Рапсодия ветреного острова - Карен Уайт

– А я вернулся. Я всегда буду возвращаться к тебе.

Их губы снова встретились, когда руки Питера привлекли ее ближе к нему, и Мэгги закрыла глаза, более всего желая оказаться в каком-нибудь уединенном месте. Колокольчик снова зазвенел, и они быстро оторвались друг от друга, когда Лулу вбежала в магазин через заднюю дверь.

Девочка резко остановилась, когда увидела, что сестра не одна.

– Что ты здесь делаешь? – спросила она. Потом, когда Мэгги толкнула ее под локоть, она быстро добавила: – Рада видеть вас снова, мистер Новак.

Она посмотрела на пол, где лежали книги, купленные Питером, и ее лицо прояснилось. Проследив за ее взглядом, Питер опустился на колени и стал собирать книги.

– Разумеется, я должен был привезти подарки для своих любимых дам.

Лулу вспыхнула, когда Питер протянул ей книгу, и восхищенно продемонстрировала обложку Мэгги.

– Смотри, «Собака Баскервилей»!

Питер повернулся к Мэгги.

– Там больше не осталось книжек про Нэнси Дрю, которые Лулу еще не читала.

– Ты более чем щедр. Спасибо. – Мэгги выразительно взглянула на Лулу.

– Спасибо вам, мистер Новак.

Мэгги посмотрела на часы, висевшие на стене, и с подозрением покосилась на Лулу.

– Почему ты здесь, а не в школе? Занятия должны закончиться через два часа.

Лулу страшно хотелось поскорее начать читать книгу, и она в нетерпении постукивала носком туфли по деревянному полу.

– Сегодня утром, когда я собиралась в школу, Кэт стошнило, и она попросила меня остаться дома на тот случай, если понадобится моя помощь.

Мэгги прикусила нижнюю губу.

– Надеюсь, это не грипп.

Лулу шагнула к двери.

– Нет. Сейчас она чувствует себя гораздо лучше. Именно поэтому она послала меня сюда – напомнить, чтобы ты пораньше закрыла магазин, и тогда мы все вместе пойдем на карусели. Роберт обещал два раза прокатить меня на колесе обозрения.

– Должно быть, она что-то съела. Ну, хорошо. Передай ей, что я буду дома примерно в половине четвертого, чтобы успеть переодеться. Еще скажи, что Питер вернулся и пойдет с нами.

Лулу уже бежала к двери.

– Я все передам! – крикнула она, но хлопнувшая дверь заглушила последнее слово.

Улыбка Мэгги потускнела, когда она повернулась к Питеру, чье лицо выглядело еще более изможденным, чем раньше. Она провела ладонью по его щеке.

– Ты выглядишь сильно утомленным. Тебе лучше вернуться домой и немного вздремнуть. Тогда, может быть, ты почувствуешь себя лучше. Я не обижусь, даже если ты не придешь.

Он накрыл ее руку ладонью и поднес к своим губам.

– Я и правда устал. Нужно немного отдохнуть. Обещаю прийти к четырем часам.

Питер снова поцеловал Мэгги, взял шляпу с прилавка, где оставил ее, и вышел из магазина, даже не оглянувшись на нее.

Когда Мэгги вернулась домой, то нашла Лулу на крыльце. Девочка с головой погрузилась в новую книгу, благо на улице было довольно тепло. Мэгги поздоровалась, но Лулу даже не ответила и совершенно отрешилась от внешнего мира.

Улыбаясь, Мэгги открыла дверь и увидела Марту, надевавшую пальто в прихожей. Пожилая женщина хмурилась, и это обеспокоило Мэгги.

– Кэт чувствует себя лучше? Вы не думаете, что это грипп?

Марта покачала головой и поджала губы.

– Это не грипп, можете не беспокоиться, – она смерила Мэгги тяжелым взглядом и направилась к двери мимо нее. – Чем бы ни болела мисс Кэт, не думаю, что вы сможете это вылечить.

Она снова покачала головой и распахнула дверь.

– Я сварила куриный бульон, и она съела на ланч две тарелки с крекерами, так что у нее вполне здоровый аппетит. Остатки я убрала в ледник.

– Спасибо, Марта, – поблагодарила Мэгги, и старая женщина ушла, сильно хлопнув дверью.

Мэгги бегом поднялась по лестнице и ненадолго остановилась перед закрытой дверью Кэт, прежде чем постучать и приоткрыть створку. Кэт лежала на боку и смотрела в окно. Оно было закрыто, но шторы затемнения были подняты, а занавески раздвинуты, чтобы проникал солнечный свет.

– Кэт? – тихо окликнула Мэгги.

Кузина слегка пошевелилась и улыбнулась ей.

– Я как раз думала о тебе.

– Вот как? – Мэгги подошла к ней и примостилась на уголке кровати. Она приложила тыльную сторону ладони ко лбу Кэт и с облегчением убедилась, что он прохладный.

– Да. Я вспоминала то время, когда мы были детьми, моя мама тогда еще была жива. Помнишь, как мы играли в халф-роббер[30]с соседскими ребятами? Никто из мальчишек не хотел пускать тебя в игру, потому что ты не успевала за остальными. Но я разрешила Донни Роу поцеловать меня, и он позволил тебе играть за нашу команду. Впрочем, он был прав: ты играла не лучшим образом. Но я не позволила ему выгнать тебя.

Мэгги откинула волосы Кэт со лба и пригладила их.

– Я и не знала об этом. Мне казалось, что Донни просто хорошо ко мне относился.

Кэт отвернулась к окну.

– Еще я помню, как после смерти твоей мамы твой отец и все остальные говорили, что теперь ты должна позаботиться о Лулу и о магазине. Я-то видела, что тебе приходится хуже других, но никто не позволил тебе оплакивать маму.

Мэгги вздохнула, вспоминая эти горестные дни и чувство глубокой печали, которое на самом деле никогда не покидало ее.

– Ты отвела меня на пляж и заставила бегать в воде босиком, хотя было очень холодно, и я намочила подол. Все это выглядело так забавно, что я перестала плакать.

Кэт улыбнулась и посмотрела на кузину.

– Ты почти все умеешь делать сама, Маргарет О’Ши. Мне понадобилось много времени, чтобы найти хоть что-то, где я могла бы тебе помочь.

Мэгги тоже улыбнулась, расслабившись в теплой комнате и радуясь ощущению старой дружбы, которая по-прежнему продолжалась, несмотря ни на что.

– Почему ты вспомнила об этом сейчас?

– Не знаю. Может быть, я просто устала. Но я хотела убедиться, что ты тоже помнишь, вот и все.

Кэт отодвинулась и похлопала по матрасу рядом с собой. Мэгги прилегла вместе с ней, как она делала, когда обе были девочками. Она испытывала радость и печаль одновременно, вспоминая все, что было между ними, пока они росли вместе, и как обстояли дела до появления Джима.

Они довольно долго лежали в молчании, и глаза Мэгги уже начали закрываться, как вдруг Кэт спрыгнула с кровати. Мэгги села и увидела, как кузина решительно направилась к окну.