Мост мертвеца - Роберт Мразек

– Основать центр изучения проблем глобального потепления имени Уитли, – сказал Джордан.

Раздался стук в дверь, и в кабинет просунулась голова секретарши:

– Вам снова звонит из Вашингтона конгрессмен Корнуэлл.

– Передай Сэму, что я ему перезвоню, – непринужденно улыбнулся Джордан, опускаясь на кожаный диван. – Дженни, десять минут никто не должен мне мешать.

– Разумеется, – ответила секретарша, закрывая дверь.

Улыбка Джордана исчезла.

Бросив фуражку на другой диван, я уселся напротив. Даже несмотря на то, что мы были одного возраста, Джордан определенно выглядел моложе. Его темно-коричневая кожа оставалась такой же гладкой, без морщин, как и в тот день, когда мы впервые встретились в колледже. При росте шесть футов он по-прежнему был стройным и поджарым. И только на висках его коротко подстриженные черные волосы теперь были слегка тронуты сединой.

– Давненько я тебя не видел, – сказал Джордан, внимательно глядя мне в лицо своими темными глазами. – Как идут дела?

– Делать мне абсолютно нечего, – ответил я. – И с этой задачей я справляюсь великолепно.

– Когда-то у тебя много чего получалось великолепно.

– Да… но я уже давным-давно вышел в отставку.

– Сказать, что твоей квалификации с лихвой хватает для работы в службе безопасности студенческого городка, – это ничего не сказать.

И он был прав.

– Послушай, Джордан, я очень признателен тебе за это место. Перспективы у меня были никудышные. Или я соглашался на него, или отправлялся выбивать деньги у несостоятельных кредиторов.

– Джанет Морго хочет тебя выгнать, – заявил Джордан. – На прошлой неделе она сказала мне, что ты оказываешь дурное влияние на остальных. Она попросила подыскать тебе какую-нибудь другую работу… быть может, в службе доставки.

– Если честно, я и сам подумывал о том, чтобы уйти, – сказал я, решив не заводить разговор о своем временном отстранении от дел.

– И чем ты собираешься заняться? – скептически спросил он.

– Намереваюсь побороться на предстоящих выборах с конгрессменом Корнуэллом, – сказал я. – У меня здесь просто ошеломительная поддержка. Я уже ощущаю ее в таверне «Фолл-Крик».

– С Джанет я сам разберусь, – усмехнувшись, сказал Джордан. – Порой с ней приходится нелегко, но она гораздо лучше своего предшественника, уж поверь мне. Ты его не видел, но это был верзила с внешностью неандертальца и таким же интеллектом.

– Трудно в это поверить.

– Ну, что еще новенького? – спросил Джордан так, словно располагал всем временем на свете. Не было никаких сомнений, что ему от меня что-то нужно, но я понятия не имел, что именно.

– Двое студентов считают, что в сегодняшнем матче я должен выйти на поле защитником, – сказал я.

– Если Танк готов выйти на поле, я ничего не имею против.

В прошлом мы с Джорданом играли в связке в студенческой команде Сент-Эндрюс, в составе которой даже выиграли национальный чемпионат в третьем дивизионе. У Джордана было телосложение Эммита Смита^[11], а бегал он как олень. Я же устремлялся прямо вперед, как таран, собирая кучу-малу. Джордан был включен в символическую любительскую сборную США и был назван самым ценным ее игроком. А мне пришлось менять коленный сустав на левой ноге.

– Итак, давай перейдем к делу. Что тебе нужно, Джордан?

Встав, президент подошел к открытому окну и уставился на площадку. Я ждал, когда он выложит мне, что у него на уме. Предположительно это было как-то связано со смертью Денниса Уитли. Неудивительно – как-никак он перевел такие большие деньги…

– Не сомневаюсь, ты помнишь, Джейк, было время, когда я искренне заботился об улучшении условий жизни, – раздельно произнес Джордан, словно зачитывая текст диктанта.

Наступила пауза. Похоже, он ждал от меня подтверждения. Я ничего не сказал.

– Благодаря доктору Кингу, Медгару Эверсу^[12] и другим, проложившим сияющий путь, я получил возможность исследовать эти границы… через наследие, купленное кровью. Я всегда помнил это. После того как ушел из Корпуса мира^[13], я решил работать в бедных районах, воплощая в жизнь это наследие. Я был хорошим адвокатом. Правда, – сказал Джордан. – Я заслужил свои награды в Детройте, точно так же, как ты заслужил их в армии.

– Да, знаю, – сказал я, по-прежнему гадая, к чему он клонит.

– И, оглядываясь назад, я вижу, что был тогда счастлив, – продолжал Джордан. – И Блэр тоже была счастлива. – Помолчав, он добавил: – Думаю, она была счастлива.

Блэр была его женой. Именно ради него она бросила меня. После того как я получил от нее письмо о разрыве отношений, я получил длинное письмо от Джордана. Не прося прощения, он пытался объяснить, как все произошло. Выражая надежду, что я пойму и прощу его.

– Так или иначе, Блэр говорит, что была счастлива. Счастье, умиротворенность, удовлетворение… вот ведь главное в жизни, Джейк, не так ли?

– Конечно, – ответил я. – Ты видишь сейчас перед собой абсолютно счастливого человека.

Я еще никогда не видел Джордана таким смущенным и сбитым с толку. Тот Лэнгфорд, которого я знал, всегда был уверен во всем, особенно в своей собственной ослепительно яркой звезде. Многие предсказывали, что он когда-нибудь станет сенатором или губернатором штата, а то и президентом. Я всегда полагал, что именно поэтому, в частности, Блэр и вышла за него замуж.

– Теперь у нас есть достаток, Джейк, но удовлетворения нет, – продолжал Джордан, по-прежнему уставившись в окно. – Мы с Блэр постоянно ссоримся. Она хотела, чтобы я продолжал работать в бедных районах. Но я увидел возможность сделать гораздо больше. Как оказалось, у меня есть к этому талант… дар работать с людьми; я обнаружил, что они приходят ко мне, для того чтобы поверить в меня… и пойти за мной. В нашей стране немало адвокатов, защищающих права бедняков, но крайне редко встречаются хорошие руководители, способные направить весь этот талант в нужное русло, заставить его работать. Я понял это, когда занялся административной работой… понял, что смогу сделать многократно больше, чем если останусь адвокатом в бедном районе. Речь шла о том, как человек выбирает распорядиться своей жизнью.

По мне, это начинало походить на начало речи о снятии с себя полномочий. У меня появилась мысль, не собирается ли Джордан уйти со своего места. Быть может, он собирается побороться за какую-то выборную должность. Но в таком случае он не стал бы приглашать меня, чтобы поговорить об этом.