Натурщица Коллонтай - Григорий Ряжский

Дальше смотри, Шуринька.

Тут Литва с азербайджанцами заявляют, что теперь независимые, что покидают насовсем и удаляются в самостоятельность собственных держав.

Без нас.

А хохлы — не могу по-другому назвать за это — во всеуслышанье сообщили, что теперь у них главный язык не наш, а украинская мова — нет, ну ты представляешь себе?

Повсюду забастовки и митинги, как при попе Гапоне: то шахтёры недовольны укладом своим да раскладом, то заводолитейщики Уралья, то труженики Невинномысского предприятия то ли по газировке, то ли ботинок на каучуковом ходу — многие разом вздрогнули и пробудились от беспамятства.

И вширь пошло.

В Германии немецкой стену по кусочкам разнесли, что возвели уже после тебя, меж двух Берлинов, нашим и ихним. Теперь немцы имеют свободный проход друг к другу и благодарят Горбачёва за эту прогрессивную инициативу, несмотря что до сих пор сам он во главе нового ЦК при старой партии.

Но есть и другое там, тоже с его нелёгкой руки, — выдвинули сами же немцы на этот раз обвинения против своего лидера Хонеккера, который так обожал целоваться с покойником Брежневым, как баба с бабой просто, за злоупотребления властью, и теперь, скорее всего, ждёт его судьба затворника-изгоя или даже арестованного в германском застенке.

И в Польше события — разрешили им образовать партию Солидарность, в которой рабочие против власти выступают за свободу и демократические новообразования. Главный у них тоже простой рабочий, как в твои времена, то ли Лех фамилия у него, то ли Шлях, не помню.

И Венгрия проснулась, попросила наши войска с постоя оттуда вон.

И вывели, согласились, не повели на них танки, как тогда на Прагу, когда Паша мой протест затеял с еврейкой своей.

Но что поразило до слёз, так это Верховный совет, когда собрался в первый раз, в новом уже составе, то первым делом Брежневу медаль отменил «За победу», которую дали ещё задолго при жизни. Признали неправоту отношения к этому человеку и проголосовали, который 18 лет стоял у кормила и руля нашей родины. А Паше моему никто уже и никогда медаль «За взятие Праги» не отменит, даже если кто-то и захочет такого — не достанут, чтоб забрать. Ему в этом году 71. И даже не знаю, живой он или только горбоносая эта жива, а его уже нет на свете. И снова никто мне и ничего не скажет о них, хотя живу, где жила, по тому же адресу, но другому телефону.

Вот так, моя родная, как ни прискорбно вспоминать это порой.

А Сахарова отпустили, давно уже, в 86-м, кажется, Андрея Дмитриевича, он потом был депутат Верховного совета, межрегиональщик, первый из радикальных несогласных.

Жил в ссылке, как ваши все жили в своё время. Сам физик, атомщик, водородный бомбодел, учёный с мировым именем и Нобелевский победитель. Знаменитость и совесть всех честных людей, как теперь выяснилось окончательно, только раньше правда скрывалась и утаивалась о его одинокой борьбе против советского режима коммуняк в паре с женой. Её тоже показывали не раз. Принципиальная и непреклонная, сразу видно по ней. Образ истинной революционерки, как будто родилась для этой цели, и больше ни для какой другой.

Знаешь, есть на свете такие люди, по которым сразу же можно определить, что они, даже если и не за что противостоять, то всё равно найдут за что и каким средством. Вот она из таких, Елена, не помню — с нерусской фамилией какой-то. Думаю, такая и ты у нас, бабушка, хотя мы и не сталкивались при жизни, но непримиримая и самовластная в действиях всей твоей выдающейся жизни.

У нас, которая по йоге ведёт, тоже в принципе похожа на эту человеческую разновидность. Ни одно занятие, даже если все всё пытаются делать правильно и со старанием, её не удовлетворяет до конца. Для неё главное не научить и мягко поправить, не повышая голоса, а выразить поперёк того, как исполняешь любую асану, даже самую начинающую. Потому что если всё будет тихо и мирно и все довольны уроком, то её это бесит, и она обязательно начнёт искать повод, где было неправильно у кого и в чём.

И нервничать, как будто её обидели преднамеренно.

Странно, очень странно.

Казалось, вся та философия духа и тела, за которую она первая же и переживает, должна приводить к спокойствию и расслаблению умиротворённого духа. К созерцательности и уходу внутрь себя на почве размягчённых членов. К медитациям и покою. К обращению мыслями к шелесту трав, к закатам, листопадам, небесной синеве, галечным пляжам с забытым шлёпанцем, к вывороченным из грунта корневищам, к ягодам и грибам, к бабочкам и гусеницам, к скальным породам на срез, к раздавленным помидорам, к туманам, к облачностям и когда ясно, к полевым цветочкам, к детским игрушкам, к следам на песке, к раскрывшимся и нераскрывшимся почкам, к огню и пожару, к воде и волнам, к земле и пыльной буре, и даже к трамвайной остановке, как она отбрасывает тень…

А вместо всего этого она наполняется раздражительностью и начинает насильственно ставить тебя в асану, больно прихватывая конечности.

Где же тут гармония духа и тела?

А месячные принимает исправно.

И Кашпировского разрешили по телевизору, первый раз за всю его противоправную предыдущую практику, когда укладывал людей стадионами под свой дьявольский гипноз.

Не верю.

Мутит и наживается на доверии и глупости народной, которая сегодня так и сквозит отовсюду, когда столкнулись лбами нажитое прошлое с непонятным будущим.

Но Владлен говорит, это и есть признаки демократии. Погоди, говорит, скоро фашисты и шовинисты повылазят изо всех щелей, и это, как ни странно, тоже будет означать первые ростки свободы не на словах, а по жизни. Так уж, сказал, человек устроен, таким негармоничным и отвратительным образом создан, что всегда будет живущая в нём гадость прорываться наружу, как только найдёт первую для себя дырочку, даже крохотную самую. Иначе не будет движения к прогрессу и победы сил добра над злом мироздания. А борьба эта вечная, и кто в ней победит, не знает ни одна душа на земле, кроме того, кто её затеял.

И — пальцем в небо с загадочными глазами. А потом — в пол, тоже многозначительно так же.

Он хороший человек, в общем, к тому же вижу, что далеко не глуп — вполне себе образованный интеллигент и умница.

И платочек на шее носит шёлковый, как чудаковатый поэт Вознесенский.

Вдовец на пенсии, в прошлом старший редактор издательства «Техническая и справочная литература», при сыне с невесткой, внуке и внучке, живёт отдельно от них, тоже у нас на Остоженке, комната у него в не расселённой пока коммуналке с каких ещё времён. Тайно пописывает стишата, но самого Вознесенского не терпит из-за резких взмахов руками и неконкретной зауми, а за талант признаёт Николая Тряпкина, хотя я его не знаю, не слышала и не читала. И оценить не в силах, бабушка.

Сегодня на занятии напомнил мне, что Рождество было в ночь со вчера по католическому календарю христиан всего мира, кто не придерживается православной веры.