Женщина без имени - Чарльз Мартин

Я также выяснил, что французы ужинают в обратном порядке. Суп, основное блюдо, потом салат. И вместе с салатом подают то, что они называют сыром. Обратите внимание: я сказал, они называют сыром. Я не говорил, что я считаю это сыром. Кейти подала салат, потом предложила мне тарелку с сырами. От запаха меня едва не вывернуло наизнанку. Я икнул. Она постаралась подавить улыбку и выглядеть удивленной.

– Что не так?

Я отвернулся от тарелки.

– Что это такое?

– Козий сыр.

Я вернул ей тарелку. Только это я и смог сделать, чтобы меня не вырвало.

Кейти снова протянула ее мне.

– Попробуй.

– Нет, спасибо.

– Попробуй, тебе понравится.

– Этим бы и червяк подавился.

Кейти отрезала кусочек и положила в рот. Она наслаждалась вкусом. Потом прожевала и проглотила.

– Поступай, как знаешь.

– Как ты это ешь?

– Это французский сыр.

Я покачал головой. Она отломила ложкой кусочек от сыра другого сорта. Я поджал губы.

– Тебе наверняка захочется прополоскать рот после этого.

Я как раз заканчивал фразу, и Кейти смеялась над ней, когда мы услышали громкий и настойчивый стук в дверь. Она перестала жевать, побелела и начала оглядываться по сторонам. Как будто искала, где спрятаться. Я спросил:

– Ты кого-то ждешь?

– Нет.

Кейти оглядела себя, покачала головой:

– У меня нет времени для грима.

Я встал.

– Я сам открою.

– А что, если они будут говорить по-французски?

– Иди за мной. Поднимись на второй этаж. Если они меня не поймут, ты сможешь крикнуть им сверху и сказать, что ты говоришь по громкой связи с Америкой.

Кейти пошла за мной, держась за мою рубашку, прячась за моей спиной.

– Ты ловко придумал.

– У меня было время потренироваться.

Мы прокрались через комнаты. По дороге я выключал свет. Кейти поднялась наверх. За стеклом парадной двери я увидел мужскую тень. Я отошел в сторону, включил свет на крыльце и увидел Йена Мерфи с бутылкой в руке. Я распахнул дверь.

– Bonsoir[20], приятель.

Я все еще держал в руке салфетку.

– О, привет.

Он слегка наклонился вперед, но не переступил через порог.

– Я могу увидеть мадам Десуш?

Я собрался было ответить, но с площадки второго этажа раздался голос Кейти. Он эхом пронесся по холлу:

– Йен, я на громкой связи с людьми из Штатов. Это может подождать до завтра?

– Да, конечно. Ну, что ж… – Управляющий передал мне бутылку. – Это для вас. Одно из наших лучших вин. На здоровье. – Йен пожал мне руку.

– Спокойной ночи.

Я стоял у окна и смотрел, как задние фонари его автомобиля исчезают среди деревьев. Я почувствовал, как сзади подошла Кейти, ощутил ее дыхание на моей шее.

– Мы едва не попались.

Я кивнул.

Она потянула меня за рубашку:

– Идем. Суфле остывает.

– Суфле?

Мы вернулись в обеденную пещеру. Кейти быстро стряхнула с себя впечатления от неожиданного визита, достала из духовки суфле и велела мне сесть на свое место и закрыть глаза. Я повиновался. Она поставила передо мной тарелку. Как будто я мог съесть хотя бы кусочек. В разбухшем от воды тике больше места. Мой нос ощутил аромат. Рот наполнился слюной. Кейти села.

– О’кей, налетай.

Я открыл глаза. Это было шоколадное суфле, политое чем-то вроде малинового соуса и посыпанное сахарной пудрой. Рядом лежал шарик мороженого с корицей.

Сочетание горячего и холодного, шоколада и малины, корицы и сахара было божественным. Спустя пять минут я отложил ложку. Тарелка была пуста. Кейти посмотрела на меня поверх своей ложки.

– Вкусно?

– Лучший десерт в моей жизни.

Она кивнула:

– Спасибо.

Мы сидели, оба в отблесках красновато-оранжевого пламени камина и золотистого пламени свечей. Мне хотелось спать. Момент был идеальным, и я старался не думать о прошлом, но это было трудно. Перед моим мысленным взором мелькала Кейти в разных обликах: вот она вся в муке на кухне, вот стоит на корме моей лодки и забрасывает удочку поперек течения, вот на скутере мчится по Парижу, вот плачет у могилы, вот находится в винных погребах. Разные женщины. Я не мог не думать о жизни, которая ждала ее впереди. Сколько она сможет скрываться? Сколько она продержится? И когда она будет беззащитной, кто откроет вместо нее дверь?

Свечи догорели, огонь в камине погас. Я откинулся назад, вытер губы.

– Думаю, это был лучший ужин в моей жизни.

Кейти смотрела в камин и ответила, не глядя на меня:

– Благодарю.

Она зевнула. Я встал.

– Ты готовила. Я все уберу.

– Спасибо. – Кейти положила салфетку на стол. – Пойду, приму ванну и лягу спать.

– Увидимся утром.

Она подошла к двери, прислонилась к косяку.

– Я знаю, что ты, скорее всего, уже скучаешь по своей лодке и… Мне нужно еще несколько дней побыть здесь.

Я начал собирать тарелки.

– Мои лодки отлично обойдутся без меня. – Я погладил себя по раздувшемуся животу. – Я только начинаю привыкать к такой еде.

– Мне, видимо, нужно было спросить тебя об этом раньше. Ты бы не хотел посмотреть окрестности? Как насчет экскурсии перед тем, как мы отправимся назад?

Я почувствовал, что Кейти ищет предлог. Ей просто нужно больше времени.

– Мне бы это очень понравилось.

– Правда? – Она как будто удивилась этому.

– Правда.

– Значит, ты не слишком торопишься вернуться домой?

– Тарпона можно будет ловить только через пару недель. У меня есть время.

– Неплохо, наверное, планировать свою жизнь вокруг рыбы.

Я пожал плечами:

– Тогда отправимся завтра?

– Увидимся утром.

Я вернулся в свою комнату к «Снежной королеве».