Чужие сны и другие истории - Джон Ирвинг

Июнь сделал девушек беспокойнее, а Флинна — раздражительнее. Он и так всегда сильно потел, но раннее и продолжительное бостонское лето превращалось для него в пытку. Минна привыкла к жаре и в последнее время почти не потела. Анджело, разумеется, и летом сохранял свою бледность и сухие подмышки. От Селесты исходило ощущение влажного зноя.

В июне учебный год заканчивался. Девушки вели себя легкомысленнее и чаще думали о свиданиях, нежели об уроках. По выходным столовая больше напоминала шумный молодежный бал, хотя и под бдительным надзором старших. Вскоре начнутся летние курсы, и в спальном корпусе появятся другие девушки. Летние занятия проходили легче и веселее, да и повару было меньше работы: летом обычно едят немного. Анджело, подарив Селесте очередной громадный букет, попросил ее сходить с ним в кино. Они стояли почти рядом, их головы разделяли только цветы. Анджело робко поглядывал сквозь букет, ожидая ответа. Селеста была немало удивлена и величиной подарка, и вопросом.

— А на какой фильм? — спросила она, раскрыв свой широкий, сильный рот и блеснув двумя рядами ровных, здоровых зубов.

— На какой-нибудь. Мы выберем. Но у меня нет машины.

— Как-нибудь съездим на моей, — ответила Селеста.

Она снова взглянула на нелепый букет.

— Слушай, а куда, черт побери, мы поставим эту пропасть цветов? Может, за окно, чтобы Флинну не мешали? Я люблю цветы за окном.

Анджело принялся смахивать пыль с подоконников. Сквозь пар, подымавшийся от кастрюль, глаза Флинна нашли длинную спину Селесты, ее сильные ноги, широкие, упругие ягодицы, которые немного напряглись, пока их обладательница держала в руках невообразимую смесь лилий, сирени и множества других цветов.

В пятницу смотреть телевизор к Минне пришло совсем мало девушек. Это была последняя пятница учебного года. Далее начинались выпускные экзамены. Скорее всего, девушки усиленно занимались, а те, кому было не до учебников, предпочли отправиться туда, где веселее, чем у экрана телевизора. Днем прошел дождь. После него от тротуаров поднимались насыщенные запахами испарения. Улицы довольно быстро высохли, лишь кое-где еще оставались лужи. Жителям Бостона такая жара напоминала о южных штатах; им виделась усадьба, на веранде которой лениво качалась в гамаке обнаженная женщина. Словом, эти дожди пахли чем-то чувственным и даже похотливым. Минна немного устала за день, но усталость была приятной. Она сидела у окна и смотрела на дорожку, которая вела к спальному корпусу, огибая его. Дорожка напоминала въезд в старинную усадьбу: она имела высокий бордюр и красиво вилась между вязов по ярко-зеленой лужайке. Возле дорожки, прислонившись спиной к дереву, сидела Селеста. Она сидела, уперев руки в бока и вытянув ноги так, что щиколотки перевешивались через бордюр. Такая поза была неподобающей для любой женщины, однако Селесте удалось облагородить ее до состояния «красоты, присевшей отдохнуть». Своей позой Селеста олицетворяла томную, чувственную неподвижность. Одета помощница Минны была достаточно вызывающе: безрукавка с высоким воротом, свисавшая поверх юбки с запахом, у которой обязательно где-нибудь есть разрез.

После новостей девушки задержались на прогноз погоды. Его вел щеголевато одетый невысокий мужчина с метеостанции аэропорта Логан. Метеоролог стоял возле большой карты и монотонным голосом объяснял значение всех этих стрелочек, крючков и закорючек. От хорошей погоды зависели планы на выходные, и девушки прильнули к телевизору. Только Минна продолжала смотреть в окно. Селеста все так же сидела у дерева. В это время с правой стороны на дорожку повернул мотоцикл с огненно-красным бензобаком. Мотоциклист сбросил скорость и проехал чуть дальше спального корпуса, после чего остановился. За рулем сидел светловолосый, почти коричневый от загара парень с совсем детским лицом. У него были заостренные плечи, несоразмерно маленькая голова, тонкие руки и ноги. Одет мотоциклист был в бежевый летний костюм, из нагрудного кармана которого выставлялся платочек из натурального шелка. Галстуки парень, по-видимому, не любил и для лучшей вентиляции шеи расстегнул воротник своей белой рубашки. Сзади сидела Молли Кэбот. Она первой спрыгнула с мотоцикла и дожидалась, когда ее молодой человек сделает то же самое. Он слезал медленно и неохотно. Парень проводил Молли до вестибюля спального корпуса, причем шел он с видом спортсмена, получившего травму, но продолжавшего участвовать в соревнованиях. Минна повернулась к телеэкрану, чтобы тоже узнать погоду на выходные. Но девчонкам было не до погоды: они сгрудились у окна.

— Значит, она все-таки с ним встречалась, — сказала одна из девушек.

— Мы так и не узнаем конец этой истории, — вздохнула другая.

Ученицы приклеились к окну и замерли, ожидая, когда парень снова выйдет. Мотоциклист не заставил себя ждать. Обратно он вышел довольно быстрой и бодрой походкой. Подойдя к мотоциклу, блондин стал там что-то подкручивать. Движения его были торопливыми. Чувствовалось, его мотоцикл не нуждался ни в какой подкрутке и все это делалось ради зрительниц. Затем парень уселся в седло и сильно лягнул педаль стартера. Двигатель взревел, заставив девушек у окна вздрогнуть. Селеста тоже встрепенулась и изменила позу. Мотоциклист поехал в ее сторону, проехал мимо, но через несколько футов у него вспыхнул стоп-сигнал и заднее колесо чуть накренилось в сторону бордюра. Парень спустил правую ногу на землю и остановил мотоцикл. Затем он слез сам и за руль повел мотоцикл туда, где сидела Селеста. Одна из девушек выключила телевизор и спешно вернулась к окну. Однако это не помогло: работающий двигатель мотоцикла все равно заглушал слова парня. Селеста, похоже, вообще молчала. Она просто улыбалась, пристально разглядывая мотоцикл и его хозяина. Потом она встала, подошла к мотоциклу, пару раз провела рукой по фаре, потрогала рычажки и кнопки на приборной доске, после чего остановилась позади парня. Смотревшим из окна показалось, что Селеста проводит итоговый осмотр, прежде чем принять решение. И в этот же момент (а может, девушкам просто показалось) Молли постучала в дверь комнаты Минны, после чего открыла дверь и вошла.

— Привет! — крикнула она с порога.

Девушки засуетились. Кто-то неуклюже потянулся к телевизору, однако Молли подбежала к окну, спросив по пути:

— Он уехал?

Она успела к самому интересному моменту. Селеста подала мотоциклисту руку и ловко запрыгнула на заднее сиденье, что при ее значительном весе было просто удивительно. Ее юбка не слишком годилась для езды на мотоцикле, однако Селеста тут же развернула ее разрезом назад. Она обхватила своими сильными ногами сиденье и мотоциклиста, потом протянула сильные руки и обняла его. Селеста была на несколько дюймов выше парня, шире в плечах и явно сильнее его. Мотоциклист перенес всю тяжесть тела на левую ногу, с видимым напряжением выровнял крен мотоцикла и оттолкнулся правой ногой. До конца гравийной дорожки парень с Селестой ехали медленно и, насколько возможно, тихо. Наконец мотоцикл вывернул на широкую улицу. По звуку двигателя было слышно, как парень увеличил скорость, потом еще и еще. Затем звук мотоцикла потонул в общем шуме уличного движения.

— Ну и мерзавец, — спокойным голосом произнесла Молли Кэбот, будто рассуждая сама с собой.