Арабская сага - Таня Валько

Девушка не может не удивляться, что англичанину не мешает такая трансформация.

– Снова? Как я тебя узнаю? В кого ты на этот раз переоденешься?

– Стандарт. У меня тут не слишком большой выбор. Я приеду на «мицубиси паджеро». На переднем стекле в левом углу наклейка с черепом на черном фоне. Если ты до этого не заметила.

Мужчина посмеивается над рассеянностью любовницы.

– У тебя убойный автомобиль! – шутит она по телефону и умиляется. – С убойным парнем внутри.

– Если бы!

– Я должна подвести глаза кохлем?

– Разумеется, ведь в тебе течет арабская кровь, а если соответственно оденешься и накрасишься, то уже никто не будет сомневаться. Надеюсь, что мои соседи тоже на это купятся.

– Ты забираешь меня к себе домой? – все больше возбуждается Дарья. – Это чудесно!

– Знаешь, я живу не на вилле, а в обычном кирпичном доме с соседями за стеной, поэтому постарайся вести себя скромно. Как и пристало арабской жене.

– Что? – Сердце в молодой груди девушки начинает трепетать.

– Ведь должен же я был как-то объяснить им визит женщины в квартиру, которую до сих пор снимал одинокий мужчина. Я сказал, что ты прилетишь из Сирии и присоединишься ко мне на некоторое время.

– А если не поверят? Если найдется какой-нибудь формалист и попросит показать брачный контракт или другой наш общий документ, удостоверяющий личность?

– Так я ему в морду дам! – взрывается Джон своим обычным непринужденным смехом, и Дарья понимает, что хотела бы это видеть.

– Если ты так говоришь, я спокойна, – шепчет она страстно. – Я буду играть роль арабской жены… Кстати, где ты так хорошо научился говорить по-арабски? Это нелегкий язык, – решает она выяснить хотя бы что-то, что волнует ее в таинственном мужчине.

– Дела с арабами – это моя специальность и большие деньги, – в голосе англичанина слышна искренность. – Когда с ними говоришь на их языке, они счастливы и перестают контролировать кошелек. Мне оплачиваются старания, ломание языка и износ горла. А ты умеешь говорить хоть что-нибудь на своем родном языке? – спрашивает он мимоходом.

– Каком родном? Мой родной язык польский и только польский. Своего биологического отца я вообще не помню. И слава богу! Я ведь тебе говорила!

– Но в арабских странах ты ведь живешь почти всю свою жизнь. Если с тобой заговорит какая-нибудь соседка, то хорошо было бы, чтобы ты могла ответить.

– О, не беспокойся, – обещает Дарья.

Худо-бедно она говорит по-арабски, но просто, как настоящая жительница пустыни.

Развлечение с переодеванием нравится Дарье все больше. Она меньше переживает, чувствует себя увереннее, хотя теперь это уже перестало быть невинной игрой: она входит просто в пасть льва. В кирпичных доходных домах в Саудовской Аравии живет преимущественно местная беднота. Нет никакой охраны, сторожей, ворота всегда открыты, из-за чего коридоры воняют фекалиями, а в воздухе висит дым выкуренной марихуаны. В таких местах, охотнее всего под лестницей на первом этаже, собираются бомжи со всего района. Они сидят или лежат на плитке, едят и спят. Время от времени появляется какой-нибудь убогий, просящий милостыню, без ноги, руки или глаза. Но чаще всего его выбрасывают, потому что такие районы относятся к самым лучшим местам оседлости для местных нищих. Попрошайки же преимущественно приезжие, чаще всего из Йемена или убогой Сирии.

– Имши барра! – орет Джон арабу, замахивается на бездомных рукой и бьет по чему попало.

Дарье становится неприятно.

– Ой-ой! Оставь их в покое. Это несчастные. – Она открывает сумочку, достает кошелек, типично по-арабски вынимает из него, не считая, пачку денег и подает женщине, которая сидит на земле с ребенком на руках. – Купи малышу молока.

– Ты очень добрая. – Бедолага целует кончики пальцев и прикладывает к сердцу, что означает самую большую благодарность.

Джон недоволен и быстро тянет Дарью по ступенькам.

– Думаешь, тебе кто-нибудь поможет?

– Конечно! – не сомневаясь, отвечает девушка.

– И какой же идиот? – смеется он неприятно, снова становясь отталкивающим.

– Хотя бы моя сестра, хам!

Дарью все больнее ранят его уколы.

– В ней течет арабская кровь, и, если кто-то меня обидит, она собственными руками раздерет ему горло, – говорит она вполне серьезно.

Грубый мужчина уже не разговаривает. Он вдруг становится серьезным и молча ведет любовницу в свою нору.

Квартира избранника поражает Дарью. Она состоит из двух спален и приличных размеров гостиной, небольшой кухни, чистой, и большой душевой с ванной с гидромассажем.

Мебель и утварь новые и современные, а бытовая техника и аудио-видео– самого высшего качества. Под стеной стоит библиотека, заполненная книгами. Девушка сразу заметила Коран в кожаном переплете с золотым тиснением, сборники хадисов и работы на тему джихада. Все это написано по-арабски, что ее поражает: иностранцам трудно говорить на этом языке, не то что читать, да еще и религиозные, научные или юридические книги. У нее нет времени на размышления: в конце концов, она не за тем сюда пришла.

Джон снова мило обращается с Дарьей и ласкает ей низ живота.

– Снимай эти шмотки. Я пойду переоденусь.

Через минуту мужчина возвращается в одних плавках, совершенно преображенный: он снова смотрит на нее теплыми голубыми глазами, от которых она окончательно тает.

– Иди-ка сюда, маленькая, – протягивает он ей волосатую мускулистую руку, крепко прижимает как девочку к груди, так что ее ребра скрипят и у нее перехватывает дыхание.

– Ты как? Есть желание кое-чем заняться?

– С тобой в любую пору дня и ночи, – отвечает на его объятие Дарья.

Они идут, прижавшись друг к другу, в затемненную спальню, где падают на кровать и долгое временя с нее не встают.

На этот раз Джон оказывается намного более нежным, искусным любовником, решительно доминирующим и обладающим женщиной без каких-либо ограничений, до конца, до последнего дыхания. Целуя ее, он будто глотает ее язык, а заканчивая любовный акт, не задумываясь, немилосердно вдирается в мягкое и нежное нутро мощным членом. В другой раз он решает заняться оральным сексом, не спрашивая на это согласия партнерши. Он держит ее голову на уровне своей промежности и разрывает ей рот фаллосом. Когда доходит дело до семяизвержения, любовнице почти нечем дышать: излишек спермы вытекает у нее через нос. В этот момент мужчина вдруг взрывается хриплым смехом и сцеловывает поток с ее лица. Дарья испытывает один оргазм за другим, кричит, плачет, рвет на себе волосы и царапает широкую спину мужчины своей жизни. Мужчины, который ее заворожил, доминирует над ней, подсадил ее на себя как телесно, так и духовно.

После двух недель Джон меняет их ритуал.