Завтра нас похоронят - Эл Ригби

— Думаю, мы найдём другие дела, — Ланн вздохнул. — Сообщите нам, если что-то обнаружите?

— Конечно. Будьте осторожны по дороге.

— Тогда мы вас оставляем. Идёмте, герр Ларкрайт.

Когда они уже снова шагали по раскисшей земле, Карл тихо спросил:

— Вы доверяете ему?

Рихард, не останавливаясь, снова закурил. Ветер бил прямо в лицо, и комиссару постоянно приходилось прикрывать сигарету ладонью. Поморщившись, он наконец ответил:

— У меня хотя бы есть причины ему доверять. И я постараюсь делать это.

— Но вы не сказали ему о Леонгарде и его новой программе…

— Позже, — покачал головой Рихард. — Вильгельм любит рубить с плеча. Сунется к Леонгарду — обломает все зубы, потому что врагов у него пока больше, чем друзей, — какой бы пост он ни занимал. И… любовь слепа и безрассудна, Карл…

Произнося последние слова, Рихард запнулся и быстро взглянул на своего спутника. Ларкрайт не смотрел на него: всё его внимание по-прежнему поглощала грязь под ногами. Комиссар ускорил шаг. До машины они шли молча. Уже заведя мотор, Ланн снова взглянул на инспектора: щёки у него горели от холода. Комиссар завёл мотор и посмотрел вперёд — видимость была нормальная, но всё же он включил фары.

— Мы ведь поможем им… правда? — голос Карла звучал сипло и тихо.

— Управленцам? — усмехнулся комиссар.

— Крысятам.

Рихард вздохнул и крепче сжал руль, до предела вдавливая педаль газа. Он не знал, что ответить. И не знал, зачем вообще ввязался в подобный «военный союз». Может, что-то внутри него ещё верило, что Аннет жива. А может…

— Постараемся, — ответил он.

Разбрызгивая грязь, машина неслась вперёд. Инспектор Ларкрайт смотрел в окно на силуэты чахлых деревьев. К тому моменту, как удалось выехать на ровную дорогу, он уже дремал, прислонившись виском к стеклу. Вскоре голова склонилась на грудь. Видя, что очки падают с носа, комиссар Ланн поймал их, быстро спрятал в карман пальто инспектора. Внимательно посмотрел на спящего молодого человека и отвернулся. Если бы когда-то у него был сын, сейчас ему было бы чуть больше, чем Карлу.

Мимо по пустой дороге с рёвом пронёсся автомобиль на огромных колёсах. Ярко-красных колёсах… Но прежде, чем Рихард успел осознать это, что-то с грохотом ударило по лобовому стеклу и упало на капот. Прокатилось по нему и рухнуло на асфальт.

На треснувшем лобовом стекле остались мутно-алые подтёки. Уже нажимая тормозную педаль и выворачивая руль, комиссар услышал женский хохот и постепенно удаляющийся крик:

— Передай этому выродку Ларкрайту, что мы его ещё поймаем!

От ярости у Ланна потемнело в глазах. Больше всего он хотел сейчас ринуться за чёртовыми Котами. Но должен был попытаться удержать машину от столкновения с идущим вдоль дороги забором. Их всё-таки занесло. От резкого толчка Рихард выругался, но каким-то чудом не выпустил руль. Автомобиль взвизгнул шинами, но наконец послушался, замер.

Карл, проснувшийся от сильного удара о стекло, никак не мог прийти в себя и всё тряс головой. Но кажется, в целом всё обошлось лучше, чем могло бы. Рихард, тяжело дыша, прижался лбом к рулю.

— Ты в порядке? — переведя дыхание и выпрямившись, он взглянул на инспектора.

Тот кивнул, вытирая кровь с виска:

— Мне показалось, Джина…

— Джина… — вздохнув, подтвердил Рихард. — Уроды… — он толкну дверцу машины и направился вдоль дороги назад — на асфальте темнело то, что кинули на их капот. Тело маленькой светловолосой девочки в драном комбинезончике. Шея была свёрнута, личико разбито… И татуировка между большим и указательным пальцем.

Девочка не была похожа на Аннет, но Рихард почувствовал, как его замутило. Выпрямившись, он взял телефон и набрал номер Координационного Центра Полиции. Оттуда кого-то должны были прислать, чтобы забрать труп. Оставаться и ждать он не собирался, как и переносить мёртвое тело в свою машину. Рихард назвал адрес, спрятал телефон и вернулся к автомобилю. Карл, открыв дверцу, пытался взглянуть за спину комиссара, но Ланн толкнул его в грудь:

— Ничего интересного. Труп. Маленькая месть персонально тебе. Поехали.

— Куда? — глухо спросил инспектор, послушно отводя глаза.

Рихард потрепал его по плечу:

— К тебе. И сегодня я остаюсь. Посплю в соседней комнате.

— Почему?

Ларкрайт смотрел на него с тревогой. Но в глубине глаз было что-то ещё. Облегчение? Комиссар не стал задумываться и, заводя мотор, отозвался:

— Потому что не хочу, чтобы завтра на мой капот бросили и твой труп. Мне и так придётся мыть машину. Поехали.