Дьявольский рай. Почти невинна - Ада Самарка

– К чертям все… – И мы стали целоваться. Потом, с кружащейся головой, я нагнулась к Таньке, чмокнула ее, помахала отдаляющимся, ошарашенно глядящим из-за плеча Анне с Виктором.

Гепард махнул мне в последний раз и показал «класс». Я улыбнулась ему, развернулась и поняла, что больше я никогда не увижу его на этих лежаках под тентом. Никогда больше не буду с замиранием сердца нестись по каменистым тенистым тропам к генеральскому пляжу, никогда больше не будут терзать меня сладкие муки ожидания на моих двух досках в трех метрах над морем. Никогда больше не будет этих душных, страстных, пахнущих «Каиром» сиест и мечтательных, сытых, с истомой в ногах nach mittag’ов. Никогда я больше не буду испытывать на себе волшебство случайного взгляда, в луч которого, бывало, попадаешь во время заурядной пляжной возни и, отразив, покрываешься пупырышками.

Двери лифта закрылись, и закрылось все.

Дома мы быстро собрались, съели невыносимо сытный обед (и мой всплывший с завтрака творог со сметаной). Изнывающим, воспаленным взглядом я проводила невостребованный «Каир».

И в самую жаркую, самую сочную и сонную сиесту мы, нагруженные сумками, поковыляли к автобусной остановке. Наш путь лежал через весь «Днепровский» парк, по извилистым, рябым от бликов дорожкам, мимо аллеи мушмулы, вверх по крутой каменной лестнице, к проходной.

Автобус приехал точно по расписанию, в 13:10, и с пыльным воем унес нас прочь от счастья.

Я сидела у окна, пропуская мимо ушей нравоучительные речи недовольного папаши (он только сейчас, после напряженного молчания, решил приступить к воспитательному процессу), и в образовавшуюся паузу сказала, глядя в окно:

– Во всяком случае, за этот год я добилась всего, чего хотела… даже, может, и больше. Хотя больше никогда не бывает…

В Симферополь мы приехали в 15:00. Как обычно, до отправления поезда оставалось четыре часа. Мы сдали сумки в камеру хранения и молча скитались по этому серому унылому городу. Крымский полуостров мы покинули ночью, когда, разомкнув веки между своими бесценными воспоминаниями, я под мечтательное «drive/driven» увидела, как мимо пронеслась перечеркнутая надпись «КРЫМ», а по песочной насыпи вдоль лимана желтыми прямоугольниками плясали наши окна.