Мертвая хватка - Питер Джеймс

Кто-то оставил газету «Мюнхнер Меркур» на другом краю раскладного стола, за которым она сидит в одиночестве у пруда Зеехаус в обширном мюнхенском Английском саду. «Меркур» — одна из двух городских газет. На первой странице снимок большого серебристого автобуса, лежащего на боку, уткнувшись в барьер ограждения. Вокруг бригады экстренных служб в оранжевых жилетах, на носилках видны окровавленные жертвы.

Заголовок, который она мысленно перевела на английский, гласит: «Семь погибших при крушении автобуса на автобане».

Свободно теперь говоря по-немецки, она все еще думает по-английски, по утрам иногда понимает, что сны тоже снятся по-английски. Интересно, пройдет ли когда-нибудь это? В ней германская кровь. Бабка по материнской линии родилась в небольшом городке неподалеку отсюда, и она с каждым днем все сильней ощущает, что ее истинный духовный дом здесь, в Баварии. В любимом Мюнхене.

Этот парк — самое любимое место в любимом городе. По возможности она сюда приходит каждое субботнее утро. Сегодня апрельское солнце не по сезону жаркое — надо сказать спасибо ветерку с пруда. Даже в легкой футболке, лайкровых шортах для джоггинга и кроссовках она сильно вспотела после десятикилометровой пробежки. С наслаждением в один прием выпила полбутылки холодной минеральной воды.

Теперь сидит неподвижно, вдыхая сладкий запах травы и воды, полированного дерева, чистого воздуха. Вдруг учуяла аромат табачного дыма и опечалилась, вспомнив мужчину, которого некогда сильно любила.

Вновь хлебнула из бутылки, потянулась к газете, на которую вроде никто больше не претендует. Всего одиннадцать утра, а в Английском саду уже оживленно. Десятки людей сидят за пивными садовыми столиками, среди них явные туристы, но много и местных, отмечающих начало выходных. Перед большинством стоят кружки с пивом, некоторые, вроде нее, пьют воду или коку. Многие катаются по пруду на лодках и водных велосипедах, вокруг деревянного острова плывет утка с выводком крошечных коричневых утят.

Внезапно прямо к ее столу направилась с весьма решительным видом, крепко стиснув зубы, дама лет шестидесяти, нордического типа, в ярко-красной лайкре, постукивая по дорожке лыжными палками.

Оставь меня в покое, найди другое место, мысленно приказала она, ставя локти на стол и устремляя на даму воинственный взгляд. Подействовало. Женщина протопала дальше, уселась за столик поодаль.

В иные моменты — такие, как этот, — отчаянно хочется уединения, которое можно найти лишь в редких драгоценных случаях. Это одна из самых дорогих радостей субботних утренних пробежек. Надо постоянно думать о многом, а сосредоточиться некогда. Новые наставники каждую неделю подбрасывают на рассмотрение новые мысли. На этой неделе сказали: прежде чем искать новые горизонты, наберись храбрости потерять из виду берег.

Разве она не сделала это десять лет назад?

Снова облачко дыма, опять внезапная боль. Дурной день, дурная неделя. Все вызывает сомнение. Она одинока, подавлена, сомневается в самой себе. Ей тридцать семь, она одна, позади две неудачные связи, а что впереди?

Ничего в данный момент.

Добрый старый немецкий философ Ницше сказал, что, если достаточно долго смотреть в пустоту, пустота посмотрит на тебя.

Ясно, что он имеет в виду. Чтобы отвлечься, она взглянула на первую страницу газеты, прочла сообщение об аварии. Все пассажиры автобуса — члены Христианского общества из Кельна. Семь погибших, двадцать семь серьезно пострадавших. Интересно, что они думают теперь о Боге? Рассердилась на себя за подобную мысль и перевернула страницу.

На снимках велосипедист, удирающий от полиции; еще одна авария на дороге — на сей раз перевернутый «фольксваген-пассат»; репортаж о закрытии фабрики — неинтересно, равно как и фотография школьной футбольной команды. Она снова перевернула газетный лист и заледенела.

Смотрела не отрываясь на печатный текст, не в силах поверить собственным глазам, мысленно переводя на английский каждое слово.

Читала, перечитывала, превратившись в соляной столп.

Объявление. Небольшая колонка. Текст гласит:

«Сандра (Сэнди) Кристина Грейс

Жена Роя Джека Грейса, проживающего в Хоуве на Дерек-авеню 48, г. Брайтон и Хоув, Восточный Суссекс, Англия.

Исчезла десять лет назад, предположительно мертва. В последний раз ее видели в Хоуве, графство Суссекс. Рост пять футов семь дюймов (170 см), худощавого телосложения, волосы светлые, длиной до плеч (в момент последней встречи). Если никто не представит свидетельств, что указанная личность жива, она будет официально признана умершей. Свидетелей просят обращаться в контору „Эдвардс и Эдвардс“ по следующим адресам».

Она все смотрела, читала и перечитывала.

Снова и снова.