Рапсодия ветреного острова - Карен Уайт

Фолли-Бич, Южная Каролина

Апрель 1942 года

Мэгги с некоторым удовлетворением посмотрела на опустевшую верхнюю полку, а потом передвинула табурет среди разложенных на полу атласов и книг о путешествиях. Она остановилась перед стопкой книг, которые Питер прислал ей почти за четыре месяца после их первой встречи. Материнские книги были дороги для нее, но эти стали еще дороже. Именно поэтому она решила подыскать для них такое место на полках, где посетители не смогут их быстро разглядеть и попросить почитать. Они принадлежали ей, и она была готова поделиться любыми другими книгами, но только не этими.

Когда Мэгги отошла в кладовую за мягкой тряпкой, чтобы вытереть пыль с обложек, то услышала звон дверного колокольчика, за которым вскоре последовало звяканье десятицентовой монетки, упавшей в жестяную банку, где посетители оставляли залог за книги, взятые из ее библиотеки. Поспешив наружу из кладовой, она крикнула:

– Я сейчас подойду…

Слова замерли у нее на губах, когда она увидела Питера, смотревшего на нее с широкой улыбкой.

– Здравствуй, Маргарет. Я привез тебе еще несколько книг.

Его лицо побледнело и осунулось, но глаза лучились светом, адресованным именно ей. Забыв о церемониях и о том, что кто-то еще может зайти в магазин в любую минуту, она бросилась навстречу и заключила его в объятия, едва не опрокинув их обоих на книжную полку за его спиной. Питер уронил книги, которые держал в руках, и крепко обнял ее.

Его теплое дыхание щекотало шею Мэгги, и она вздохнула.

– Ох, милый. Становится все труднее ждать тебя.

– Знаю, – он поцеловал ее за ухом, и по коже пробежала сладостная дрожь. – Обещаю, когда война закончится, все будет по-другому.

– Но когда? Когда все это кончится? – Она отодвинулась и заглянула в его янтарные глаза, которые всегда казались освещенными внутренним огнем.

– Скоро, – он ласково поцеловал ее и тоже отодвинулся, но продолжал обнимать ее за плечи. – Что происходит? – добавил Питер, глядя на кучи книг и пустые полки.

Мэгги виновато улыбнулась.

– Я становлюсь чрезвычайно эгоистичной и ставлю новые книги, которые ты привозишь, на самую высокую полку, где их никто не увидит. Тогда мне не придется делиться с ними.

Питер приподнял бровь, но улыбка выдавала его.

– Как нехорошо с твоей стороны, Маргарет. Правда, не уверен, что не поступил бы так же.

Он наклонился и снова поцеловал ее. На этот раз поцелуй длился долго, очень долго… Им даже не хватило дыхания.

– Мы сможем встретиться сегодня вечером? – спросил Питер.

Мэгги тщетно пыталась справиться с разочарованием.

– Недавно открылась летняя ярмарка, и мы с Робертом и Кэт обещали Лулу, что отведем ее туда. Сегодня я собиралась пораньше закрыть магазин.

Она уперлась лбом в его грудь, вдыхая ароматы шерсти, лосьона после бритья и соленого воздуха. Фолли-Бич уже как будто утвердил свои права на Питера, отметив его своим всепроникающим запахом.

– Но я не хочу расставаться с тобой.

Питер глубоко вздохнул, вслед за ним вздохнула и Мэри, уверенная в том, что он все понимает. Оторвавшись от Мэгги, Питер взял ее за руку.

– Что же, тогда не будем разочаровывать Лулу.

– Почему бы тебе не отправиться с нами? Ты знаешь Роберта и Кэт, а Лулу будет рада видеть тебя. Эта ярмарка не только для детей. Взрослые и подростки тоже любят летнюю ярмарку – это настоящий символ Фолли-Бич. Все закрывается после заката из-за обязательного затемнения, но если мы будем там к четырем часам, у нас останется примерно два часа, чтобы повеселиться как следует. – Мэгги крепко сжала его руки. – В последнее время нам очень этого не хватает. Думаю, тебе тоже будет полезно немного развлечься. Ты слишком много работаешь.

В глазах Питера как будто захлопнулись ставни, погасив свет, который видела Мэгги, когда смотрела на него.

– Само собой, – медленно ответил он. – Только мне нужно вернуться к себе, чтобы распаковать вещи и переодеться. Я зайду за тобой в четыре часа, хорошо?

– Это будет замечательно. Я знаю, что другие не станут возражать, особенно Лулу. Ты привез книгу и для нее, да?

Губы Питера изогнулись в слабой улыбке, не скрывавшей усталости.

– Разумеется. Я подумал, что ей может понравиться Шерлок Холмс. Конечно, Лулу еще ребенок, но она довольно взрослая для своего возраста. Кроме того, мистер Холмс – англичанин, поэтому все, чем он занимается у себя дома, не будет особенно тревожить ее, – он улыбнулся и приподнял брови. – А еще я привез тебе фунт сахару.

Прильнув головой к груди Питера, Мэгги слушала его сердцебиение.

– Ты так добр к нам, Питер. Думаю, я скорее позволила бы уморить себя голодом, чем расстаться с тобой, – она закрыла глаза, чтобы он не видел ее слез. – Помнишь тот вечер на пляже, когда ты попросил меня дождаться тебя? Я думала, что ты больше сюда не вернешься. Но я дождалась, правда? Я даже не ездила в Чарльстон, потому что боялась, что ты приедешь и не найдешь меня.

Питер положил ладони ей на щеки и легко поцеловал в губы.