Чертовка - Джим Томпсон

— Я н-не знаю… — Она приподняла голову с моей груди и взглянула на меня. — Что… о чем ты?

— Я нашел эти деньги.

— Ах, Долли, — опять зарыдала Джойс. — Прошу тебя! Не надо больше, я просто н-не выдержу, если ты будешь и дальше меня обманывать…

— Я тебя не обманываю. Понимаю, что это звучит дико. Черт возьми, да я сам едва могу в это поверить. Но это правда.

— Н-но это…

— Говорю же тебе! Я расскажу, если только не будешь перебивать. Так хочешь, чтобы я тебе рассказал, или нет?

Она всхлипнула и снова на меня посмотрела. Я думал, она так и будет молча на меня глядеть, но она наконец кивнула:

— Л-ладно, Долли. Но, п-пожалуйста, не надо… если это неправда, не надо…

— Что ж, — сказал я, — я ведь не могу гарантировать, что ты мне поверишь. Я боялся, что мне никто не поверит, поэтому мне так трудно решить, что делать.

— Я х-хочу тебе верить, милый. Хочу этого больше всего на свете.

— В общем, это случилось вчера вечером. Один из моих клиентов, неплательщик по имени Эстил… короче, я узнал, что он живет на Вест-Эгню-стрит. Я подъехал туда, но никого там не нашел. Даже если он там и жил, то уже свалил оттуда. Тогда я взял в машине фонарик, зашел внутрь и…

— Зашел внутрь? — Она нахмурилась. — Зачем?

— Зачем? — переспросил я. — Если бы ты когда-нибудь собирала долги, ты бы об этом знала. Если бы ты, конечно, работала на такую лавочку, как «Рай низких цен». Мы всегда заходим в дом, если нам это удается. Понимаешь, вдруг увидим телефонный номер на стене, а может, какое-то старое письмо на столе. Словом, то, что поможет взять след неплательщика.

— А, — выдохнула Джойс. Она уже меньше хмурилась, и взгляд ее стал менее недоверчивым. — Продолжай, милый.

— И вот я вошел, осмотрел все комнаты, но ничего не смог найти. Ни обрывка бумаги, ни адреса — ничего. Мне показалось… в общем, мне показалось, что кто-то приложил немало усилий, чтобы в доме ничего не осталось. Казалось, они вымыли и вычистили весь дом, перед тем как уехать. Это было очень странно, понимаешь, о чем я? Мне стало любопытно. Я продолжал осматриваться, пока наконец не нашел этот… портфель, он лежал на полке в глубине одного из шкафов в спальне. Я откинул крышку и заглянул внутрь — и, знаешь, милая, просто обалдел…

Я прервался, чтобы закурить. Предложил сигарету Джойс, бросив на нее беглый взгляд, а потом сделал глубокую затяжку. Похоже, она попалась на удочку. Наживка была хорошая, и она охотно ее заглотила.

— И как, ты говоришь, звали этого человека, милый? Того, кого ты разыскивал, когда…

— Эстил, Роберт Эстил. Его карточка у меня в кармане — если хочешь, можешь посмотреть.

Она замялась, но потом ответила:

— Нет, нет.

Тогда я вытащил карточку и показал ей. Это действительно была карточка Эстила — все по-честному! — но вот его самого я бы, черт подери, честным не назвал. Мы выудили из него два платежа, а потом он устроил фокус с исчезновением.

— Я и пустой дом могу тебе показать, — предложил я (и это была правда). — Это номер тысяча восемьсот двадцать пять по Вест-Эгню. Если хочешь, съездим туда прямо сейчас.

— Нет-нет, это не обязательно. Я… А сколько там денег, Долли?

Я хотел соврать, что там тысяч пять-десять или что-то в этом роде. Потому что с мыслью об этой сумме она еще могла смириться, а вот о большей… Надо было только внушить ей мысль об этой сумме, а дальше все уже было бы довольно просто. Я мог бы сказать… ну, мог бы сделать вид, что я вложил часть денег. Или поставил их и выиграл. Или… или сделал что-то, чтобы выручить кучу денег.

Но я еще не полностью ее убедил. Во всяком случае, не настолько убедил, чтобы ее было сложно разубедить. Если бы она попросила меня показать ей деньги, захотела бы их пересчитать…

Я сказал ей правду.

Она подпрыгнула и чуть не свалилась у меня с коленей.

— Долли! О господи, милый! С-сотня тыс… Наверное, их украли! Или кого-то похитили, и это выкуп, или…

— Они не меченые, — возразил я. — Я знаю. Я проверял их — все в порядке!

— Но что-то здесь не так! Я уверена в этом. Ты должен отнести их в полицию, Долли!

— А представляешь, если с этими деньгами и вправду какая-то темная история? Вполне вероятно, что так и есть. И как я тогда буду выглядеть — бродяга без друзей и связей? Хочешь, я скажу тебе, что произойдет? Если они не выбьют из меня признание, то просто бросят за решетку и будут там держать, пока я все не подпишу.

— Но если ты принесешь деньги, это ведь докажет, что…

— Говорю же тебе, они мне никогда не поверят! Решат, что я просто испугался и заметаю следы. Это самое трудное, и поэтому я так беспокоюсь. Не то чтобы я не хотел оставить себе эти деньги, но какая разница — оставлю я их себе или нет? Странная история. Я сам-то с трудом в нее верю и сомневаюсь, что ты веришь, да и…

Тут я вдруг спустил ее со своих коленей. Пошел на кухню, достал из шкафа бутылку и сделал большой глоток.

Одна мысль мелькнула у меня в голове, пока я разговаривал с Джойс, — мысль о деньгах. И она ударила меня, как молния ударяет по жестяной крыше. Деньги не были мечеными, я знал это. Но что, если за ними и вправду стояла какая-то темная история? Что, если они не принадлежали старухе? А вдруг полицейские или ФБР разыскивали купюры с определенными сериями и номерами…

Я вздрогнул. Потом кое-что вспомнил… и вздохнул с облегчением. Четыре дня назад Мона внесла за меня залог этими самыми деньгами. Будь это грязные деньги, все бы уже завертелось.

Я поставил бутылку обратно в шкаф. Обернулся — а тут Джойс. Она обвила меня руками.

— Я верю тебе, Долли, — сказала она, и в ее голосе звучало отчаяние. — Я верю каждому твоему слову.

— Что ж, черт возьми, — ответил я, — буду с тобой честен. Я бы не стал тебя особенно винить, если бы ты мне не поверила.

— Ч-что ты собираешься делать, Долли? Мы не можем оставить деньги у себя.

— Ну, я не знаю, — сказал я. — То есть — а что еще нам остается делать? Не то чтобы я не хотел их у себя оставить, но даже если…

— Нет! Ах нет, милый. Должен быть какой-то способ…

— Какой? Назови мне такой способ, чтобы я только не угодил в тюрьму и не остался гнить за решеткой до конца своих дней.

— Ну-у… Ну почему тебе не обойти округу и не попытаться кое-что выведать? Выясни…

— Как же! Чтобы привлечь к себе побольше внимания и чтобы кто-нибудь вызвал полицию? Это не для меня. Я был там поздно вечером, и никто меня не видел. Я пока что вне подозрений — и очень не хотелось бы их вызвать.

— Но мы просто н-не можем…

— Так скажи мне, что мы можем. Просто скажи мне, и я это сделаю. Ты ведь не хочешь, чтобы я попал в тюрьму, правда?