Твин-Пикс. Воспоминания специального агента ФБР Дейла Купера - Скотт Фрост

8 ноября, 5 часов утра

Я не спал всю ночь. Лицо молодой женщины, лежавшей в луже крови, неотступно маячит передо мной. Мне все кажется: вдруг я припомню что-то важное и это поможет следствию. Поэтому я вновь и вновь подробно припоминаю все, что случилось… хотя делать этого очень не хочется… Примерно в половине двенадцатого я потерял из виду мужчину, который… впрочем, нет, у нас нет доказательств, что убийца – мужчина, это лишь мое предположение.

В следующие пятнадцать минут я продолжал идти в том направлении, куда, как мне казалось, пошел мужчина. Я обыскал несколько переулков, пересек десяток улиц – все безрезультатно! Без четверти двенадцать – разумеется, только по моим прикидкам – я сдался и решил пойти домой. И буквально через пару минут обнаружил тело жертвы. Она лежала ничком, полураздетая. Тело было сплошь в колотых ранах. Лицо опухло от побоев.

Теперь я понимаю, что в тот момент я испытал не просто ужас и потрясение… нет, это было нечто большее… Я совершенно уверен, что убийца находился тогда совсем рядом и вполне мог наброситься на меня тоже. И это не интуиция. Присутствие убийцы было абсолютно реальным, таким же реальным, как, скажем, дрожь в моих руках. Не знаю, что за темные силы в ответе за такую чудовищную жестокость. Мне лишь понятно, что они существуют. Мне так нужно найти кого-нибудь, кто помог бы мне разобраться в происходящем и сказал, как с этим бороться. Но где взять такого человека?

Вчерашний вечер начался для меня с того, что я искал тепла и дружеского общения, которых мне так часто не хватает. А в итоге я еще глубже погрузился в пучину одиночества, из которой мне так хотелось выкарабкаться.

20 ноября, час ночи

Мне привиделся ночью кошмар, я проснулся и обнаружил, что на краешке моей кровати сидит Мария. Это был не сон, и, однако, я не могу заставить себя поверить, что все происходило наяву… хотя сердцем чувствую, что это так.

Мария не произнесла вслух ни слова, хотя губы ее шевелились, и мне показалось, что она говорит:

– Остановись!

Я попросил ее помочь мне и придвинулся к ней поближе.

Она мотнула головой и исчезла.

В комнате какая-то удушливая жара… Боюсь, что я схожу с ума.

Снова неясно, когда была сделана следующая запись.

Я… о нет!.. Я падаю, падаю… нет-нет, не трогай ее, не трогай!.. Мария? Нет! Взгляни же! Падаю, падаю… нет! Земля! Вот она! Все ближе, ближе, ближе…

22 ноября, 3 часа дня

Очнулся с криком от очередного кошмара и почувствовал у себя на лбу ласковые руки сиделки. Я в лазарете для студентов. Говорят, у меня два дня был жар и я бредил. Меня нашел Говард: я метался по постели и вопил на демонов, которых теперь могу видеть только в воображении. Я страшно устал и хочу спать… спать – и больше ничего…

22 ноября, 7 часов вечера

Ласковое лицо сиделки – такое же верное средство против инфекции, как самый сильный антибиотик. Я не знаю, как ее зовут, но, если ангелы существуют, она наверняка ангел.

23 ноября, 5 часов вечера

Я снова в моей комнате. Ежели сны действительно зеркало нашего подсознания, то, боюсь, в моем подсознании бушует настоящая буря. Многим мое утверждение покажется спорным, ведь у меня была высокая температура, но я почему-то уверен, что моя болезнь вызвана не только вирусной инфекцией… нет, я знаю: зло, лишившее жизни молодую женщину, было от меня совсем близко и могло меня сразить.

Неужели зло так же реально и осязаемо, как, скажем, эмбрион? Неужели оно парит в живительном воздухе, подобно легчайшему перышку, то и дело проникает в наши судьбы и порой завладевает душами каких-нибудь бедолаг?

Если это правда, значит то, что я недавно испытал, не просто борьба организма с вирусом. Это была битва за мою душу! И на сей раз, надеюсь, я победил.

И еще кое-что по поводу моего выздоровления. В те минуты, когда я приходил в себя и начинал осознавать, где нахожусь, мое внимание немедленно привлекало одно любопытное обстоятельство: белые халаты сиделок, похоже, действовали очень возбуждающе на всех пациентов мужского пола, лежавших со мной на одном этаже. Я тоже не был исключением из общего правила: мой член оживал как бы сам собой, независимо от частей тела, расположенных выше пояса. Сестры воспринимали это спокойно, для них наши мужские органы были как бы радиоантеннами, посылавшими в эфир сигналы о том, что мы идем на поправку.

15 декабря, 9 часов вечера

Наконец-то я встретил человека, которого – впервые со времени моего поступления в колледж! – могу назвать своим наставником… вернее, наставницей. Никто из моих знакомых не мыслит так широко и свободно. Она поэтесса, ученая дама и вдобавок умеет стрелять из лука! Она говорит, я должен заниматься не только духовными, но и физическими упражнениями, чтобы душа и тело пребывали в гармонии. Еще она уверяет меня, что нужно поменьше думать о смерти и побольше – о жизни.

25 декабря, 7 часов вечера

На Рождество я приехал домой. Шарлотта, приятельница моего отца, занимающаяся керамикой, приготовила жареного гуся и подарила мне кофейную чашечку в форме баклажана, которую сделала своими руками.

27 декабря, 11 часов вечера

Я решил, что, пока я дома и у меня есть свободное время, нужно провести его с пользой и испытать на прочность кое-какие физические ограничения, заложенные в человеческом организме, – первым делом те, которые причиняют мне максимум неудобств.

Прежде всего я решил заняться проблемой сна. Ведь мы проводим почти полжизни, уединившись в спальне и погрузившись в мирную дремоту! Да, конечно, сны, которые мы видим, и физический отдых – это безусловные плюсы, но я не понимаю, почему этого нельзя достичь другим путем, не тратя попусту столько времени?

А раз так, то я попытаюсь прежде всего выяснить два обстоятельства. Во-первых, как долго мой организм в состоянии эффективно функционировать без сна? И во-вторых, какой минимальный отдых мне необходим, если я хочу быть энергичным, деятельным человеком? Я решил каждый час делать магнитофонные записи, сообщая о ходе моих исследований.

28 декабря, 12 часов дня

Самочувствие нормальное. Показатели умственной деятельности высокие. Двигательные способности нисколько не нарушены.

Час ночи

Пожалуй, самой сложной проблемой, с которой мне предстоит столкнуться в недалеком будущем, станет прекращение притока кофеина в мой организм. Однако употребление стимулирующих средств обесценит результаты эксперимента, так что я решил провести чистый эксперимент и исключить кофе из своего рациона. Вряд ли кто шел когда-либо на бóльшие жертвы во имя науки. Должен заметить, что чувствую я себя хорошо и могу, как и прежде, тасовать сразу две колоды карт: одной рукой одну, а другой – другую.