Я смочила ладони оливковым маслом и принялась месить тесто. Месила, пока не заныли руки.

– А ты можешь закрутить его, как показывают по телевизору? – спросила Люси, оставив терку, и приготовилась увидеть трюк.

Я продемонстрировала свое искусство.

– Ух ты, здорово!

– Это нетрудно, – улыбнулась я, наблюдая, как жгут из теста распрямляется буквально на глазах. – Весь фокус в том, чтобы не наделать в тесте дырок пальцами.

– А можно мне попробовать?

– Сначала дотри сыр, – велела я с напускной строгостью.

– Ну пожа-алуйста...

Люси слезла со скамейки для ног и подошла ко мне. Я взяла руки девочки в свои, намазала ей ладони оливковым маслом и сложила пальцы в кулаки. Странно, что ладони у Люси почти такого же размера, как мои. Когда она только родилась, кулачки у нее были величиной с грецкий орех, не больше. Помню, как Люси тянула ко мне ручонки и хватала меня за указательный палец. Она держалась за мой палец и улыбалась, а в груди у меня разливалось тепло, непривычное и чудесное. Я спрятала кулаки девочки в тесто и помогла ей раскрутить тестяной жгут. Получилось довольно неуклюже.

– Теста все больше и больше, – воскликнула Люси. – Классно!

– Тесто подходит под действием центробежной силы – в старину подобным способом делали стекло. Ты ведь видела витражные окна – на стекле неровности, точно волны, помнишь?

Люси кивнула.

– Стекло раскатывали в большой тонкий блин...

Тут послышался шорох шин по гравию, и мы обе выглянули в окно. К дому подъехала белая "ауди", и настроение у Люси стало стремительно портиться.

– Это он, – кисло произнесла девочка.

Из машины с двумя бутылками вина вылез Билл Больц.

– Люси, он тебе понравится, – увещевала я, ловко выкладывая тесто в форму. – Он просто мечтает с тобой познакомиться.

– Он твой парень.

Я вымыла руки.

– У нас всего лишь общие дела. И потом, мы вместе работаем.

– А он женат? – продолжала Люси развивать мысль, наблюдая, как Больц приближается к дверям.

– Его жена умерла в прошлом году.

– Ой, – смутилась Люси, но ненадолго. – А отчего она умерла?

Я чмокнула девочку в макушку и пошла открывать. У меня не было ни малейшего желания отвечать на вопрос Люси. Неизвестно, как бы она восприняла информацию, особенно в свете последних событий.

– Отошла после сегодняшнего? – спросил Билл, целуя меня.

Я заперла дверь.

– Какое там!..

– Погоди, сейчас я тебя вылечу. Пара бокалов этого живительного напитка – и все пройдет. – Билл кивнул на бутылки, точно это были трофеи удачливого охотника. – Из моих личных запасов. Тебе понравится.

Я коснулась его плеча, и он пошел за мной на кухню.

Люси пыхтела над теркой. Она снова взобралась на скамеечку для ног и нарочно стала спиной к двери. Когда мы вошли, она даже не соизволила оглянуться.

– Люси!

Натереть сыр было, конечно, важнее, чем поздороваться.

– Люси! – Я подтолкнула к ней Билла. – Это мистер Больц. Билл, это моя племянница.

Люси нехотя оставила терку в покое и посмотрела мне прямо в глаза.

– Тетя Кей, я содрала кожу на костяшках. Видишь? – И она продемонстрировала левую ручку. Костяшки слегка кровоточили.

– Ах ты Господи! Подожди, сейчас я принесу пластырь.

– Кусочек кожи попал в сыр, – продолжала Люси: было видно, что она готова разрыдаться.

– Кажется, пора вызывать "скорую", – произнес Билл. Он снял Люси со скамейки, обнял и сцепил пальцы в замок у нее под коленками, чем немало удивил девочку. Получилось живое кресло. Билл завыл, как сирена "скорой помощи", подхватил Люси и понес к раковине. – Алло, "скорая"? У нас тут одна славная девочка ободрала костяшки. Ну-ка, а что нам ответит диспетчер? А он ответит: "Доктор Скарпетта, немедленно окажите пострадавшей первую помощь".

Люси хихикала. Она моментально забыла об ободранных костяшках и с нескрываемым обожанием смотрела на Билла, откупоривавшего бутылку.

– Пусть подышит, – объяснил он Люси свои действия. – Видишь ли, сейчас вино резковато, а через часок будет в самый раз. Со временем оно становится мягче – как и все в этой жизни.

– А мне дадите попробовать?

– Лично я не против, – отвечал Билл с напускной серьезностью, – если твоя тетя Кей позволит. Не хотелось бы, чтобы ты перебрала.

Я укладывала на тесто мясо, овощи и пармезан и поливала все это соусом. Сверху положила кусочки моцареллы и задвинула пиццу в духовку. Вскоре густой чесночный аромат наполнил кухню. Я занялась салатом и сервировкой стола, а Люси и Билл болтали и смеялись.

Мы сильно припозднились с ужином, а вино пошло Люси на пользу. К тому времени как я начала убирать со стола, глаза у девочки уже слипались, и хотя ей давно пора было спать, она отказывалась пожелать нашему гостю спокойной ночи. Биллу удалось завоевать сердце Люси.

– Вот удивил так удивил, – сказала я Биллу, уложив наконец племянницу и вернувшись к нему на кухню. – Ты просто волшебник. От Люси, знаешь ли, можно было ожидать какой угодно реакции.

– Ты опасалась, что она приревнует тебя ко мне? – улыбнулся Билл.

– Можно и так сказать. Ее мать заводит романы практически со всем, что шевелится.

– То есть у нее остается не так уж много времени на ребенка? – Билл снова наполнил наши бокалы.

– Мягко говоря.

– А вот это жаль. Люси удивительная девочка. Умна не по годам. Наверное, пошла в свою тетушку. – Билл отхлебнул вина и спросил: – Чем она занимается целыми днями, пока ты на работе?

– С ней Берта. Обычно Люси торчит у меня в кабинете за компьютером.

– Играет?

– Станет она играть, как же! Да Люси разбирается в компьютере лучше меня. Последний раз, когда я застала ее у экрана, она, вообрази, занималась программированием на "бейсике" и реорганизацией моей базы данных.

Билл уставился на свой бокал. Через несколько минут он спросил:

– А с твоего компьютера можно войти в компьютер в городе?

– Ты на что намекаешь?

– Тогда бы еще ладно... Я просто надеялся... – Билл посмотрел на меня.