Тигр, светло горящий - Трейси Шевалье

Когда Джем добежал до Геркулес-комплекса, толпа уже рассеялась, хотя свидетельства недавней потасовки были видны повсюду — на земле валялись кирпичи, конский помет, палки и другие предметы, повсюду были выбиты стекла. Жители собрались в группки и патрулировали улицу, чтобы не дать ворам воспользоваться моментом и легко проникнуть в дома. Перед номером тринадцать стоял экипаж.

Дом мисс Пелхам был освещен ярко-ярко, как паб, словно она пыталась изгнать малейшую тень сомнения из своих комнат. Войдя внутрь, Джем услышал голос отца, доносившийся из гостиной мисс Пелхам вперемешку с ее дрожащими трелями.

— При всем том, что мне жаль вашу больную дочь, я не могу позволить, чтобы люди, сочувствующие революционерам, оставались в моем доме хотя бы день. Откровенно говоря, мистер Келлавей, если бы сейчас не стояла морозная зимняя ночь, вы бы уже были на улице.

— Но куда мы пойдем? — раздался жалобный голос отца.

— Об этом нужно было думать раньше, когда вы перед всеми отказались подписывать декларацию. Что будут думать соседи?

— Но мистер Блейк…

— Мистер Блейк не имеет к этому никакого отношения. Он заплатит за это свою цену. Вы не подписали, а потому не останетесь здесь. Я хочу, чтобы завтра к полудню вас здесь не было. Утром я пойду в ассоциацию и не сомневаюсь, они мне помогут избавиться от вас, если по моему возвращению вы все еще будете здесь. И вообще, если бы не это жестокое нападение на них сегодня, то они были бы тут, а не искали злоумышленников. Кстати, а позвольте узнать, где ваш сын?

Прежде чем Келлавей успел промямлить что-нибудь в ответ, Джем открыл дверь и вошел в комнату. Мисс Пелхам дернула головой, как рассерженная курица, и уставилась на него злобным взглядом.

— Я здесь, — пробормотал он. — А вам чего надо?

Причин обходиться с ней вежливо больше не было.

Мисс Пелхам почувствовала эту перемену, и сразу же в ее голосе послышались испуганные и в то же время агрессивные нотки.

— Уходи отсюда, мальчик, тебе никто не позволял сюда заходить!

И она сама поспешила к двери, словно подчиняясь собственному приказу. Джем видел, что хозяйка испугалась его, и это дало ему ощущение собственной силы. Но никакого преимущества от этого он не получал, кроме удовольствия видеть ее страх. Так или иначе, она выкидывала их на улицу.

Он повернулся к отцу. Томас Келлавей стоял, опустив голову.

— Папа, ма зовет тебя наверх, — сказал Джем, давая ему несуществующий повод выйти из гостиной мисс Пелхам.

Томас кинул взгляд на сына, его голубые усталые глаза теперь смотрели на то, что перед ним, а не куда-то вдаль.

— Извини, сынок, — сказал он. — Наделал я тут дел.

Джем зашаркал ногами.

— Да нет, па, ничего ты не наделал, — сказал он, понимая, что мисс Пелхам внимательно его слушает. — Просто ты нам нужен наверху.

Джем повернулся и прошел мимо мисс Пелхам, зная, что отец последует за ним. Пока они тяжелым шагом поднимались по лестнице, Анна высунула голову из двери наверху, откуда прислушивалась к доносящимся до нее звукам. Хозяйка, видя их удаляющиеся спины, снова обрела присутствие духа, вышла в прихожую и сказала: