Охваченные членством - Борис Алмазов

Возникшую страсть бичи и бичихи пытались реализовать тут же со всей пасторальной непосредственностью, забывая о том немаловажном обстоятельстве, что пивная находилась в самом центре густонаселенного района города и пересекалась оживленной транспортной магистралью, так что удалиться под сень дерев в рощу либо в грот уединенный, либо еще куда, как это делали древние греки в подобных случаях, было невозможно. Но это нимало не смущало нимф и фавнов с Лиговки, поскольку в момент нахлынувшей страсти бывали они в таких градусах, что «папы-мамы» не говорили, и из всех пролетарских инстинктов у них сохранялся только инстинкт к размножению.

Однажды некая возбужденная пара долго ходила кругами, ища место, где возможно предаться любви, и, совершенно утратив чувство времени, пространства и реальности, пристроилась в десяти шагах от очереди, за углом. Не учитывая, однако, что эта позиция была как раз на Литовском проспекте и для про езжающих мимо автобусов, трамваев, троллейбусом и прочего транспорта легко заменяла новинку тех лет — стереокино.

Дама, разоблачив нижнюю часть тела, явила ее во всем лунном блеске потрясенным пассажирам в позе доренессансных времен, в которые, как известно, женщина перевернулась на спину, отделив нас, таким образом, от братьев наших меньших. Здесь же все вернулось к первобытной простоте.

Но вот фавн замешкался, путаясь в ремнях и подтяжках, а может быть, сознательно оттягивая роковую развязку, на которую, скорее всего, был не способен. Поэтому, когда на его плечо легла тяжелая рука закона в виде руки гаишника, который проезжал мимо на мотоцикле, а может, был вызван потрясенными пассажирами проезжавших мимо трамваев и троллейбусов, фавн рыпаться не стал. Он тихо обвис, как его спущенные штаны и все, что в них находилось.

Нимфа же, напротив, устав упираться лбом и ладонями в стену и являть народонаселению района полнолуние, не получая никаких поступлений, удивилась и стала шарить позади себя рукой, дабы при дать искомому предмету нужное направление.

Милиционер, на гранитном лице которого сквозь печать незыблемости закона все же проступало глубокое отвращение, не дрогнув, вложил в «ея жадно протянутую руку» регулировочный жезл.

Жезл являл собою техническую новинку автоинспекции и представлял собой пластмассовую трубу с рукоятью сорока сантиметров длиною и семи в об хвате, в которой размещались лампочки и батарейки.

Нимфа страстно вцепилась в жезл, но, ощутив его размеры, ахнула и медленно обернулась! Ее трезвеющий взгляд с трудом пробился сквозь алкогольные градусы и с ужасом вперился в техническую новинку ГАИ.

Немой, как Медный всадник, милиционер щелкнул невидимым выключателем, и жезл стал нервно пульсировать мигающим светом...

Тут подъехал «воронок» и увез всех участников и участок...