Каждый новый день - Дэвид Левитан

– Отстаньте от меня, – говорю я, поднимаясь с места.

Кажется, его это забавляет:

– Я ведь тебя не трогаю. Просто сижу тут и разговариваю с тобой.

– Отстаньте от меня! – уже громче повторяю я и начинаю рвать блузку на груди, так что пуговицы разлетаются во все стороны.

– Да что…

– ОТСТАНЬТЕ ОТ МЕНЯ! – пронзительно кричу я, и в моем крике слышны и рыдания, и призыв о помощи.

Как я и рассчитывал, Натан все слышит (конечно, он подслушивал). Дверь резко распахивается, и на пороге гостиной появляется Натан. Как раз вовремя, чтобы увидеть меня – в разорванной блузке, и Пула – с кровожадно горящими глазами нависающего надо мной.

Моя ставка была на то, что для Натана вопросы приличий и морали далеко не на последнем месте. Это я вынес еще из пребывания в его теле. И хотя он сейчас явно напуган, вместо того чтобы захлопнуть дверь и сбежать или хотя бы сначала выслушать Пула, он кричит ему: «Что вы делаете?» – и, как того требуют приличия, придерживает дверь, чтобы я успел выскочить. Пока я бегу от входной двери к машине и сажусь в нее, он не выпускает из дома его преподобие (или кто там скрывается под его личиной). Чтобы задержать Пула, ему приходится применить силу, в результате чего я выигрываю несколько решающих секунд. Так что к тому времени, когда Пул выбегает на лужайку, мой ключ уже в замке зажигания.

– Нет никакого смысла убегать! – кричит Пул. – Ты еще захочешь меня найти! Все остальные уже вернулись!

Я не хочу ему верить. Хочу думать, что он актер, шарлатан, жулик.

Но когда я пристально смотрел в его глаза, я видел, что там, внутри, кто-то есть. И я узнал его точно так же, как Рианнон узнавала меня.

А еще я увидел опасность.

Едва отъехав, я сразу же начинаю жалеть, что не задержался у Натана на несколько лишних минут, чтобы послушать, что скажет еще преподобный Пул. Вопросов у меня теперь гораздо больше, чем прежде, а у него могли быть на них ответы.

Но если бы я остался на эти несколько минут, не знаю, сумел бы я оттуда впоследствии сбежать или нет. И Эйнсли пришлось бы драться с Пулом так же, как Натану, если не более ожесточенно. Не знаю, что Пул сделал бы с ней – что мы с ним сделали бы с ней, – если бы я остался.

Я не единственный .

Это пока не умещается в голове. Значит, могут быть и другие. Они могут ходить в ту же школу, что и я, учиться в том же классе, жить в той же семье. Но нам приходится так тщательно скрывать свою тайну, что выяснить это нет никакой возможности.

Я вспоминаю того парня из Монтаны, чей рассказ так напоминает историю, в которую попал Натан. Правда ли то, что он рассказал? Или это была ловушка, которую расставил Пул?

Есть и другие .

Это может все изменить.

Или не может изменить ничего.