Невероятная история индийца, который поехал из Индии в Европу за любовью - Пер Дж. Андерссон

Трехкомнатная квартира на улице Ульвенс Гата в Борасе находится в большом розовом оштукатуренном доме, который принадлежит семье Лотты. Ее родители живут этажом выше. Это первое лето Пикея в Швеции. Он надел теплый вязаный свитер под шерстяную куртку. Вот он сидит в гостиной у открытого окна и прислушивается к щебетанию птиц и шуму берез. Время от времени мимо проезжают машины. А в промежутке слышен только ветер в кронах деревьев. Борас не такой, как города, в которых он жил, где надо навострить уши, чтобы услышать отдельные звуки из громкой какофонии криков и машин.

Ему нравится тишина, она дарит чувство умиротворения. Но иногда все слишком хорошо, и тогда его охватывает паника. Например, в автобусе люди обычно смотрят в сторону. Когда он заговаривает с ними, они вежливо отвечают, иногда даже добросердечно. Но ни один швед никогда не идет первым на контакт. «Они сидят рядом, но каждый из них как будто находится в своем отдельном холодильнике, и они постоянно мерзнут», – думает он.

Иногда ему кажется, что он попал в другой мир – мир мечтаний, – где можно сделать паузу от страданий. Это награда за долгое и смелое сражение в реальном мире. Здесь так холодно и в то же время спокойно. Иногда у него бегут мурашки по коже. Но он хорошо вживается.

Из открытого окна Пикей видит двух пробегающих мимо мужчин. Они бегут к лесу. Они торопятся. Вдруг у него появляется чувство, что лесу грозит опасность, и он спешит из квартиры. Он догоняет мужчин и вместе с ними бежит к кромке леса. Он убежден, что там пожар и что они бегут его тушить. Скоро они остановятся на краю лесного пруда и начнут протягивать друг другу ведра с водой. Если подойдет больше людей, чтобы помочь, они справятся.

Но из леса не видно дыма. Между деревьями нет огня. Нет паники на лицах обоих мужчин. Они одеты в синие спортивные костюмы и сейчас остановились. Они тихо переговариваются, оперлись руками о дерево и прислонились к стволу, как будто хотят его толкнуть.

Пикей смотрит на них.

«Что вы делаете?» – спрашивает он по-английски.

«Упражнения на растяжку», – отвечают они.

«Зачем вы это делаете?»

«Мы спортсмены-ориентировщики».

Он не знает, что такое спортсмены-ориентировщики. Мужчины объясняют: «Мы занимаемся спортивным ориентированием».

В Борасе есть человек, который не проехал много тысяч километров по горам и пустыням, который не обладает даром пророка-астролога, который не умирал с голода и не спал под мостом, не пытался убить себя и не рисовал портреты президентов и премьер-министров. Он светловолос, у него светлая кожа, и он швед, выглядит опрятно и мило, играет на флейте, отлично говорит по-шведски, не нарушает социальные и культурные правила и хорошо знает Лотту, потому что много лет они пели с ней в одном хоре.

Кроме того, его зовут Бенгт, что гораздо легче произнести, чем Прадьюмна Кумар.

Однажды вечером Бенгт приходит в гости. Он много говорит и с любопытством смотрит на Пикея и Лотту. Он так неестественно разговаривает, что Пикей постепенно начинает думать, что тот не в себе.

Проходят часы, вечер переходить в ночь, а Бенгт все никак не идет домой.

«Почему гость так долго не уходит?» – спрашивает Пикей в три часа ночи, когда Бенгт ушел в туалет.

В какой-то момент он перестает следить за монологом шведского гостя. Он выходит и прогуливается в надежде, что, возможно, это намекнет Бенгту, что тот должен идти домой и ложиться спать.

Но когда Пикей возвращается, то видит, что Бенгт до сих пор тут. У него красные глаза и мокрые щеки. Вдруг Бенгт встает, выходит в прихожую, захлопывает за собой дверь и сбегает вниз по лестнице, чтобы наконец-то оставить их вдвоем. Пикей слышит, как внизу закрывается входная дверь. Становится тихо.

«Почему он плакал?» – спрашивает Пикей.

«Мы знаем друг друга давно. Мы друзья, не больше, но сегодня он мне признался, что влюблен в меня. Он не понимает, почему ты тут со мной живешь», – рассказывает Лотта.

Пикей лежит в постели рядом с Лоттой и рассматривает тени с улицы, которые пляшут на потолке. Он не может заснуть и рассуждает: «На свете есть еще одна Лотта, одна для меня, другая – для Бенгта».

На следующее утро он говорит Лотте, что идет в магазин велосипедов.

«Зачем это?» – спрашивает она.

«Я хочу купить велосипед».

Она ошарашенно смотрит на него.

«Хороший и прочный велосипед, который выдержит обратную дорогу в Индию».

Лотта плачет. Пикей уходит.

Весь следующий день Пикей думает о Бенгте. Ему больно видеть, что этот швед так хорошо подходит Лотте. Он обдумывает свое поражение, идет в магазин велосипедов и находит модель, которую хочет купить на следующий день. На улицах Бораса он встречает новых друзей и рассказывает, что поедет домой на велосипеде. Некоторые смеются, но Пикей остается серьезен и крепко стоит на своем. Смех затухает.

«Если нет любви, что мне здесь делать?» – спрашивает Пикей.

Обратный путь будет быстрее, потому что сейчас ему нужно будет ехать только прямо, говорит он. Он будет проезжать как можно больше, ехать с утра до вечера. Он вернется домой, в Нью-Дели, и пойдет на главпочтамт, чтобы узнать, вакантно ли место иллюстратора почтовых марок. Если нет, то он поедет на автобусе в Гималаи, найдет красивый буддийский монастырь и станет монахом.

Он хочет иметь дом. Пикей имеет в виду не просто здание. Не важно, как оно выглядит. Важно, чтобы это было укрытие и приют.

Вечером, после любовной драмы с Бенгтом, Пикей и Лотта сидят на диване.

«Я решил, – говорит он. – Я поеду обратно в Нью-Дели».

Лотта плачет.

«Почему ты плачешь?»

«Потому что я не хочу, чтобы ты купил велосипед и уехал от меня».

Она прижимается к нему и обнимает. Он дает себя обнять. Наверное, это прощальное объятие.

«А сейчас мне нужно уйти?» – спрашивает он.

«Нет, я не хочу, чтобы ты уходил. Мне плевать на Бенгта. Я даже не знала, что он в меня влюблен. Я хочу прожить с тобой всю жизнь», – тяжело дыша, всхлипывает Лотта.