Ложная память - Дин Кунц

— Но вы-то так не считаете?

— Нет, потому что Ариман сотворил такое с моими родителями и потому что он так тесно связан с этим заведением. Но большинство местных жителей вовсе не думают об этом институте. Он их не интересует. А если и думают о нем, то с каким-то невнятно-теплым чувством земляка.

— А кто такие Беллон и Токлэнд? — спросила Марти.

— Корнелл Беллон и Натаниэль Токлэнд. Две важные шишки в мире психологии, бывшие профессора. Им принадлежит идея создания института. Беллон умер несколько лет назад. Токлэнду семьдесят девять лет, он на пенсии, женился на шикарной остроумной леди потрясающей наружности — причем богатой наследнице! — лет на пятьдесят моложе его. Если бы вы увидели их вместе, то никогда в жизни не смогли бы понять, что она нашла в нем: он уродливый старик, полностью лишенный чувства юмора.

Марти взглянула в глаза мужу.

— Хокку?

— Или что-нибудь наподобие.

— Так или иначе, но я подумал, что вам полезно будет увидеть это место, — сказал Чейз. — Потому что это каким-то образом, сам не знаю каким, позволяет понять, кто такой Ариман. И дает вам лучшее представление о том, против чего вы выступили.

Несмотря на явное архитектурное влияние Райта, институт выглядел так, словно был предназначен для того, чтобы возвышаться в диких отрогах Карпатских гор, неподалеку от замка барона фон Франкенштейна, постоянно окутанный туманом и поражаемый разрядами молний, которые не столько разрушали, сколько укрепляли бы твердыню.

* * *

После прекрасного завтрака доктор Ариман намеревался проехать мимо жилища Родсов и взглянуть на то, что осталось от него после пожара. Но теперь, когда Скит и очкастое воплощение комиссара Мегрэ сидели у него на хвосте, этот маршрут показался ему неблагоразумным.

В любом случае этот день у него не был полностью посвящен досугу: после полудня его должен был посетить пациент. И Ариман неторопливо направился прямо к своему офису на Фэшион-айленд.

Заехав на стоянку, он сделал вид, что не замечает, как следом туда вкатился бежевый пикап и остановился в двух рядах от его «Мерседеса».

Окна его помещений на четырнадцатом этаже смотрели на океан, но он сначала зашел в приемную специалиста ухо-горло-носа, располагавшуюся с восточной стороны здания. Оттуда открывался вид прямо на стоянку автомобилей.

Регистраторша, что-то яростно печатавшая на машинке, даже не взглянула на Аримана, когда тот подходил к окну. Без сомнения, она решила, что это просто еще один пациент, которому придется дожидаться приема среди остальных сопливых, красноглазых, осипших страдальцев, сидевших на неудобных стульях и читавших слезящимися глазами древние, пропитанные бактериями журналы.

Он сразу же увидел свой «Мерседес» и быстро нашел бежевый пикап с белым тентом. Бесстрашный дуэт вышел из грузовичка. Они разминали ноги, размахивали руками, глотали свежий воздух, очевидно, намереваясь выжидать, пока их объект не появится вновь. Отлично.

Войдя в свой офис, доктор спросил у Дженнифер, секретарши, понравились ли ей сандвичи с соевым сыром и проросшими бобами на ржаных крекерах — ее обычный ленч по четвергам. Получив заверения в том, что они были восхитительны — Дженнифер была просто помешана на здоровой пище и к тому же наверняка родилась лишенной половины положенных человеку вкусовых сосочков на языке, — он потратил еще несколько минут, притворяясь заинтересованным ее теорией о чрезвычайной полезности широкого употребления в пищу вымирающего дерева гингко билоба, и, наконец, закрылся в своем кабинете.

Он позвонил Седрику Хоторну, своему мажордому, и потребовал, чтобы тот пригнал ему наименее заметный автомобиль из его коллекции — «Шевроле-Эль-Камино» 1959 года. Автомобиль следовало поставить на стоянке у здания, соседнего с тем, где находился офис Аримана. Ключи нужно было оставить в специальной магнитной коробке под задним бампером, справа. Жена Седрика могла поехать следом за мужем в другом автомобиле и отвезти его домой.

— Да, и возьмите лыжную маску, — добавил доктор. — Оставьте ее под сиденьем водителя.

Седрик не стал спрашивать, зачем понадобилась лыжная маска. Задавать вопросы не входило в его обязанности. А выполнять свои обязанности он умел очень хорошо. Был очень хорошо обучен этому.

— Да, конечно, сэр, одна лыжная маска.

Огнестрельное оружие у доктора уже было с собой.

Стратегию он выработал.

Все детали игры расположились по своим местам.

Вскоре игра начнется.