Заговор Кассандры - Роберт Ладлэм

Во второй половине XX столетия доктор Карл Бауэр не только удержал семейное предприятие на передовых рубежах производства легальных препаратов, но и расширил тайные программы разработки биохимического оружия. Словно прожорливая саранча, Бауэр набрасывался на самые благодатные нивы: Ливию Муамара Каддафи, хусейновский Ирак, племенные диктатуры Африки, семейственные режимы Юго-Восточной Азии. Он привозил с собой лучших специалистов, самое современное оборудование; в благодарность его осыпали богатствами, которые перемещались на цюрихские счета набором одной компьютерной строки.

В то же самое время Бауэр поддерживал и укреплял связи с военными кругами как в США, так и в СССР. Великолепный знаток глобальной политики, он предвидел распад Советского Союза и неизбежное поражение обновленной России в борьбе за демократию. Там, где сливались потоки упадка России и крепнущего мирового господства Штатов, доктор Бауэр ловил рыбку в мутной воде.

Бауэр шагнул вперед, приветствуя посетителей:

— Джентльмены...

Обменявшись рукопожатиями, трое мужчин двинулись к крыльцу двухэтажного командного здания, выстроенного в колониальном стиле. По обе стороны роскошного, отделанного деревянными панелями вестибюля располагались кабинеты сотрудников, выбранных лично Бауэром. Эти люди исполняли в комплексе административные обязанности. Дальше по коридору находились тесные клетушки, в которых корпели ассистенты, скармливая компьютерам результаты лабораторных экспериментов. В самом конце коридора были два лифта. Один из них прятался за дверью, открывающейся только магнитной карточкой. Этот скоростной аппарат производства “Хитачи” соединял подземные лаборатории с командным пунктом. Второй лифт напоминал своим видом изящную бронзовую клетку для птиц. Трое мужчин вошли внутрь и несколько секунд спустя оказались в личном кабинете Бауэра, целиком занимавшем второй этаж.

Этот кабинет мог принадлежать колониальному губернатору XIX века. Полированные паркетные полы были устелены старинными восточными коврами; на стенах висели книжные полки красного дерева и предметы искусства южно-тихоокеанского региона. Массивный стол Бауэра стоял у высокого, от пола до потолка окна, из которого открывался вид на территорию комплекса, прибрежные скалы и далекие черные лавовые поля.

— С тех пор, когда я был здесь в последний раз, роскоши изрядно прибавилось, — сухо заметил Ричардсон.

— Чуть позже я покажу вам производственные и жилые помещения, а также комнаты для отдыха, — отозвался Бауэр. — Жизнь в комплексе — не сахар. Мои люди имеют лишь один отпуск в месяц и только на три дня. Затраты на благоустройство вполне оправдывают себя.

— Ох уж эти отпуска... — пробормотал Ричардсон. — Вы предоставляете своих людей самим себе?

Бауэр негромко рассмеялся.

— Ни в коем случае. Мы отправляем их на роскошный курорт. За ними следят, но они об этом даже не догадываются.

— Из одной золоченой клетки в другую, — подал голос Прайс.

Бауэр пожал плечами:

— До сих пор никто не жаловался.

— Это неудивительно, если учесть, сколько им платят, — сказал Прайс.

Бауэр подошел к тележке, заставленной изысканными напитками.

— Не желаете ли что-нибудь выпить?

Ричардсон и Прайс попросили свежий ананасовый сок со льдом и нарезанными фруктами. Бауэр по своему обыкновению ограничился минеральной водой.

Наконец гости уселись, и доктор занял место за своим столом.

— Джентльмены, позвольте мне подвести краткие итоги. Проект, которому каждый из нас отдал пять лет жизни, почти готов принести первые плоды. Насколько вам известно, в период правления администрации Клинтона оспа, которая должна была исчезнуть в 1999 году, получила отсрочку. В настоящее время ее культура имеется в двух местах: в ЦЗЗ — Центре заразных заболеваний в Атланте, а также в России, в “Биоаппарате”. Весь наш замысел полностью зависит от возможности получить образец вируса оспы. Попытки добыть его в ЦЗЗ провалились: там слишком бдительная охрана. Однако в “Биоаппарате” обстановка иная. Воспользовавшись острой нуждой русских в твердой валюте, я сумел достичь определенных результатов и рад сообщить вам, что в ближайшие дни курьер с образцом оспы вылетает из России.

— Ваши русские партнеры гарантируют доставку вируса? — спросил Ричардсон.

— Разумеется. Если случится невероятное и курьер не сможет войти в контакт с нашими людьми, вторая половина денег не будет выплачена. — Бауэр помолчал, облизывая острые мелкие зубы. — В таком случае русских ждут и иные, более серьезные последствия, и они прекрасно об этом знают.

— И тем не менее определенные затруднения все же возникли, — отрывисто бросил Ричардсон. — Я имею в виду происшествие в Венеции.

Вместо ответа Бауэр вложил диск в DVD-проигрыватель. Ровная синева экрана уступила место мелькающим изображениям, потом на нем отчетливо возникла площадь Св. Марка.

— Эти кадры сняты итальянским журналистом, который отдыхал на площади с семьей, — пояснил Бауэр.

— Имеется ли эта запись у кого-нибудь еще? — тут же спросил Прайс.

— Нет. Мои люди немедленно перехватили итальянца. Теперь ему не только не придется тратиться на образование детей — он может уйти на покой. Что он, в сущности, и сделал. — Бауэр указал на экран. — Человек справа — Юрий Данко, высокопоставленный офицер медицинского отдела российской службы безопасности.

— А тот, что слева, — Джон Смит, — добавил Прайс. Он посмотрел на Ричардсона. — Мы с Фрэнком знаем Смита с тех пор, когда он участвовал в ликвидации проекта Хейдса. До того он служил в ИИЗА США. Прошел слух, что у него есть связи в секретных медицинских подразделениях России. АНБ хотело ими воспользоваться, но Смит отказался предоставить свой источник. Сказал, что такого источника у него нет.

— И теперь вы его видите. Это Юрий Данко, — продолжал Бауэр. — Месяц назад ко мне начали поступать доклады о том, что Данко перевели в “Биоаппарат” и он проявляет излишнее любопытство. Едва мы приступили к подготовке курьера, Данко скрылся из страны. Однако он слишком торопился и совершил много промахов. Русские узнали о том, что он в бегах, и сообщили мне об этом.

— И вы напустили на него наемных убийц, — сказал Ричардсон. — Вам следовало выбрать кого-нибудь получше.

— Исполнители имели высочайшую квалификацию, — ледяным тоном отозвался Бауэр. — Я и прежде пользовался их услугами и всегда оставался доволен результатом.

— Но только не в этот раз.

— Было бы лучше настичь Данко еще в Восточной Европе, — признал Бауэр. — Однако это не удалось. Он быстро перемещался, умело заметая следы. Самым удобным для нас местом оказалась Венеция. Как только мои люди доложили о встрече Данко с другим человеком, я сразу понял, что его тоже необходимо ликвидировать.

— Но это не было сделано, — заметил Прайс.

— Промах, который будет исправлен, — сказал Бауэр. — В то время мы даже не догадывались, с кем Данко войдет в контакт. Главное — он мертв. То, что он знал, умерло вместе с ним.