Сдохни, тварь, или Любовь цвета одиночества - Наталья Штурм

Стрелочки, как ни странно, действительно вывели меня на поляну. Огромное пространство было заполнено спортивными тачками и их владельцами.

— Чудак, ты зачем меня сюда пригласил?! — обрушилась я на приятеля по телефону. — Здесь самая «медленная» машинка набирает пятьсот лошадиных сил! А мой «паркетник» максимальное двести семьдесят шесть может выжать. И чего я сюда приехала?!

— Сейчас я позвоню ребятам, тебя посадят рядом с пилотом, прокатишься. Удовольствие сумасшедшее!

— Вы готовы? — без здрасьте, небрежно бросил пилот разукрашенной «БМВ».

— Да, — неуверенно ответила я. — Страшно очень!

— Страшно — не садись, — быстро ответил он. — Если решишь ехать, в туалет сначала сходи, здесь все жестко. Если первый раз — можно описаться от страха.

Мне не хотелось, но главный приказал, надо выполнять. Ему виднее.

Я зашла в биотуалетную кабину и огляделась по сторонам — туалетной бумаги, естественно, не было. Вместо нее сбоку за трубой торчала оборванная газета.

Я оторвала от нее кусок, хотела скомкать и тут обомлела… С обрывка газетного листа на меня смотрел портрет Роберта. Под портретом была надпись: «Восьмой космический турист».

Я судорожно вырвала из-за трубы всю газету и пулей вылетела из сортира. Так и я шла по поляне, не видя куда, и строчки расплывались у меня перед глазами:

«…прошел медкомиссию в Институте медико-биологических проблем РАН. Полгода подготовка велась в обстановке строжайшей секретности… возможности своего организма… в небольших самолетах, симулирующий невесомость…»

Статья была местами порвана, видимо, ктото до меня ходил в туалет.

Из обрывков статьи я узнала, что Роберт Дмитриевич Крылов, успешный российский бизнесмен, забронировал ложемент в космическом корабле и в ближайшее время планирует совершить суборбитальный полет. Полгода велась подготовка, изучалось устройство корабля «Союз», проходили тренировки на выживаемость в лесу и на море. Вдруг космический корабль свалится в море? А тут — оп! — навыки пригодились!

Подготовка немного осложнилась тем, что для Р.Д. Крылова понадобилось новое кресло, он не помещался в обычном. Для этого пришлось заплатить еще один миллион долларов. Всего за освоение космоса Крылов Р.Д. заплатил тридцать миллионов долларов. Финансировать космонавтику в наше время дело почетное и статусное. Космические туристы на дороге не валяются.

Теперь ясно, почему опытные детективы не смогли найти его «ни на земле, ни под землей».

В космос улетел мой сокол.

— Ну что, ты едешь?! — крикнул пилот разукрашенной «БМВ». Его машина была самая красивая, с огромными турбонаддувами. Она практически лежала на земле. Рычащий зверь.

Мы подъехали к черте, и машина, угрожающе порыкивая, застыла в готовности.

— На старт! — Машины взревели, запах горелой резины и бензина. Отмашка флажком. — Вперед!

Мы сорвались с места. Как оказалось, гонщик «БМВ» приделал к машине ускорители от истребителя. Поэтому мы не поехали, а практически взлетели. От страха мои внутренности съежились до размера печени муравья. И я тут же представила, как страшно будет Роберту одному взлетать в темно-синюю бездну и находиться там две недели, оторванному от земли. Зачем ему это? Показной героизм? Тяга к загадочному и неизведанному? Как он решился на такой шаг, обыкновенный деревенский мужичок, любящий посасывать пиво в теньке березок загородного участка.

Обо всем этом я начала думать, когда трое друзей гонщика суперкара вынимали меня по частям из машины. Всего каких-то несколько секунд, а ощущение, будто полжизни пролетело.

Я села на травку и снова развернула газету, которую все это время не выпускала из рук.

«Полет планируется осуществить…», дальше кусок газеты был вырван.

Меня мутило от заезда плюс потеря главного врага в жизни — я пошла по рядам гонщиков и всем задавала один и тот же вопрос:

— Простите, вы в туалет не ходили? Вы не отрывали кусок газеты?

Один гонщик признался, что ходил и отрывал.

— Ой! Спасибо! Ваш помощник не может посмотреть, не отпечаталось ли число отправки моего мужа в космос на вашей, простите, жопе?

Я очень надеялась, что смелые парни мне помогут.

И действительно, через несколько минут пилот вышел из машины, застегнул штаны и, смачно сплюнув под ноги, доложил:

— Вы опоздали. Он уже улетел.

Я возвращалась домой, заливаясь слезами, потому что я не успела сказать своему бывшему мужу главного.

Но нельзя терять надежду.

Следующий день я провела в Звездном городке.

Руководитель офиса космических путешествий приятный мужчина лет сорока подробно рассказал мне о подготовке полета.

— Выход на орбиту занимает всего девять минут. А скорость семь км в секунду. А чтобы кости не сместились, а тело не расплющилось, космический турист занимает определенную позу на специальном кресле. А под ним точный слепок его тела. Не волнуйтесь, все будет отлично. Вернется ваш бывший муж в целости и сохранности. У нас все выверено — неприятностей никаких быть не может. Гарантируем.

— Скажите, а как он вел себя во время тренировок? Он себя нормально чувствовал? — волновалась я.

— Лучше всего у него получалось самое экстремальное упражнение — вращение на громадной центрифуге. Она создает эффект перегрузок, действующих на тело в момент запуска или возвращения на землю.

— А это не испортит здоровье? — усомнилась я.

— Они специально тренируются, привыкают. Другое дело… Как бы это выразить словами… у вашего бывшего мужа слишком сильная любовь к супу харчо, — улыбнулся специалист.

Я порылась в памяти, но безуспешно.

— Когда мы заказывали питание для космонавтов, он попросил в качестве бонуса взять тридцать тюбиков супа харчо для себя лично. Но мы согласились, все-таки такие большие деньги уплачены!

Что-то скребнуло у меня в душе… Суп харчо…

— Спасибо, что вы мне все рассказали. Мы его потеряли, он никому ничего не сообщил, теперь я буду знать, что он в порядке, — благодарила я.

— Все мы в детстве хотели стать космонавтами, — дружелюбно приобнял меня руководитель офиса. — У некоторых это мечта сбылась.

Я задумалась.

— Нет, знаете ли, я точно помню, что Роберт не хотел стать космонавтом. Он и с крыши дома-то боялся прыгнуть. Его поступок для меня полная неожиданность.

— Ну, ничего, ничего… Прилетит, поговорите, все выясните. Знаете, как люди меняются после полета? Словно другая жизнь начинается. Сами увидите. Ждать осталось недолго. Через три дня завершение полета. Приезжайте встречать вашего героя.

Через три дня я приехала на подмосковный аэродром Чкаловский. С минуту на минуту сюда спецрейсом доставят космонавтов и здесь их будут встречать родные. Что он скажет, когда увидит меня? Интересно, как он изменился…