Отпуск с папой - Дора Хельдт

М. Мерц

Через четверть часа, когда мы с Гезой разгружали посудомоечную машину, в кухню вошла Марлен с четырьмя чашками в руках.

– Непостижимо! – Она поставила чашки на стол. – От нашей пенсионерской команды не дождешься, чтобы они убрали за собой. Даже стол бросили на том же месте.

Я выглянула из окна.

– Они уже ушли? Папа даже не попрощался.

Геза ухмыльнулась:

– Эй, сделка у него получилась что надо, поменял старого на двух малых.

– Они что, ушли с детьми втроем? И Карстен тоже?

– Нет, – покачала головой Марлен. – Карстен отправился пить кофе с Нильсом и Доротеей. Хочет разглядеть ее под микроскопом. Они с Хайнцем еще не решили, благословлять этот союз или нет.

Геза сочувственно на меня посмотрела:

– Как ты это терпишь? Доротея пообжималась разок с Нильсом, и Хайнц ставит на уши его отца, ты два раза поговорила с господином Тиссом, и вот он уже брачный аферист. Неудивительно, что вы обе живете отдельно.

– Ну, не так уж все плохо…

– Не нужно его защищать, дорогая. – Геза взяла свой рюкзак. – Хайнц симпатичный, но такого отца я бы себе не хотела. Ну, пойду, увидимся завтра, хорошего вам дня.

Марлен тихо вздохнула:

– Ох уж эта молодежь, говорят то, что думают. А мы, старые клюшки, вечно разводим дипломатию. Как-то несправедливо.

– Точно. Возможно, иногда нужно доверять своему мнению.

Тут мы услышали громкое урчание, по звуку поняли, что это мопед, и одновременно пригнулись.

– Ну, Кристина, вот твой шанс. Доверься себе – и вперед!

Я выглянула в окно, стараясь, чтобы он меня не заметил. Гизберт фон Майер, не снимая шлема, направился к дверям пансиона.

– Только посмотри на него, – сдавленно прошептала я. – Эти тонкие ручки, тощие ножки и огромный шлем. Если он его не снимет, я хлопнусь в обморок.

– Эй, есть кто-нибудь? – Голос звучал глухо, видимо, он даже не поднял щиток.

Марлен взяла себя в руки.

– В конце концов, это все-таки пресса.

Она набрала воздуха и громко крикнула:

– Мы на кухне, правая дверь!

Гизберт вздрогнул – держа шлем под мышкой, он уже стоял в дверях.

– Добрый день, дамы, надеюсь, я не помешал.

Я натянула дипломатическую улыбку:

– Разумеется, нет, здесь все равно нечем заняться. Мы просто стоим и пялимся в окно. Как дела?

Он просиял и пригладил тонкие рыжие волосы.

– Спасибо, превосходно. Я хотел пригласить тебя на небольшой экспресс-тур по острову, Кристина. И специально взял второй шлем.

Я перевела взгляд на мопед. На руле действительно болталось какое-то ярко-красное чудище. Марлен закашлялась, мне казалось, я слышу, о чем она думает. Гизберт сделал приглашающий жест.

– Прошу?…

– Нет, спасибо, – ответила я, не глядя на Марлен. – Мне очень жаль, но нам еще нужно кое-что сделать, подготовить и все такое, я действительно не могу уйти.

Он разочарованно повернулся к Марлен.

– Но ведь в пивной сегодня делают пол. И здесь уже все завершено. – Гизберт указал на прибранную кухню.

Марлен поймала мой отчаянный взгляд.

– Салфетки, – значительно произнесла она, – нам еще надо свернуть салфетки. Для открытия пивной.

– Ах… – Гизберт забарабанил тонкими пальчиками по шлему. – Но это не займет много времени.

Не придумав ничего лучшего, я сказала:

– Я жду звонка от своего друга.

Гизберт склонил голову набок и слабо улыбнулся:

– У тебя нет друга. Мне Хайнц говорил. Или… – Тут ему что-то пришло в голову, и стало видно, как заработала его мысль. Он выпрямился. – Отложить – не отменить. Значит, в другой раз. А где, собственно, Хайнц?

– Ушел. Они с Калли сегодня работают няньками.

Гизберт фон Майер вытер капельки пота с розового лба.

– Как с ним связаться в экстренном случае?