Лучшая половина мафии - Линда Ла Плант

Не желая больше слушать, Тереза с шумом отодвинула стул. Но Грациелла хватила рукой по столу — так сильно, что подпрыгнули тарелки.

— Сядь! Сядь, я сказала! Прояви хоть немного уважения: выслушай меня до конца. Без наших с Софией подписей ты не сможешь продать компанию. Я скорее умру, чем позволю этому человеку использовать наше имя. Лучше уж стереть все с лица земли.

Тереза опять хотела перебить, но София тронула ее за руку:

— Послушай маму. Говори, мама, закончи свою мысль.

Грациелла продолжала:

— Мы знаем маршруты этих судов, расположение складов и цепочку между базами Палермо, Бразилии, Колумбии и Майами. Допустим, мы продадим предприятие тому, кого нам подсунет Барзини, и получим деньги, ваше наследство. После этого можете жить свободно. Если же компания Лучано будет использоваться для незаконного промысла, мы можем обратиться в агентства по борьбе с наркотиками и дать им информацию, которая позволит арестовать и привлечь к суду так называемых импортеров. И это будут не единичные мелкие облавы, а целая сеть, в которую попадутся и крупная рыба, и мальки.

Женщины молча смотрели на Грациеллу, ожидая, что та скажет дальше, но она пожала плечами, как бы говоря: «Это все».

София откинулась на стуле и закурила сигарету.

— Ну что ж, мистер Морено, поскольку вы заинтересованы в этом деле, что вы нам посоветуете? А вообще будет лучше, если вы сами сходите в полицию и передадите нашу информацию — тогда нам не придется рисковать собственными шкурами. А, как вы на это смотрите?

— Хорошо, я схожу, если хотите.

София тихо засмеялась:

— Да я пошутила!

— А я нет. Я могу это сделать. Я позабочусь о том, чтобы ваша информация попала в нужные руки.

София опять засмеялась:

— О Боже! Кажется, он действительно не шутит.

Лука вспыхнул, задетый ее сарказмом.

— Во всяком случае, все вы будете в безопасности.

— Спасибо, Джонни. Я ценю твою заботу. Мы все ее ценим, однако мы еще не решили, что будем делать, а потому пока не можем принять твое предложение.

Грациелла посмотрела на Луку с теплой улыбкой, и он сглотнул слюну, но потом вновь взглянул на Софию. Она сидела в глубокой задумчивости и крутила на скатерти свою золотую зажигалку, прикрыв глаза вуалью темных длинных ресниц.

Наконец она встала из-за стола.

— Если Барзини назначит хорошую цену, мы согласимся и сделаем так, как хочет мама.

Лука вышел за Софией в холл.

— У меня для вас кое-что есть, — сказал он.

София открыла дверь своей спальни. На ее кровати лежал небольшой чемодан.

— Что это?

— То, что вы хотели. Спокойной ночи.

Тереза и Роза перетерли все вилки и ложки.

— Где Джонни? — крикнула София из холла.

Роза вытерла руки. Лицо ее исказилось злобой.

— Его нет. Он ушел!

Зазвонил телефон, и Тереза поспешила в маленькую комнату, которую заняла под кабинет.

София порылась в сумочке в поисках своей записной книжки и сняла трубку. Тереза еще говорила по телефону в кабинете. София хотела было повесить трубку, но услышала мужской голос:

— Это очень большая сумма, синьора Лучано. Не знаю, согласятся ли мои друзья пойти на такие расходы.

Голос Терезы отчетливо прозвучал в трубке:

— В таком случае, мистер Барзини, я могу считать, что вы уже не заинтересованы в покупке?

— Мне надо еще раз все обсудить.

— Сколько это займет времени? Ведь я, кажется, говорила вам про нашу критическую финансовую ситуацию?

— Дайте мне несколько часов — может, меньше.

София вошла в кабинет без стука.

Тереза повесила трубку и, слабо улыбнувшись, подняла голову.

— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь! — сказала София.

— Да, знаю… Это ты была на параллельном аппарате?

— Да. Прости, я не хотела подслушивать, просто надо было позвонить в Рим. Джонни принес мне чемодан, до отказа набитый моделями Нино Фабио. Это какое-то безумие!

Тереза озадаченно смотрела на нее.

— Почему? Разве не этого ты хотела?

— Все более чем странно. Когда я уезжала из Рима, Нино наотрез отказался дать мне хотя бы одну свою модель. А теперь у меня целый чемодан.

— Они имеют какую-то ценность?

— Да, конечно. Его последняя коллекция произвела фурор в Риме и Париже. Он пошел в гору. Но я все-таки не понимаю: как, черт возьми, Джонни их достал?

Согласившись, что Софии надо позвонить и все выяснить, Тереза протянула ей телефонную трубку.

— Какой код Рима?

— Не знаю, позвони оператору. Я полагаю, теперь ты уже не хочешь отказываться от своей доли прибыли? С такими деньгами ты могла бы открыть бутик здесь или в Риме. Мы бы с тобой развернулись!

София сомневалась в том, что сработается с Терезой, которая после приезда в Нью-Йорк стала еще более властной.

— Посмотрим. Сначала я должна поговорить с Нино.

Тереза, Роза и Мойра толпились в спальне, разглядывая модели Нино. Тереза то и дело посматривала на часы. Она волновалась, что Барзини не сможет до них дозвониться: София все еще разговаривала по телефону.

Наконец телефон коротко звякнул: на параллельном аппарате повесили трубку. Тереза облегченно вздохнула.

— Тереза! — позвала София из холла.

— Мы все здесь, в твоей спальне.

София вошла к ним.

— Ты говорила с Нино? — спросила Тереза.

Но София не успела ответить. Зазвонил телефон, и Тереза схватила трубку, успокоившись, прежде чем начать разговор.

— Да, слушаю… Да, как я говорила при встрече… Да, все. — Она посмотрела на остальных и подняла кверху большой палец. — Огромное спасибо. Вы не представляете, как я вам признательна… Да, да, спасибо… — Она повесила трубку и плюхнулась на кровать. — Барзини согласился! Ура!

— Сколько, сколько, Тереза? — завизжала Мойра.

Тереза смеялась и плакала одновременно.

— Пятнадцать миллионов! Счастливого Рождества!