Мальчик, сделанный из кубиков - Кит Стюарт

Когда микроволновка возвещает, что еда готова, мы, не вылезая из нашего шалаша, руками едим наггетсы и рыбные палочки, вымазанные кетчупом. Табите удается уломать Сэма попробовать наггетсы, но он принимается давиться и в конце концов выдает все съеденное обратно в мои вовремя подставленные ковшиком руки, к дикому восторгу Арчи. Вместо того чтобы распсиховаться, Сэм начинает смеяться заодно с двумя остальными, а я просто вылезаю из-под стола с полными руками полупереваренной жеванины и выбрасываю ее в помойное ведро. Обсуждаем, кто кем хочет стать, когда вырастет.

– Я хочу стать актрисой или программистом, – говорит Табита.

– А я хочу стать Бэтменом! – кричит Арчи.

– Архитектором! – вносит свой вклад Сэм.

– А ты кем работаешь? – спрашивает меня Табита, в очередной раз явив сверхъестественную способность проникать в самую суть вещей.

– В данный момент – никем. Но подумываю открыть кафе. Как тебе такая идея?

Сказав об этом вслух как о чем-то, что происходит в самом деле, я вдруг, к изумлению моему, чувствую, как меня накрывает ощущение счастья.

– А нам можно будет прийти к тебе и съесть все твое печенье? – спрашивает Табита.

– Ну конечно. Сэм, а ты что думаешь? – спрашиваю я.

– Да! – кричит он. – Ты будешь говорить: «Здравствуйте, сэр, что вы хотите выпить, садитесь, пожалуйста!»

Он произносит это дурашливым «взрослым» голосом, что вызывает у остальных бурный приступ веселья.

– Значит, ты считаешь, что это хорошая идея? – спрашиваю я, пытаясь добиться от Сэма хотя бы чего-то вразумительного.

Он с энтузиазмом кивает.

– Я мог бы приходить к тебе после школы повидаться, – отвечает он, но слишком наслаждается вниманием своей крохотной аудитории, чтобы сохранять серьезность, и поэтому возвращается к своему дурашливому голосу, который – я только сейчас это осознаю – представляет собой пародию на меня. – «Привет, Сэм, хочешь печенья? Садись, пожалуйста. Кто следующий? Так, все заткнитесь. Кто хочет вспененного молока?»

Зрители давятся смехом. Судя по всему, день будет длинный.

Много времени спустя я веду их на второй этаж в комнату Табиты, где на полу уже приготовлены постели для Сэма и Арчи. Мы вместе придумываем историю, нескончаемое повествование с участием ведьм, супергероев и лондонского Тауэра и поисками магических алмазов. От Клер приходит эсэмэска номер два. Отвечаю, что дела у нас отлично и мы в данный момент как раз смотрим на сон грядущий «Техасскую резню бензопилой». Сижу с ребятишками до тех пор, пока все уже почти засыпают.

Тогда я подхожу поцеловать Сэма на ночь, и он вскидывает на меня сонные глаза.

– Ты в самом деле купишь кафе?

– Может быть. Посмотрим. Не знаю, получится ли у меня.

– Думаю, получится. У тебя получится.

– Только не вздумай опять говорить тем голосом, ладно?

В шесть утра все трое уже бодры и веселы и носятся по дому в маскарадных костюмах. Меня будит Сэм, ворвавшись в гостевую спальню в маске Железного Человека и вампирском плаще. Смотрю на часы. Нужно продержаться еще как минимум восемь часов. В голове мелькает мысль о Джоди и о том, что с нами происходит. Интересно, где она сейчас – и с кем – и что будет на следующей стадии. Потом мои мысли перекидываются на Изобел и все, что с ней связано. Но Сэм хватает меня за руку и тянет к двери. Мы спускаемся вниз и при участии Табиты с Арчи превращаем кухню в апокалиптическую пустыню, усеянную сухими завтраками, заляпанную липкими отпечатками рук и залитую молоком.

– Так, – вопреки голосу разума говорю я. – Ну что, идем в парк?

На одевание уходит час, после чего я усаживаю эту развеселую компанию в машину и мы едем по тихим улицам: Сэм рядом со мной, Табита с Арчи на заднем сиденье в детских креслах, которые оставил мне на всякий случай предусмотрительный Мэтт. Я паркуюсь, и в мгновение ока все трое уже несутся через ворота к качелям. По привычке оглядываю окрестности на предмет собак и компаний ребят постарше. Но Сэм не жмется ко мне, он убежал вперед вместе с двойней Мэтта.

– Лазалка будет наш замок! – кричит он.

– Чур, я королева, – требует Табита.

А я могу сидеть и смотреть, как самый обычный родитель. Сэм не ищет меня взглядом и вообще, кажется, не замечает моего присутствия, он не исполняет свой привычный ритуал – он в каком-то другом месте, которое, по-видимому, обычные дети воспринимают как данность.

Мэтт с Клер возвращаются в два часа дня. Ребятишки уже пообедали и теперь смотрят фильм наверху.

– Они с утра вообще спускались? – интересуется Мэтт.

– Господи, что тут у вас за погром? – спрашивает Клер из столовой.

– Теперь это карта из «Майнкрафта», – отвечаю я. – Это ты еще кухню не видела.

– Что ж, – подытоживает она, вернувшись. – Судя по всему, вы отлично провели время. Большое тебе спасибо, Алекс.

– Значит, я официально прощен?

– Только после того, как оплатишь уборку.

– На самом деле у меня к тебе есть один глупый вопрос.

– Давай уж.

– Помнишь кафе, в которое я вожу Сэма? Его теперешний хозяин решил не продлевать договор аренды. И мне пришла в голову сумасшедшая идея открыть кафе вместо него. Понимаю, что это безумие, но…

– Ну почему же безумие?

– Спасибо, конечно. Но я в этом деле вообще не разбираюсь.

– А-а, – говорит она. – Понимаю, к чему ты ведешь.

– Я просто подумал… я договорился с владельцем о встрече. Не хочешь сходить со мной? Посмотреть, что там и как?

– Конечно. Но только я уже сто лет этим не занималась.

– Знаю. Но было бы здорово, если бы ты в этом поучаствовала. Я имею в виду, было бы здорово, если бы ты согласилась мне помогать на постоянной основе.

Она молча смотрит на меня какое-то время, как будто прикидывая, насколько я серьезен: стоит ли тратить силы, или это меня просто раньше времени накрыло кризисом среднего возраста.

– Давай не будем забегать вперед, – произносит она наконец. – Для начала нужно взглянуть на это заведение.

Пока я веду машину обратно к дому Джоди, Сэм сидит тихо.

– Ну как, тебе понравились выходные? – спрашиваю я.

– Да! – восклицает он. – Ты был такой смешной, папа. Мне понравилось строить шалаш из «Майнкрафта»!

– Мне тоже понравилось.

– Папа?

– Что?

– Я опять хочу участвовать в соревнованиях.

– Правда хочешь?

– Правда.

– Точно?

– Точно.

И у меня мелькает мысль, что на самом деле эти выходные не были ни сложными, ни напряжными. От меня потребовалось лишь слегка расслабиться и перестать пытаться удержать все под контролем. Возможно, быть хорошим родителем – значит импровизировать и быть непредсказуемым – значит быть по-настоящему вместе со своим ребенком.