Дочь убийцы - Джонатан Келлерман

Сбежать девочка не могла, но живо представила свой побег. Стиснула кулаки, чтобы ударить водителя по плоскому затылку и заставить его остановиться.

Пустыня. Сколько она сможет продержаться в пустыне?

Не очень долго – спрятаться там негде. Если только дойти до гор. Но там, возможно, еще хуже. Грейс понятия не имела, каково там, поскольку никогда не бывала в горах.

На ней только футболка, шорты и кеды. Высоко в горах может быть холодно, даже летом. Она знала это, потому что, когда Доди жаловалась, что живет, как в духовке, Грейс смотрела на заснеженные горные вершины.

Было слишком темно, чтобы понять, лежит ли в горах снег. Девочка видела только контуры гор, большие и острые.

Как ножи.

– Почти приехали, – сообщил Уэйн. – Как ты?

Ужасно, тупица ты бесчувственная!

– Нормально, – сказала Грейс.

– Немного нервничаешь, да? Это нормально – обстановка незнакомая. Честно говоря, детка, я не представляю, как вы всё это выдерживаете – постоянные переезды, новые семьи… – Мужчина усмехнулся. – Вас тасуют, как карты в колоде. Если подумать, это похоже на азартную игру.

Пассажирка посмотрела на его шею и заметила прыщик сбоку от «хвоста». Если сковырнуть его ногтем, боль будет достаточно сильной, чтобы…

Но затем она поняла, что Уэйн не свернул к «Грезам пустыни». Дорогу, по которой они теперь ехали, Грейс никогда не видела. Узкая и темная. Кнутсен что-то пробормотал о «дебрях» и включил фары дальнего света, так что пространство впереди машины превратилось в холодный белый туннель. Пыль летела из-под колес, как перевернутый дождь. Песок по обе стороны дороги, казалось, уходил в бесконечность.

Затем он везет ее сюда?

Теперь в животе девочки зародился совсем другой страх. Он усиливался, поднимаясь к горлу.

Может, он один из тех?

Грейс пыталась запомнить приметы на пути. Прошло довольно много времени, прежде чем что-то появилось на плоской поверхности пустыни, – но это оказалась большая свалка металлолома. Разбитые грузовики. Часть старого автобуса. Груды колес, железных решеток и что-то похожее на металлические скамьи.

За свалкой началась огороженная территория с надписью: «Водопроводная станция. Вход воспрещен».

Девочка нащупала защелку ремня безопасности, чтобы быстро отстегнуть его, если потребуется.

Уэйн был толстым, и она думала, что сможет убежать от него.

Он принялся напевать, сильно фальшивя.

Внезапно за окном со стороны Грейс появились здания. Стоянка для трейлеров, наподобие «Грез пустыни», только эта называлась «Антилоповые пальмы», хотя вокруг не было ни пальм, ни другой растительности. К своему удивлению, девочка обрадовалась, увидев дома на колесах.

Уэйн не снижал скорости, продолжая напевать. Опять открытое пространство, а за ним – еще одна стоянка для трейлеров. И еще одна. Яркие вывески светились в темноте.

«Утренняя заря».

«Авторай».

Значит, она окажется в каком-то месте, похожем на «Грезы пустыни», но без тех воспоминаний… Ладно, это ей подходит.

Грейс вздрогнула – уговоры не помогали. Она обхватила себе руками и боролась с тошнотой.

Пора переключиться на приятные мысли. Девочка приучила себя к этому, чтобы отгонять неприятные. Это было трудно, но она училась.

Ладно. Дыши. Думай о хорошем… Может, новые приемные родители живут в большом доме на колесах, и у нее будет настоящая кровать… Может, там большой холодильник и ей не придется ждать остатков. Может… Уэйн вдруг свернул на другую дорогу – вот уж где начались настоящие ухабы!

Они приближались к горам.

Нигде не было никаких построек – только стало больше этих странных деревьев. Внезапно Грейс вспомнила, как они называются. Юкка – они ехали через лес из юкк. Еще один поворот, потом еще, и появились деревья повыше. Теперь это были пальмы и еще какие-то, округлые, с пучками маленьких листьев.

Дорога шла по прямой, выбоин на ней стало меньше, и водитель перестал напевать.

Впереди показались ворота. Кнутсен плавно затормозил и остановился. От ворот отходила металлическая изгородь, как в загоне для лошадей, но никаких лошадей Грейс не видела.

Может, они в конюшне или в сарае, спят…

Над воротами висел фонарь, освещавший деревянную дощечку.

На дощечке были выжжены наклонные буквы: