Ганнибал - Томас Харрис

Отдел изучения моделей поведения имеет дело с серийными убийствами и находится в цокольном этаже здания. Там всегда царит тишина, а в постоянно холодном воздухе не чувствуется ни малейшего движения. Дизайнеры несколько лет не оставляли попыток придать подземному интерьеру более или менее угрюмый вид. Но результаты их стараний выглядели столь жизнерадостно, как и макияж на лице покойника.

Расположенный этажом выше кабинет начальника отдела сохранил первоначальную отделку, решенную в коричневых и бежевых тонах. Остались там и клетчатые занавеси на высоких окнах. В кабинете, в окружении своих дьявольских папок, сидит за столом и что-то пишет Джек Крофорд.

Раздается стук в дверь. Джек Крофорд поднимает глаза, и то, что он видит, явно доставляет ему удовольствие. В дверях стоит Клэрис Старлинг.

Крофорд с улыбкой встает с кресла. Он и Старлинг часто разговаривают стоя. Это одна из тех немногих неписаных формальностей, которые они привносят в свои отношения. Им не надо пожимать друг другу руки.

— Я узнала, что вы вышли из госпиталя, — сказала Старлинг. — Прошу прощения за то, что я как-то потеряла вас из виду.

— Очень рад, что они быстро оставили вас в покое, — произнес Крофорд. — Расскажите мне о вашем ухе. Как оно?

— Выглядит прекрасно, если вы любитель цветной капусты. Врачи утверждают, что оно придет в норму. Во всяком случае, большая его часть.

Ухо было прикрыто волосами, и Старлинг не проявила желания его продемонстрировать.

Недолгая тишина.

— Они хотели повесить на меня вину за провал рейда, мистер Крофорд. И за смерть Эвельды Драмго. Вначале они вели себя как гиены, а затем вдруг притихли и умчались прочь. Их что-то спугнуло.

— Может быть, у вас есть ангел-хранитель, Старлинг.

— Возможно. Чего это вам стоило, мистер Крофорд?

— Закройте, пожалуйста, дверь, Старлинг, — сказал Крофорд, покачивая головой. Он извлек из кармана бумажную салфетку, тщательно протер стекла очков и продолжил:

— Я все бы сделал сам, если бы мог. Но у меня одного пороху для этого не хватило. Если бы сенатор Мартин[9] все еще оставалась в Вашингтоне, у вас было бы отличное прикрытие… В этом рейде они принесли в жертву Джона Бригема и были готовы точно так же пожертвовать вами. Вышвырнуть из игры. У меня было такое чувство, что я нахожусь во Вьетнаме и гружу ваши тела в джип.

Щеки Крофорда залились краской, и Старлинг вспомнила выражение его лица, с которым он стоял над могилой Бригема. Крофорд никогда не рассказывал ей о своем участии в войне.

— Но вы ведь что-то сделали, мистер Крофорд?

— Кое-что сделал, — утвердительно кивая, ответил он. — Но не уверен, что это вас обрадует. Речь идет о работе.

Работа. Слово РАБОТА в их лексиконе считалось очень хорошим словом. Оно означало конкретное и очень срочное задание, призванное разрядить ситуацию. Впрочем, они никогда не говорили вслух, что работа для них — одно из средств борьбы с бюрократической машиной ФБР. Работа делала Старлинг и Крофорда чем-то похожими на врачей-миссионеров.

Врачи понимали, хотя и не говорили об этом, что Бог ни черта не сделает для лежащего перед ними больного ребенка. Вопросы теологии занимали их только в том смысле, что они знали — Бог даже не пошевелит пальцем, чтобы организовать дождь и спасти тем самым пятьдесят тысяч умирающих детей племени ибо.

— Получилось так, Старлинг, что человек, недавно приславший вам письмо, стал в некотором роде вашим заступником.

— Вы говорите о докторе Лектере? — Старлинг давно заметила, что Крофорд терпеть не может произносить это имя вслух.

— Именно. Все это время ему удавалось от нас ускользать. Он жил где-то, оставаясь вне подозрений. И вот он пишет вам. Почему?