Молчание ягнят - Томас Харрис

Отдел криминальной психологии ФБР, занимающийсярасследованием серийных убийств, находится в самом нижнем, полупогребенном,этаже здания Академии ФБР в Квонтико.[1] Клэрис Старлинграскраснелась от быстрой ходьбы по пути из тира. В волосах запутались травинки,на форменной куртке курсанта Академии остались зеленые пятна сока травы: настрельбище отрабатывали бросок на землю под огнем в условиях возникновенияосложнения при аресте.

В приемной было пусто, и она, взглянув на свое отражение вдверном стекле, слегка взбила волосы и отряхнулась. Клэрис знала, что выглядитнормально и не прихорашиваясь. Руки пахли порохом, но мыть их было некогда: вповестке, подписанной начальником Отдела Крофордом, стояло: «немедленно».

В заваленной бумагами комнате Крофорд был один. Он стоял учьего-то стола, разговаривая по телефону, и Клэрис впервые за весь год смогларазглядеть его как следует. То, что она увидела, ее сильно встревожило.

Обычно Крофорд выглядел подтянутым и спортивным; он былпохож на инженера средних лет, получившего образование благодаря тому, чтозарабатывал на учебу игрой в бейсбол: ловкий кетчер, стойкий и яростный, когданадо преградить путь противнику. Теперь он сильно сдал; тощая шея торчала изоказавшегося слишком широким воротника сорочки, под покрасневшими глазаминабухли темные мешки. Всем, кто хоть изредка держал в руках газету, было ясно:Отделу криминальной психологии чертовски не везет. Клэрис Старлинг очень нехотелось думать, что Крофорд пьет: в этой конторе такое и представить себе былоневозможно.

Крофорд закончил разговор резким «Нет!» и раскрыл папку с еедокументами, которую все это время держал под мышкой.

— Старлинг, Клэрис М., — сказал он. —Доброе утро.

— Здравствуйте, — ответила Клэрис. Улыбка ее былавежливой, не более того.

— В общем-то ничего особенного не произошло. Надеюсь,срочный вызов не очень вас перепугал?

— Нет. — «Вот и неправда», — подумалаСтарлинг.

— Ваш инструктор говорит, что вы прекрасно работаете, впервой пятерке в классе.

— Хотелось бы надеяться. Разве вам докладывают о такихвещах?

— Я сам спрашиваю о вас время от времени.

Старлинг была поражена: она уже было решила про себя, чтоКрофорд просто паршивый вербовщик, равнодушный и двуличный как все они. Онавпервые встретила Крофорда, когда он приезжал читать лекции в Университет штатаВирджиния. Его блестящие семинары по криминологии сыграли не последнюю роль вее решении поступить в Академию ФБР. Пройдя конкурс, Клэрис написала емукоротенькую записку, но так и не получила ответа, и все эти три месяца, что онапроучилась в Квонтико, он совсем не обращал на нее внимания.

Старлинг была не из тех, кто просит об одолжении илинавязывается в друзья, но то, как повел себя Крофорд, смутило и огорчило ее.Теперь, снова встретившись с ним, она с сожалением отметила, что он нравится ейпо-прежнему.

Однако что-то у него было не в порядке. Крофорда отличала,помимо мощного интеллекта и образованности, какая-то особая одаренность во всем— Клэрис заметила это сначала по обостренному чувству цвета и фактуре ткани,что явно сказывалось на его одежде, ничем другим, впрочем, не выделявшейся изпринятого в ФБР стиля. И сейчас он выглядел опрятным, но каким-то бесцветным,как птица во время линьки.

— Тут одна работка подвернулась, и я подумал овас, — сказал он. — Не настоящая работа, скорее, интересноепорученьице. Сбросьте-ка бумаги Берри вон с того стула и садитесь. Вы пишете всвоем заявлении, что хотели бы работать у нас, когда покончите с Академией.

— Да.

— У вас было навалом судебной медицины и ни малейшегоопыта работы в правоохранительных органах. Нам нужно шесть лет минимум.

— Мой отец был начальником полицейского участка. Я этужизнь знаю.

Крофорд едва заметно улыбнулся:

— А я знаю, что вы специализировались по психологии икриминологии и еще проходили практику в психиатричке. Сколько месяцев? Шесть?

— Шесть.

— А ваша лицензия адвоката — она все еще действительна?

— Еще два года. Я получила ее до того, как вы приехалив наш университет, чтобы вести семинары. До того, как я решила пойти сюда.

— Окончив, вы как раз попали в полосу безработицы,правда?

Старлинг кивнула в ответ:

— Мне повезло: я вовремя сообразила пройти конкурс надолжность младшего научного сотрудника, и меня оставили в университетскойлаборатории — заниматься судебной медициной. А потом открылась вакансия в вашейАкадемии.

— Вы ведь мне написали, что приняты в Академию, верно?И я, кажется, не ответил? Не ответил, я помню. А надо было.

— Ну, у вас ведь были и более важные дела.

— Вы слыхали о ППОТП?

— Это Программа профилактики особо тяжких преступлений.Я читала об этом в «Бюллетене правоохранительных органов». Там писали, что выработаете над базой данных, но программа еще не введена в действие.

Крофорд кивнул:

— Мы составили опросник. Включили всех известных в нашевремя преступников, совершавших серийные убийства. — Он протянул ейтолстую пачку листков в хлипкой бумажной обложке. — Тут есть раздел дляследователей и для жертв, если кто-то выжил — тоже. Голубые листки — дляубийцы, если таковой пожелает ответить, а на розовых — те вопросы, которыедолжен задавать убийце ведущий опрос, отмечая не только его ответы, но и егореакцию. Куча писанины.

Писанина. Клэрис Старлинг почувствовала, как просыпается вней карьеризм и, словно охотничий пес, принюхивается и делает стойку. Сейчас ейпредложат работу, может быть, сплошное занудство вроде введения необработанныхданных в новую компьютерную систему. Конечно, соблазнительно сразу попасть вОтдел криминальной психологии на любую должность. Но Клэрис прекрасно знала,что происходит, если женщина начинает с секретарской работы: ярлычок «секретарша»пристанет — не отлепить до конца дней своих. Сейчас придется выбирать. Нужносделать правильный выбор.

Крофорд молча ждал. Кажется, он задал ей какой-то вопрос.Пришлось сделать над собой усилие, чтобы вспомнить.