Путешествие хорошего пса - Брюс Кэмерон

— Привет! — крикнул он.

Подойдя ближе, я понял, кто это — Трент!

Я сильно удивился — не думал, что когда-нибудь увижу его снова.

Но люди могут организовать все что угодно, именно поэтому Сиджей всегда находила меня, когда я был ей нужен. Трент и Сиджей обнялись, а я встал на задние лапы и потянулся к нему. Он засмеялся и нагнулся, чтобы поднять меня.

— Осторожно, — предупредила его Сиджей.

— Кто это? — поинтересовался Трент, смеясь от восторга, пока я лизал его лицо. Я был так счастлив его видеть!

— Это Макс. Поверить не могу, что он так ведет себя с тобой. Обычно люди ему не нравятся.

— Он очаровательный. Что за порода?

— Чорки, наполовину чихуахуа, наполовину йорк. Ух, мне нравится, как ты обставил квартиру!

Трент засмеялся и опустил меня. Он жил в самом лучшем доме на свете: ни единого предмета мебели, и я мог свободно повсюду носиться.

— Всю мебель мне сделали на заказ, — ответил он. — Откроем вино? Господи, я так рад тебя видеть!

Я принялся обследовать дом, пока они с Сиджей разговаривали. Там было еще две комнаты, такие же пустые. Я поймал себя на том, что пытаюсь почуять запах Рокки, но его нигде не было. Наверное, брата уже давно нет в живых. Тогда почему же Трент не завел новую собаку? Разве человеку не нужна собака?

— Ну что, как твоя новая работа? — спросила Сиджей.

— Компания прекрасная, я чувствую себя у них как рыба в воде. А ты как? Как твоя актерская карьера?

— Я выступала на нескольких мастер-классах по актерскому мастерству. Так здорово! Непередаваемое ощущение, когда все тебя слушают, смеются над репликами, аплодируют… Просто супер.

— Странно, что дочь Глории хочет играть на сцене и быть в центре внимания, — заметил Трент. — Кто бы мог предположить нечто подобное?

— И как странно, что инвестиционный банкир дает бесплатные психотерапевтические консультации.

Трент рассмеялся.

— Ты права, извини. Я и сам проходил психотерапию — если ты живешь в Калифорнии, это просто необходимо. Хотя кое с чем она мне действительно помогла.

— Мне очень жаль Рокки.

Услышав имя брата, я на секунду остановился и посмотрел на них, а затем продолжил свое исследование.

— Да, Рокки… Заворот желудка. Ветеринар говорит, что у больших собак такое часто встречается.

Я уловил печаль в голосе Трента и, пробежав через всю комнату, прыгнул к нему на колени. Трент поймал меня и поцеловал в макушку.

— И как же у тебя появился Макс?

— Я живу совсем рядом с тем местом, где в Центральном парке раздают собак из приютов.

— Подожди, ты живешь возле парка? Похоже, тебе удалось сделать блестящую актерскую карьеру.

— Нет. То есть, да, я живу в замечательном месте, но я присматриваю за собакой и квартирой одного парня, Барри. Он представляет какого-то боксера, который тренируется для боя в Африке.

— Этот щенок — самое милое создание в мире, — сказал Трент.

— Правда? Ты ему тоже нравишься.

— Слушай, давай закажем еду. Я просто смотрю на тебя, и мне хочется есть.

— Как это понимать? — резко спросила Сиджей. Я спрыгнул с колен Трента и подошел к ней.

— Ты такая худенькая, Сиджей.

— Я актриса, ты забыл?

— Да, но…

— Достаточно, Трент.

Он вздохнул.

— Раньше мы доверяли свои секреты друг другу, — сказал он после секундной паузы.

— У меня все под контролем.

— Ты не пускаешь меня к себе в душу, Сиджей.

— Что, опять сеанс психотерапии?

— Я по тебе скучаю. Скучаю по нашим разговорам.

— Я тоже, — мягко сказала Сиджей. — Но некоторые вещи я не хочу обсуждать ни с кем.

Наступила минутная тишина. Я поставил лапы на колени Сиджей, она подняла меня и поцеловала в нос. Я завилял хвостом.

Они еще немного поговорили, а потом пришел мужчина и принес пакеты с едой. Мы все вместе уселись на полу, и они стали есть прямо из пакетов, а мне дали кусочек курицы, который я съел, и кусочек овоща, который я выплюнул.

— Как ее зовут? — в какой-то момент спросила Сиджей.

— Лисель.

— Подожди, Лисель? Ты встречаешься с одной из фон Траппов?^[4] — рассмеялась Сиджей.

— Она немка. То есть она живет здесь, на Манхэттене, но приехала сюда с родителями из Европы, когда ей было девять.

— То есть ты регулярно приезжаешь в Нью-Йорк и мне не звонишь.

— Да, есть такое, — признался Трент.

— Ну все. Макс, фас! Хватай его за горло.

Я услышал свое имя, но не понимал, что мне делать. Сиджей показывала на Трента, поэтому я побрел к нему, а когда он наклонился, я лизнул его в лицо, и они оба рассмеялись.

Когда мы вышли, Трент и Сиджей долго стояли возле двери и обнимались, а из их сердец струилась любовь. В тот момент я понял, что для Сиджей будет лучше, если она оставит Сникерс и Графа и переедет жить сюда, в это замечательное место без мебели, где они с Трентом смогут любить друг друга. Сиджей нужен партнер, спутник жизни, так же как Итану была нужна Ханна, а Тренту нужна собака.

А если те двое глупых животных тоже переедут сюда с нами, то понадобится еще и диван, чтобы Сникерс было где прятаться.

— Я очень рад тебя видеть, — сказал Трент.

— Я тоже.

— Ладно. Теперь будем встречаться чаще.

— Правда? Будем сидеть на полу и ужинать?

— Или даже соберемся вчетвером. Вместе с Лисель и Греггом.

— Наверное, — ответила Сиджей.

— Что? — Трент отодвинулся и взглянул на нее.

— Ничего. Просто… Грегг еще не… Его семейная ситуация еще не разрешилась.

— Ты шутишь?

— Прекрати.

— Ты же не хочешь серьезно сказать, что…

Сиджей приложила руку к его губам.

— Не надо. Все было замечательно. Пожалуйста, пожалуйста. Я знаю, ты заботишься обо мне, Трент, только не осуждай.

— Я никогда не осуждаю тебя, Сиджей.

— А у меня такое ощущение, что осуждаешь.

— Хорошо, — сказал Трент, — хорошо.

Сиджей немного расстроилась. Мы вышли вдвоем из здания и пошли домой.

Я предполагал, что теперь мы будем видеться с Трентом каждый день. Но того, что произошло на следующий день с Бивисом, я и представить себе не мог.