Чужие сны и другие истории - Джон Ирвинг

Лицо Селесты сохраняло все то же выражение спокойного любопытства.

— Все в порядке, Минна, — нежно и ласково ответила Селеста, будто говорила с маленькой девочкой.

Минна покачала головой и отвернулась. Ей казалось, она вот-вот расплачется. Флинн гремел сковородками, расставляя их по алюминиевым полкам.

— С чего это она? Что тут вообще происходит?

Ему никто не ответил. Все молчали. Тем временем с Анджело происходила метаморфоза. Его лицо вдруг перекосило яростью. Чувствовалось, это не его собственная, а тщательно заученная ярость, скопированная из низкопробных фильмов и школьных спектаклей. Тяжело ступая (опять подражание героям плохих фильмов), он вышел на середину кухни, швырнув на пол цветы.

— Что она о себе думает? — сердито спросил Анджело. — Кто дал ей право так разговаривать? Кто она такая?

— Обыкновенная девочка. Она думает, что я увела ее парня, — ответила Селеста. — Вчера он привез ее, а потом мы с ним поехали прокатиться.

— Но она не смеет так говорить! — закричал Анджело.

Минна увидела, что неизменно бледное лицо Анджело сейчас было пунцово-красным.

— У меня дочка ее возраста, — сказал Флинн. — Если б моя девчонка позволила себе такие слова, я бы ей весь рот намылил!

— Отличный способ, Флинн! — огрызнулась Селеста, — Настолько отличный, что тебе лучше заткнуться.

Иногда бывает достаточно одного слова, чтобы мрачные предчувствия стали реальностью. Столкновение Анджело с нелепой и жестокой судьбой, которого так боялись и Минна, и Флинн, и, возможно, Селеста, уже началось. Он зачем-то метнулся к раковине, затем выскользнул из кухни. Он исчез раньше, чем все трое сообразили: Анджело что-то задумал.

Первым очухался Флинн.

— Парень унес щелочное мыло! — крикнул он и поспешил к двери.

Минна направилась вслед за ним, но Селеста опередила их обоих.

Зал столовой был полон и непривычно тих (вероятно, из-за присутствия родителей). Позвякивали кубики льда в чайных стаканах и кое-где скрипели стулья. Миссис Элвуд сидела в окружении нарядно одетых родителей и их младших благовоспитанных детей с повязанными салфетками. Минна беспомощно взглянула на нее. Миссис Элвуд была занята разговором, и у нее, как всегда, слегка подергивался подбородок. Анджело стоял в дальнем конце зала, в проходе между столиками. В правой руке он сжимал желто-зеленый кусок щелочного мыла. Анджело весь напрягся, словно держал что-то тяжелое (например, метательное ядро) или опасное (скажем, гранату). Молли Кэбот сидела, уткнувшись в тарелку, и, как могло показаться со стороны, увлеченно подсчитывала количество полосок лапши или зернышек риса в супе. Анджело склонился над ней, почти касаясь носом ее волос.

— Вот что, девка. Ты должна извиниться перед мисс Селестой. Быстро. Вставай, — тихо произнес он, вспомнив фразы из фильмов.

Молли даже головы не подняла.

— Нет, Анджело, — сказала она и уже тише добавила: — Не мешай мне есть. Возвращайся на кухню. И побыстрее.

Анджело поднес ладонь к ее тарелке. Кусок щелочного мыла мягко скользнул в суп.

— Вставай, — тихо потребовал Анджело. — Иди извиняйся, иначе я намылю тебе рот.

Молли отодвинула стул и начала вставать, однако Анджело, находившийся по другую сторону стола, схватил ее, притянул к себе и, продолжая давить на плечи, опускал ее голову все ниже и ниже к тарелке. Девушка, сидевшая рядом с Молли, пронзительно вскрикнула. Ее крик не испугал Анджело. Одной рукой он сжал затылок Молли и окунул ее лицом в суп. Правда, всего один раз, и то на мгновение. Потом он схватил Молли за плечо, развернул к себе, нашаривая второй рукой мыло. Парень, сидевший по другую сторону прохода, вскочил на ноги.

— Ты что, спятил? — крикнул он, бросаясь к Анджело.

Но Селеста успела раньше. Она схватила Анджело за талию, оторвала от пола, заставила разжать руку и высвободить плечо Молли. Селеста пыталась подхватить его на руки и унести в кухню. Анджело извивался, как угорь, и вывернулся из ее рук. Но рядом уже стоял Флинн. Тот заключил мстителя в медвежьи объятия. Анджело громко застонал. Флинн развернулся и повел Анджело на кухню, согнув в три погибели его тощую фигуру. Селеста побежала вперед, открыла дверь кухни и держала наготове. Анджело лягался и царапался. Он вертел головой, пытаясь разглядеть Молли.

— Ты сама шлюха! — тоненьким, совсем не мужским голосом крикнул Анджело.

Они уже входили в кухню. Анджело продолжал бешено вертеть головой, пытаясь хоть что-то разглядеть за плечами Флинна. Селеста поспешила закрыть дверь изнутри.

Минна тоже искала глазами Молли. Та шла к выходу из столовой, прикрыв лицо салфеткой. Мокрая, со следами супа, блузка прилипла к ее худенькому, птичьему телу, а маленькие острые груди, обожженные и поруганные, словно стрелки, указывали направление движения. Миссис Элвуд взяла Минну за руку и тихо шепнула:

— Что все это значит? Какой бес в него вселился? Больше он у нас не работает. Пусть убирается куда угодно!

Анджело сидел на кухонном полу, привалившись к алюминиевому шкафу. Флинн неуклюже прикладывал к его губам мокрое полотенце. У Анджело изо рта шла кровь. После каждого прикладывания полотенца он еще ниже сползал на пол, сплевывая кровь и пытаясь вытереть рубашку, забрызганную супом. Его глаза были закрыты. Анджело поскуливал, словно брошенный хозяевами пес.

— Что ты с ним сделал? — спросила Флинна Селеста.

— Должно быть, язык прикусил, — буркнул повар.

— Да. Язык, — глухо подтвердил Анджело, которому мешало говорить мокрое полотенце.

— Ну и дурак же ты, макаронник, — поморщился Флинн.

Селеста отобрала у повара полотенце и отпихнула его самого от Анджело.

— Я сама. Ты ему все лицо располосуешь.

— Зря я не ударил ее, — выпалил Анджело. — Она это заслужила. За такое бьют.

— Вы только послушайте его! — воскликнул Флинн.

— Заткнись, — отмахнулась Селеста.

Минна тихо стояла в углу, выбирая момент, чтобы объявить печальную новость.

— Анджело у нас больше не работает. Миссис Элвуд велела ему собрать вещи и покинуть колледж.

— Боже, но куда он пойдет? — удивился Флинн. — Куда? На улицу?

— Не беспокойтесь обо мне, — сказал Анджело.

Он несколько раз моргнул и улыбнулся Селесте. Она опустилась на колени и, уговаривая его, как маленького, заставила открыть рот и показать язык. Потом Селеста достала из халата чистый носовой платок и осторожно обтерла Анджело язык, так же осторожно закрыла ему рот, приложила к губам мокрое полотенце, потом прижала к полотенцу руку Анджело. Анджело снова закрыл глаза. Его голова склонилась на плечо Селесты. Она чуть подалась назад, обняла Анджело своей крупной сильной рукой и стала легонько качать его. Его голова напоминала мячик на груди Селесты. Анджело вновь застонал, но теперь его стон был больше похож на попытку петь.