Уроки итальянского - Мейв Бинчи

— Чудесные новости!

— А все благодаря той странноватой женщине, которой мы сдали комнату. Не говорите никому ни слова, мисс Кларк, но у нас появилась жиличка — наполовину итальянка, наполовину ирландка. Говорит, что была замужем за итальянцем, но он погиб, только все это враки. Я уверена, что она была монашкой. Но, так или иначе, она начала заниматься с Джерри, и тот меняется буквально на глазах.

Пока в доме не появилась Синьора и не растолковала ему, Джерри вообще не понимал, для чего нужна поэзия, — говорила Пегги. — А теперь учитель английского просто не нарадуется на мальчика. Раньше Джерри даже не понимал, что на уроках истории им рассказывают о событиях, которые происходили на самом деле, думал, что все это сказки, а теперь потихоньку начал разбираться.

Фрэн с грустью подумала о том, что ее младшая сестра, на которую она тратит столько времени, тоже никак не может взять в толк, что латынь — это язык, на котором когда-то разговаривали люди. Может быть, эта Синьора сумеет раскрыть глаза и ее Кэти?

— А чем она зарабатывает на жизнь, эта ваша жиличка? — поинтересовалась она.

— О, для того, чтобы это выяснить, понадобится десяток частных детективов. Я думаю, немного вышивает, подрабатывает в больнице, но осенью она будет преподавать здесь, в школе, итальянский язык, а уж его-то она знает в совершенстве. Слышали бы вы, как Синьора поет итальянские песни! Она целое лето готовилась к открытию этих курсов. Замечательная женщина, доложу я вам, просто великолепная, но… чокнутая. И здорово чокнутая!

Решение было принято немедленно: Фрэн записывается на курсы. Они с Кэти будут посещать их каждый вторник и четверг, и они, черт побери, выучат этот язык, причем будут делать это с удовольствием. Их научит та сумасшедшая женщина, которая распевает итальянские песни. Кто знает, а вдруг это поможет бедной, нервной, напряженной Кэти немного расслабиться, а самой Фрэн — забыть Кена, который уехал в Америку, бросив ее здесь.

— Учителя говорят, что Кэти делает большие успехи, — с гордостью заявила она вечером, когда семья собралась за кухонным столом.

Мать, переживая крупный проигрыш, который постиг ее в тот день, безуспешно попыталась изобразить энтузиазм.

— Еще бы, — сказала она, — а как же иначе! Она у нас умненькая девочка.

— Они не говорили обо мне ничего плохого? — осторожно поинтересовалась Кэти.

— Нет, не говорили. Сказали, что ты прекрасно справляешься с домашними заданиями и что учить тебя — истинное удовольствие.

— Я хотел бы услышать это собственными ушами, — заявил отец. — Жаль, что я не пошел, но я боялся не поспеть вовремя.

Кэти и Фрэн простили отцу эту наивную ложь. Теперь это уже не имело значения.

— У меня обалденная новость, Кэти. Мы с тобой будем учить итальянский язык — ты и я.

Семейство Кларков удивилось бы сильнее лишь в том случае, если бы Фрэн сообщила о том, что летит на Луну. Кэти вспыхнула от радости.

— Ты будешь учиться вместе со мной?

— А почему бы и нет! Я всегда мечтала побывать в Италии, а подцепить итальянца мне будет гораздо легче, если я выучу их язык.

— Ты думаешь, у меня получится?

— Конечно, получится! Это мне, необразованной, сложно, а ты, я уверена, станешь гордостью группы. Кроме того, это будет очень интересно. Женщина, которая там главная, будет ставить нам записи итальянских опер, показывать картины и угощать итальянской едой. Здорово, правда?

— А это не очень дорого, Фрэн?

— Нет, не очень, зато представь себе, сколько получим от этого мы, — сказала Фрэн, думая о том, не свихнулась ли она, делая такие заявления.

Этим летом Кен осел в маленьком городке в штате Нью-Йорк. Он снова написал Фрэн: «Я люблю тебя и всегда буду любить. Я понимаю, ты должна заботиться о Кэти, но все же… не могла бы ты приехать сюда? А она приезжала бы к нам на каникулы, и ты бы с ней занималась. Я собираюсь снять крохотную квартирку, но если бы ты согласилась приехать, мы купили бы дом. Ведь Кэти уже шестнадцать лет, Фрэн, и я не могу ждать тебя еще целых четыре года».

Фрэн поплакала над письмом, но оставить Кэти сейчас она не могла. Добиться, чтобы хотя бы один человек из семьи Кларк поступил в университет, было ее заветной мечтой. Кен уверял, что у них будут собственные дети, что они смогут спланировать их жизнь и предоставить им самые благоприятные возможности, но Кен не все знал. Фрэн слишком много вложила в Кэти и не могла ее оставить. Девочку, конечно, не назовешь интеллектуалкой, но она не была и дурочкой. Появись она на свет в состоятельной семье, перед ней были бы открыты все дороги. Она поступила бы в университет, поскольку это было бы само собой разумеющимся, дом ломился бы от книг, а у Кэти — достаточно времени, чтобы их читать.

Фрэн пробудила в Кэти надежды. И теперь она уже не могла пойти на попятный и оставить ее на попечении матери, которая не отходит от игральных автоматов, и отца, который, конечно, желает младшей дочери добра, но занят только поиском мелких случайных заработков, чтобы удовлетворять свои немудреные запросы.

Без нее, Фрэн, Кэти просто пойдет ко дну.

Лето выдалось на удивление теплое, и туристов в Ирландию съехалось больше, чем когда бы то ни было. В универмаге решили продавать специальные наборы для пикников, с которыми отдыхающие могли бы направиться прямиком в парк. Эта идея принадлежала Фрэн и оправдалась на все сто процентов.

Мистер Берк из колбасного отдела с сомнением качал головой.

— Я работаю здесь уже не один десяток лет, мисс Кларк, но еще ни разу не слышал о том, чтобы нарезать бекон, поджаривать его, а потом делать сандвичи. Он ведь остынет и станет невкусным. Почему бы не делать сандвичи, как это было принято всегда, — с тонко нарезанной ветчиной?

— Видите ли, мистер Берк, сейчас принято есть бекон поджаренным и хрустящим. Если нам удастся сделать сандвичи вкусными и упаковать их так, чтобы они долго оставались теплыми, уверяю вас, что от покупателей отбою не будет.

— А вдруг выйдет так: я нарежу бекон, поджарю его, наделаю сандвичей, а их никто не станет покупать? Что с ними делать тогда, мисс Кларк, выбрасывать?

Он был очень милый человек, трудолюбивый и услужливый, но боялся любых нововведений.

— Давайте проведем эксперимент: начнем продавать такие наборы, а через три недели решим, продолжать это дело или прикрыть.

Правота Фрэн блестяще подтвердилась в первые же дни. Покупатели выстраивались за наборами в длинные очереди. Сандвичи продавались по заниженной цене, поэтому магазин на этом, конечно, терял, но зато выигрывал в другом: если уж покупатель зашел в универмаг, то он не ограничивался парой сандвичей и по пути к кассе обязательно брал что-нибудь еще.

В выходные Фрэн и Кэти сходили в Музей современного искусства и съездили на трехчасовую автобусную экскурсию по Дублину. «Мы должны знать город, в котором живем», — объяснила Фрэн. Экскурсия им очень понравилась. Они посетили два протестантских собора, в которых никогда не бывали раньше, проехались по парку Феникс, с гордостью за свою родину любовались воротами в георгианском стиле и окнами, украшенными затейливой лепниной.