Заговор Кассандры - Роберт Ладлэм

Смит глубоко втянул в себя воздух и вошел внутрь. Он уже хотел представиться менеджеру, когда блондинка подняла лицо. На мгновение у Смита перехватило дыхание. Казалось, его София внезапно вернулась к жизни.

— Джон?

Рэнди Рассел не сумела скрыть своего изумления, и ее восклицание вызвало любопытные взгляды коллег. Она торопливо подошла к конторке.

— Пройдем в мой кабинет, — сказала она, стараясь говорить деловым тоном.

Смит вслед за ней вошел в небольшую, но со вкусом отделанную комнату. На стенах висели акварели с изображением побережья Санта-Барбары. Рэнди Рассел закрыла дверь и смерила гостя взглядом.

— Не верю своим глазам, — сказала она, качая головой. — Когда? Как?..

— Рад вновь встретиться с тобой, Рэнди, — негромко произнес Смит. — Очень жаль, что не смог заранее известить тебя о своем приезде. Это решилось буквально в последнюю минуту.

Рэнди прищурила глаза.

— Ты никогда ничего не делаешь без серьезных на то причин, Джон. Как ты узнал, где меня можно найти?

Смит знал, что после трагедии Хейдса Рэнди была назначена агентом ЦРУ в Москве. Однако Клейну стоило немалого труда выяснить, под каким прикрытием она действует и где ее искать.

Смит обвел взглядом комнату:

— Здесь можно говорить, ничего не опасаясь? Рэнди указала на прибор, похожий на DVD-проигрыватель.

— Самое современное устройство для обнаружения “жучков”. К тому же наши чистильщики каждый вечер прочесывают все помещения.

Смит кивнул.

— Прекрасно. Во-первых, я знал, что ты в Москве, но даже не догадывался, где именно. Мне помогли тебя найти. Во-вторых, мне нужна твоя помощь, потому что погиб один хороший человек и я хочу выяснить подоплеку этого.

Рэнди задумалась над его словами. Она умела распознавать обман, даже в устах людей, профессия которых была немыслима без лжи. Инстинкт подсказывал ей, что Смит говорит правду — впрочем, вероятно, не всю.

— Слушаю тебя, Джон.

Смит вкратце объяснил, кем был Данко, потом в мельчайших деталях рассказал о своей встрече с русским, не утаив даже самых отталкивающих подробностей кровопролития на площади Св. Марка. Убийства и насилие нимало не смущали Рэнди Рассел.

— Ты уверен, что наемники не охотились и за тобой тоже? — спросила она.

— Окажись я главным их объектом, уже был бы мертв, — мрачно отозвался Смит. — Но они нацелились на Данко и, только убедившись, что с ним покончено, принялись за меня.

Рэнди покачала головой.

— Рояль-спаситель. Бог мой! Подумать только — ты бросился за ними невооруженный. Тебе повезло, что кто-то другой добрался до них первым. — Она глубоко вздохнула. — Чего же ты хочешь, Джон, — отомстить за Данко или проникнуть в “Биоаппарат”?

— Юрий рисковал своей жизнью, чтобы передать мне некий секрет, — сказал Смит. — Если я его раскрою, то узнаю, кто убил Данко. Но я не сомневаюсь, что кем бы ни был этот человек или эти люди, они связаны с “Биоаппаратом”.

— Что тебе нужно от меня?

— Твои лучшие агенты в России, люди из властных структур, которым ты можешь доверять.

Рэнди повернулась к акварелям.

— Олег Киров, генерал-майор Федеральной службы безопасности. О нем можно сказать теми же словами, которыми ты описал Данко: реалист и патриот, правдив и надежен. Его ближайший помощник — Лариса Телегина. Острый ум, политическое чутье, великолепные навыки работы в поле.

— Я встречался с Кировым, когда работал в ИИЗА США, — сказал Смит. — Однако не настолько хорошо знаю его, чтобы свалиться ему как снег на голову. Ты можешь свести меня с ним?

— Разумеется. Но Киров захочет узнать, действуешь ли ты как официальное лицо. И я, кстати, тоже.

— Я не работаю ни на ИИЗА, ни на другие разведывательные службы. Это истинная правда.

Рэнди бросила на него иронический взгляд.

— Что ж, поверим. — Она подняла руку, предупреждая его возражения. — Послушай, я отлично знаю, как делаются такие дела. И Киров тоже знает.

— Это очень важно для меня, Рэнди... — заговорил Смит, но женщина отмахнулась от его благодарностей, и в комнате воцарилась напряженная тишина. — Я должен сказать тебе кое-что еще, — произнес наконец Смит. — Кое-что личное. — Он поведал Рэнди о своей поездке к могиле Софии, о том, что наконец сумел справиться с горем, вызванным ее смертью. — После похорон я почувствовал, что нам многое нужно сказать друг другу, но мы так и не поговорили. Мы попросту перестали встречаться.

Рэнди в упор смотрела на него.

— Я понимаю, что ты имеешь в виду. Но в ту пору какая-то часть моего сознания продолжала винить тебя в том, что случилось с Софией. Мне потребовалось довольно много времени, чтобы преодолеть свою неприязнь.

— Ты по-прежнему винишь меня?

— Нет. Ты ничем не мог ей помочь. Ты не знал ни о Тремонте и его наемниках, ни о том, что София представляет для них угрозу.

— Я должен был услышать это от тебя собственными ушами, — сказал Смит.

Рэнди посмотрела на снимок в рамке, стоявший на ее столе. Они с Софией сфотографировались в Санта-Барбаре незадолго до трагедии. Прошло больше года, но Рэнди до сих пор не могла отделаться от чувства вины за то, что ее не было рядом с сестрой, когда София более всего нуждалась в ее поддержке. Пока София умирала на больничной койке, Рэнди находилась в тысячах миль от нее, в условиях глубокой конспирации помогая иракскому Сопротивлению, пытавшемуся свергнуть режим Хусейна. Об убийстве Софии она узнала лишь через несколько недель после ее смерти, когда Смит материализовался в Багдаде, словно зловещий джинн.

Потрясенная страшной вестью, Рэнди тем не менее сумела совладать с собой, однако ее отношение к Смиту стало двойственным. Она была благодарна ему за то, что он оставался с Софией до ее последних минут, что сестра не умерла в одиночестве. Однако по мере того, как Рэнди все глубже увязала в трясине, которой обернулся проект Хейдса, она начинала невольно задумываться, действительно ли Смит был бессилен предотвратить гибель ее сестры. Неопределенность буквально сводила ее с ума. Она понимала, что Смит искренне любил Софию и ни в коем случае сознательно не оставил бы ее наедине с опасностью. С другой стороны, стоя у могилы сестры, она не могла отделаться от мысли о том, что Смит мог что-нибудь предпринять, чтобы спасти Софию.

Отогнав мрачные думы, Рэнди повернулась к Смиту.

— Чтобы устроить тебе встречу с Кировым, потребуется некоторое время. Быть может, увидимся позже и выпьем?

— С удовольствием.

Они встретились в ресторане “Шератона” после того, как Рэнди закрыла свою контору.

— Что такое “Бей Диджитал”? — спросил Смит. — И чем конкретно ты здесь занимаешься?

— Неужели люди, которые тебя сюда послали, даже не упомянули об этом? — Рэнди улыбнулась. — Джон, я до сих пор не могу прийти в себя от изумления. Меня назначили руководителем московского отделения преуспевающей фирмы, которая вкладывает инвестиции в перспективные российские разработки в области высоких технологий.