Арабская дочь - Таня Валько

— Я уже хочу ехать, уже хочу быть там! — Она подпрыгивает и хлопает в ладоши от счастья, как маленькая девочка.

— Hi… Hello… Good morning… How are you?..

По коридору ежеминутно проходят туристы, которые, наверное, приехали вчера ночью. Все радостные, улыбающиеся, готовятся к многообещающей поездке.

— Быстро завтракаем — и через несколько минут едем.

Марыся поспешно отправляется в большую стильную столовую.

— Наверное, будем сидеть за этими ширмами? — Она с омерзением показывает на шесть залов с надписью: «Family section».

— Присмотрись, — улыбается Хамид, показывая глазами во все стороны. — Здесь не требуют строгого соблюдения традиций.

В основном это иностранные туристы, женщины, мужчины и дети. У женщин абаи застегнуты на одну пуговицу, а из-под разлетающихся пол плаща выглядывают шорты, блузки на плечиках и куцые платьица. И много голого тела.

— Что за разврат! — шутит золотоволосая девушка, расстегивая застежки своего черного одеяния.

— Господин бен Ладен здесь? — выкрикивает на весь зал по-английски рецепционист.

Хамид поднимается, потому что общество умолкает и замирает.

— Мое имя не Усама, не бойтесь! — чеканя каждое слово, обращается он к присутствующим.

Общество с облегчением взыхает и взрывается нервным смехом. Потом по одному подходят к столику и похлопывают Хамида по спине.

— Встретимся вечером, после осмотра достопримечательностей, да? — приглашает супругов приятный толстячок, говорящий с немецким акцентом. — Мы жарим барана, будет хорошо.

— Спасибо, с удовольствием, — отвечают супруги. Они торопятся закончить завтрак, потому что гид и небольшая международная группа уже ждут их.

В больших автомобилях (все полноприводные) и с охраной из местных полицейских, так называемых сузуки, туристы отправляются прежде всего на осмотр старого города в Аль-Ила.

— Я родился в этом месте и жил здесь до семи лет, — рассказывает приятный на вид гид, которому где-то около пятидесяти. — По другую сторону дороги по сей день работают фермы с пальмовыми рощами и есть места для выпаса верблюдов. Эдакий парк для дромадеров, — шутит он. — Каждую пятницу сюда, на рынок, съезжаются окрестные бедуины. Подчас собирается до тысячи человек. А какие товары предлагают, хо-хо!

Марыся задумывается и приходит к выводу, что саудовцам сильно повезло, что на их территории нашли нефть. Как сложилась бы судьба этой страны без нефтедолларов? Наверное, по-прежнему жили бы в глинобитных домах. Аль-Ула напоминает девушке ливийскую Джерму, которую она видела во время школьной экскурсии, когда еще ходила в лицей. Она тогда была потрясена видом поселения и считала его самым бедным местом под солнцем, особенно в сравнении с красивым каменным оазисом в Гадамесе. Что ж, сейчас она знает, что таких мест еще много на свете.

— Едем дальше! — отрывает ее от раздумий голос гида. — Время для чудес природы, мои господа.

Автомобили направляются за город и едут через все более безлюдную территорию по ровной, как плита, двухполосной дороге, по обеим сторонам которой тянутся горы. Может, не очень высокие, но фантастические и таинственные, в оранжево-красных тонах, с множеством геологических слоев. В скалах полно маленьких и больших дыр, образованных в результате эрозии, поэтому создается впечатление, будто они покрыты тонким кружевом. Через полчаса автомобили съезжают на твердую каменистую дорогу, которая уже в следующую минуту переходит в песчаный тракт.

— Слон, слон! — Марыся машет рукой у Хамида перед носом, показывая на большую скалу, формой напоминающую огромное животное. — Смотри, какой у него хобот!

Хамид слегка улыбается, радуясь, что организовал жене такое развлечение.

— Мы должны чаще ездить на природу, — говорит он Марысе. — Она в Саудовской Аравии самая красивая. За годы пребывания в городе я совсем упустил этот факт.

— Конечно, habibi, каждую неделю будем выезжать в пустыню! — Молодая женщина забыла, где она находится, и целует мужа в щеку.

— Сейчас у вас свободное время, можно влезть на скалы, сделать пару снимков, посидеть в тени, напиться воды или покурить, — говорит гид, которому надо отдать должное: он профессионально руководит группой экскурсантов. — Дамы могут находиться без абаи, тут шариат необязателен, — смеется он и показывает пальцем на черные, чересчур жаркие для пустыни плащи.

После приятного перерыва в окружении чудес природы до ушей туристов доносится громкий вой автомобильных моторов. Через минуту у подножия горы, имеющей вид слона, останавливается около десяти машин, из них высыпаются люди, которых они уже видели в отеле.

— Что за идиоты! — тихо шипит гид. — Или очень бережливые.

Он осуждающе качает головой.

— Почему? — спрашивает Хамид.

— Думают, что если такая большая группа, то не нужно полицейской охраны, — объясняет житель Мадаин-Салех. — Маленькая или большая — не имеет значения. Всегда нужно дуть на воду, а не напрашиваться на неприятности. Это, в конце концов, безлюдная территория.

— Да, — поддакивает Хамид и, задумавшись, внимательно осматривается по сторонам.

— Без паники, я никого и не думал запугивать. Возможно, причиной моей осторожности стала профессия, которая, так сказать, наложила на меня отпечаток. А сейчас развлечение для мужчин! Едем! — Гид снова улыбается и хлопает в ладоши. — Время для off road, время езды по барханам!

Во второй половине дня супруги, измученные, но очень довольные, возвращаются в отель. Песок у них не только на всем теле и в волосах, но даже на зубах. Решаются на релакс — продолжительную ванну и поздний ужин в номере. Хамид взял с собой пару банок пива, которые сейчас, холодные, кажутся напитком богов. После еды их охватили усталость и лень, и они решили вздремнуть до ужина. Хамид, однако, лежит в кровати без сна. У него не выходят из головы слова гида. Неужели даже здесь небезопасно? А казалось, что по всей Саудовской Аравии угрозы террористов в отношении иностранцев уже в прошлом. Сколько лет ничего не происходило, и все свидетельствовало о том, что сейчас «Аль-Каида» перешла от убийства приехавших иностранцев к преследованию саудовцев. Их деревенский гид, наверное, преувеличивает. С этой мыслью Хамид погружается в чуткий нервный сон.

— Эй, людишки, вы там? — будит их громкий стук в дверь.

— Что происходит? — Марыся, запаниковав, резко садится на кровати.

— Это, наверное, наши новые знакомые. Тот самый, утренний, с немецким акцентом.

— Hi, я вас не разбудил? — Приятный толстячок с красным от солнца лицом и лысой головой заглядывает внутрь через приоткрытую дверь. — В такое время в кровати?! Если бы вы были молодоженами, это бы вас оправдывало, — грубо шутит он.

— Окей, что случилось? — Хамид игнорирует личный вопрос.