Люби меня до смерти - Эллисон Бреннан

Она еще не полностью оправилась от долгого разговора с агентом Армстронгом. И он, и Эбигейл Резник действовали профессионально и, кажется, не считали, что она связана с убийством или знает что-либо о грязных делах Мортона шесть лет спустя. Люси хотела забыть о том, что произошло, но прошлое, к ее неудовольствию, снова всплыло.

Она не смогла доесть сандвич, все еще чувствуя легкую тошноту, и отправилась в ФОМД пешком, чтобы проветриться. Солнце нерешительно выглядывало из облаков, но мороз не спадал, и Кинкейд поплотнее запахнула пальто.

Переступив порог ФОМД, она удивилась тому, как мало в офисе людей. В конференц-зале Фрэн в полном одиночестве сверяла куверты со списком приглашенных.

– А где все? – спросила Люси.

– Я заказала обед в офис, и мы закончили все, что должны были сделать, а поскольку всем придется работать в субботу, я отпустила их по домам.

– Неужели все действительно готово?

– Остались лишь последние приготовления. В третий раз проверяю список приглашенных. Не хотелось бы, чтобы крупный меценат увидел свою фамилию, написанную с ошибкой.

Люси с трудом скрыла чувство облегчения. Фрэн же оторвалась от списка, посмотрела на нее и нахмурилась:

– Ты выглядишь уставшей.

– Плохо спала ночью.

Кинкейд колебалась, стоит ли рассказывать директрисе о Роджере Мортоне. Фрэн знала о ее прошлом и была одной из немногих, с кем Люси могла открыто поговорить о том, что произошло. Она была очень привязана к Люси и при этом не относилась к ней как к жертве. Скорее наоборот – заставляла женщину много трудиться, зная, что усердная работа поможет ей все преодолеть.

Так как завтра проходило важное мероприятие по сбору средств, Люси решила подождать до следующей недели. Мортон мертв, и за пару дней она сможет прийти в норму. Но сейчас воспоминания прошлого вспыхнули в ней с новой силой, и Люси не хотела больше о нем говорить.

Ей и так было неудобно от того, что вчера вечером она выказала непростительную слабость перед Шоном Роганом. Хотя особого стыда, если честно, Люси не испытывала. Он был немногословен и сумел утешить ее. А потом убедил Кейт оставить Люси в покое, когда та пыталась надавить на него, чтобы он позволил забрать ее домой. Шон согласился с тем, что Люси нужен адвокат для беседы с ФБР, но добавил, что она сама примет верное решение. Такая поддержка удивила ее, не в последнюю очередь потому, что исходила от малознакомого человека. Общаясь с Шоном около месяца, она считала его легкомысленным типом, но вчера мистер Роган раскрылся с неожиданной стороны.

– Коди пока не звонил, – сказала вместо этого Люси, забрав у Фрэн проверенные куверты для сортировки в алфавитном порядке. – Так Прентер предстал перед судьей сегодня утром? Его уже отправили обратно в Хагерстаун?

Фрэн остановилась и, нахмурившись, посмотрела на нее:

– Я думала, Коди все уже тебе рассказал. Прентер не появился.

– Как не появился?

– Может быть, почувствовал западню. У насильников шестое чувство на служителей порядка. Увы, иногда и мы совершаем промашку. Однако у нас доля успешных операций гораздо выше, чем у большинства других организаций, занимающихся подобными делами.

– Прентер поверил мне.

– Может быть, он вычислил Коди… От Лоренцо за милю несет полицией.

– Но Коди проделывал это уже дюжину раз! Он знает, как действовать. И если б извращенец вычислил его или меня, он связался бы с Таней, чтобы позлорадствовать, посмеяться или поугрожать. Он бы не молчал. Это на него не похоже – он на суде-то не мог держать рот на замке.

– Люси, твой диплом психолога вовсе не делает тебя психиатром-криминалистом, – ответила Фрэн. Кинкейд моргнула, удивленная словами Фрэн, но та мгновенно осеклась: – Прости, не хотела тебя обидеть. Ты знаешь, что я считаю твою программу отслеживания преступников лучшей из всех, что мне доводилось видеть. Уверена, она очень поможет полиции. Просто… не думаю, что должна объяснять тебе разницу между общением в Интернете, где можно сто раз подумать, прежде чем написать ответ, и разговором лицом к лицу. Подобные люди отлично умеют скрывать свое истинную физиономию. А потому ты права – может быть, Прентер действительно не преминул бы посмеяться над тобой, если б распознал в Коди полицейского. А может, ты ошибаешься, и он хочет исчезнуть и не собирается снова попадать за решетку… Скорее всего, твой виртуальный знакомый струсил. Так или иначе, он не пришел.

– Ты права. Наверное, мне стоит самой выйти с ним на связь…

– Не думаю, что это мудро. Если он заподозрит в тебе полицейскую или узнает, что ты сотрудничаешь с полицией, то может перейти черту.

– Но Прентер не знает, кто я такая.

– Верно, но на следующей организованной им встрече он может напасть на наших добровольных полицейских. Если мужчина свяжется с тобой, действуй. Но не инициируй контакт сама, хорошо?

Люси нехотя согласилась. Ей не нравилось действовать пассивно, лишь реагируя на происходящие вокруг события.

– Впрочем, есть и хорошие новости. Помнишь, пару месяцев назад ты работала над делом семилетней девочки. Отец снимал с ней порно и выкладывал его в Интернет.

– В Атланте? Как я могу забыть?

– Он во всем признался вчера, когда ему предъявили дополнительные доказательства, обнаруженные ФБР на ее компьютере, плюс результаты медицинского освидетельствования девчушки. Его посадили на восемнадцать лет.

– Отлично! А мать нашли?

– Нет, к сожалению. Многие годы она сидела на игле – может, мертва, а может, уже настолько опустилась, что и имени своего не помнит. Зато нашли бабушку по материнской линии, и та с радостью согласилась взять опекунство над девочкой.

Ребенок нуждается в длительном лечении у психолога, а главное, в искренней любви. Люси была уверена, что любовь, помощь и сильная воля помогут малышке выжить и построить нормальную, счастливую жизнь.

Но можно ли считать хоть одну жертву сексуального насилия полностью нормальной? Жертвы никогда не забывают совершенные над ними надругательства. Однако могут научиться жить с этим, мириться с болью и ужасными воспоминаниями. Будет нелегко, но как иначе обрести гармонию в будущем?

Фрэн обняла Люси:

– Надо уметь праздновать свои победы. Если Прентер выйдет на связь, дай мне знать. А так, увидимся завтра, о’кей? Отправляйся домой и отдохни.

– Так и сделаю. Спасибо.

Люси подняла свою сумочку, выглянула из окна и заметила, что солнце уже село и морозный ветер гоняет снежинки по улице. Она настолько устала после почти бессонной ночи, что решила поймать такси.

* * *

Чертова сука ловит такси.

Я вижу, как Люси открывает заднюю дверь машины, как осматривается, глядит прямо на меня, но не видит – я сижу в закусочной, где она ела пару часов назад.