Сыны анархии. Братва - Кристофер Голден

– А поконкретнее никак?

– Ближе к десяти. Антонио звонил Ролли с час назад. Я его еще не видал, но, наверное, он уже где-то здесь.

Джекс кивнул.

– Уж не беконом ли это пахнет?

– У нас тут гриль в кухоньке возле бара. Тор любит готовить завтрак.

– И как, получается?

– Не поджарит приличного оладья даже ради спасения собственной жизни, – чуть пожал плечами Джойс, – но яичница у него – просто фантастика! Вот увидишь.

Джекс прошел в переднюю часть здания, по пути задержавшись лишь ради опорожнения мочевого пузыря. Основная часть бара, занимающая примерно половину площади здания, представляет собой по большей части дубовые балки и толстые доски пола, десятилетиями впитывавшие пролитое пиво и благоухающие каждым годом из них. Тут нет сверкающих латунных перил и зеркал на стенах – клиентура, влекомая баром «Могильный камень», не горит желанием созерцать собственное отражение. Там же находятся кабинки и столы с разнокалиберными стульями, без затей и по делу. За длинной стойкой полки с алкогольными напитками, приткнувшиеся, как книжные закладки, по обе стороны от громадного мраморного надгробия с высеченным на нем полными именем Ролли. И похоже, треклятая могильная плита – единственная штуковина во всем баре, которую кто-либо когда-либо трудился вымыть.

– Доброе утро, Джексон, – сказал Ролли, поднимаясь с табурета у витрины. Со времени последней встречи с Джексом в волосах его прибавилось седины, а живот отвис еще чуток, но он все так же лучился комбинацией тепла, интеллекта и озорства.

– Ролли, – отозвался Джекс, – спасибо за гостеприимство.

Пыр и Рыжий сидели за стойкой в компании Антонио, Тора и Мешок-башки, уплетая завтрак так, что за ушами трещало. Приподняв бровь, Рыжий кивнул, молча давая Джексу понять, что трапеза заслужила его одобрение. Пыр даже не поднял головы от тарелки, и Джекс не удержался от улыбки. Поездка выдалась долгая, и у него самого заурчало в желудке от фантастических ароматов, доносящихся из тесной кухоньки.

Тряхнув Джексу руку, Ролли хлопнул его по плечу.

– Если бы ты дал мне знать, что вы подъедете, я бы хоть зарядил ребят перестелить простыни, – неодобрительно нахмурился он.

Скажи это кто другой, и Джекс усомнился бы, но слово Ролли крепче стали.

– Знаю, брат. Однако не мог.

– Мешок сказал, что-то было не в струю, – заметил Ролли. – Вы, парни, зарулили в четыре утра, так что я волей-неволей должен предположить, что дело неладно. Может, тебе стоит посвятить меня в суть проблемы?

Джекс оглянулся на Мешка с остальными.

– Хочешь здесь или в своем кабинете?

Ролли понял, что он имеет в виду.

– Нынче утром кандидатов здесь ни души. Можешь считать все сказанное здесь столь же сакральным, как все произнесенное в стенах Капеллы.

Джекс неспешно кивнул. Неизвестно, умеет ли Мешок-башка хранить секреты, с Антонио они едва знакомы, но Ролли Джекс верит.

Дверь служебного входа распахнулась, и в нее вошел Блоха, неся большущее блюдо с горой еды.

– Джекс, иди садись, – позвал он. – Тор хочет, чтобы его стряпню ели горячей. Он не давал ей там остыть, но не испытывай его терпение.

Джекс тряхнул головой. Блоха стянул волосы на затылке резинкой, а свою эспаньолку обжал стальным колечком.

– Черт, Блоха… Надеюсь, повар из Тора получше, чем из тебя официантка.

– Садись, жопа, – буркнул Блоха, брякая блюдо на стойку.

– Ты можешь есть и говорить одновременно? – спросил Ролли. Если и в шутку, то ничем этого не выдал.

– Справлюсь, – проговорил Джекс, сглатывая слюнки.

Подойдя к стойке, он взгромоздился на табурет, обмениваясь кивками и приветствиями с остальными присутствующими.

– Вы чё, мужики, все время так питаетесь? – полюбопытствовал он, вонзая вилку в яичницу.

– Пару раз в неделю, когда на Тора находит охота постряпать, – поведал Антонио.

– Эдак мне может расхотеться возвращаться, – изрек Пыр, отодвигая опустевшую тарелку.

Джекс на пару минут позволил себе забыть о деле, уткнувшись в тарелку с пищей и накладывая яичницу на тост.

Когда он опустошил полтарелки, Ролли, пододвинув табурет, сел рядом, держа в руке кружку кофе.

– Ладно, мужик из Чарминга. Твой живот уже урчит не так громко. Не хочешь ли объяснить свое прибытие под покровом тьмы, и, что важнее, почему вы без своих жилетов? Если б я заявился к вам без своего, навряд ли меня ждал бы такой же теплый прием.

Джекс кивнул, промокнув крошки с усов.

– Мы оценили, Ролли. – Он повернулся на табурете лицом к местному президенту так, чтобы как можно больше остальных парней САМКСЕВ могли его видеть. – Сокращенная версия…

И выложил им все.

Когда он закончил рассказ, Мешок-башка отхаркнул полный рот мокроты.

– Чертовы рашены! – И он смачно выплюнул сгусток в свой пустой стакан от сока.

Ролли возложил ладонь на свое неохватное брюхо, в раздумье сдвинув брови.

– Мы тут стараемся не светиться на экранах радаров, чувак, – проронил он. – И ты это знаешь. Мы повидали свою долю разборок, но пытаемся вести дела цивильно, сосредоточившись на прекрасном. Однако семья есть семья. Пока не убедишься, что твоя сестра в безопасности, получишь от нас все, что потребуется. Кровь, пот и слезы.

– Спасибо, брат. – Джекс подался к Ролли: – Я знаю, что ты стараешься не заступать за черту. И мы сделаем все, что можем, чтобы не привести беду на твой порог.

– Точно, – поддержал Пыр.

Рыжий, повернувшийся, чтобы посмотреть, как разворачивается беседа, приподнял свою кружку кофе в знак согласия.

– Чем мы можем помочь? – спросил Ролли.

Джекс втянул ноздрями амбре прокисшего пива, наполняющее бар вместе с теплом и духом товарищества чартера Северного Вегаса. Эти парни делают хорошее дело, и Джексу не хотелось пустить все псу под хвост, тем более когда в Чарминге такая напряженка. Меньше всего на свете охота тащить свое дерьмо под чужой кров.

– Прямо сейчас – только местом, где можно преклонить голову, и кое-какой информацией. – Он по очереди оглядел Блоху, Антонио, Тора и Мешка. – О соперничестве группировок «Братвы» слухи не доходили?

Те вразнобой покачали головами.

Наконец Ролли, погрузившийся в раздумья, пожал плечами:

– У нас есть завязки в местной полиции. Типа, конструктивное сотрудничество, знаешь… И мы можем потолковать с мужиками, связанными крепкими узами с прежними мафиозными воротилами, которые до сих пор прокручивают львиную долю темных денег в Вегасе. Не знаю, насколько они смогут помочь, но попытаться стоит.

Тут кто-то кашлянул в глубине бара, и, обернувшись, все увидели, что в зал вошел Джойс. Давно ли он слушает, Джекс не понял.