Закон бутерброда - Титью Лекок

Хочешь новых встреч?

Наклониться к экрану его заставило вовсе не это обещание, а рекламное фото. Маленькое квадратное фото с улыбающимся лицом блондинки.

Девица как две капли воды походила на чмошницу, развалившуюся на диване у него за спиной.

Марианна крупным планом, одна сплошная чарующая, застенчивая улыбка. Кажется, он даже смутно помнил это фото. Похоже, старая фотография, которую она в прежние годы ставила на аватарку в соцсетях.

Он выпрямился. Ему до смерти хотелось обернуться и взглянуть на лицо Марианны, но об этом не могло быть и речи. Вместо этого он стал искать в гугл-картинках фотографии Марианны. И в конце концов нашел точную копию изображения. Кликнув, он попал на статью 2007 года с какого-то сайта необычных новостей, где рассказывалось про порноролик и выступление Марианны против Фредерика Лефевра. Он проверил связанные с текстом ключевые слова: “девушка, секси, секс, любовь, интернет”. Вот и объяснение. Он знал, что такую рекламу генерируют боты, роботы, копающиеся в базах данных фотографий и выискивающие те, что подходят под заданные в объявлении критерии. Если программист дал роботу задание найти фото сексуальной девицы, отвечающее всем прочим критериям, вполне логично, что робот взял фото Марианны и привязал его к сайту про “новые встречи”. Скандалов в подобном духе случалось уже немало. Фото одной канадской девочки-подростка, покончившей с собой из-за дела о порноролике, уже после ее смерти оказалось на рекламе “Найди любовь в Канаде”.

Ладно, не конец света; но он не знал, как отреагирует Марианна на свое вдруг всплывшее прошлое порнозвезды. К тому же спросить значило вступить с ней в контакт. А она всего дней десять подыхала у него на диване и вполне заслуживала еще нескольких недель покаяния. Но сделать вид, что он вообще не видел эту рекламу, тоже нельзя. Он откашлялся и немедленно почувствовал, что Марианна села. Не поворачиваясь, он знаком поманил ее к экрану. Она вскочила и встала рядом. Он пальцем показал ей на рекламу.

– Ох, блин… – выдохнула она. – Это еще что за херотень?

Поль вздохнул и стал объяснять, как работает агрегатор картинок. Когда он умолк, она смотрела на него с легкой довольной улыбкой. За время своей речи он, сам того не сознавая, повернулся к ней лицом.

– Ок, – сказала она, – и что мне делать, чтобы это убрать?

– Извиняюсь, но положить Фейсбук я не могу. Тебе надо написать чувакам, повесившим рекламу, и в службу поддержки французского Фейсбука, чтобы они убрали картинку с тобой.

– Блин, до чего ж заколебало… Когда только кончится эта хрень, – она обернулась к нему, – думаешь, у Готье те же проблемы?

– Не-а. Он не связан с ключевым словом “сексуальный парень”. Он связан с маленьким членом.

– Уже нет.

Несколько лет назад Готье оплатил услуги фирмы, занимающейся сетевой репутацией, чтобы они очистили его имя в интернете. Чистильщикам не удалось стереть “Готье Сандос + micropenis”, но они сгенерировали достаточное число других интернет-страниц о своем клиенте, и страницы, связанные с сексуальной проблемой, ушли в самые глубины выдачи гугла.

– Это какую же прорву времени займет связываться со всеми этими людьми…

– Ну конечно, ты же сейчас невесть как занята…

– Представь себе, да, занята. Я для Кристофа делаю расследование по Big Data. Меня вычеркнули из списков страховой компании, потому что я, по их мнению, ненадежный клиент, и я пытаюсь понять, как эта система функционирует.

Она вдруг умолкла на полуслове и ткнула пальцем в экран Поля:

– То есть ты говоришь, моя картинка связана с этими ключевыми словами?

Поль кивнул.

– Значит, и имя мое может быть с ними связано?

– Ну да. Конечно. Тоже мне открытие.

– Конечно. Но раньше все, что было в интернете, там и оставалось. А с Big Data и с пересечением всех этих данных с историей с порнороликом меня вполне могли профилировать как ненадежную клиентку…

– Ну да. Не исключено.

– А если так, значит, моя дочь больше не обеспечена страховкой опять из-за этого мудака Готье?!

– Интернет ничего не забывает, ты же знаешь.

– Знаю. Но раньше сеть была отрезана от реальной жизни, – она изобразила руками кавычки, обозначая, с какими оговорками следует использовать это выражение.

– Ты прямо как Кристоф. Я же вам говорил, что нашу сеть изгадят, а вы не хотели меня слушать. Интернет умер. Он превратился в копию реала.

– В симулякр.

– Если тебе непременно надо швыряться своими умными словечками, то да.

К величайшему ужасу Поля, на глаза Марианны навернулись слезы.

– Блядь, нет! Только не реви! Ты же знаешь, я этого не выношу.

Она всхлипнула, вытерла глаза тыльной стороной руки и просипела “нет”.

– Просто и история эта опять выплыла, и ты на меня дуешься, и с деньгами проблемы, и интернет умер, это уже чересчур.