Сдохни, тварь, или Любовь цвета одиночества - Наталья Штурм

— Все, ухожу от тебя! Не могу больше! — собирала я сумку после очередного скандала.

И вижу его, он стоит с лейкой возле своих горшков и плачет:

— Вот видишь, я цветочки поливаю… А ты никогда…

В киевской квартире на подоконнике стояли цветы. Это был знак.

Я немедленно купила билет на поезд и поехала в Киев. Вышла помятая из поезда ранним утром — солнце, тепло!..

«А что? Может, он правильно выбрал место для новой жизни. Надо повнимательнее присмотреться, Киев издревле славился своею красотой».

Целый день я гуляла по городу, снимала виды с Владимирской горки, потом села на трамвайчик и проехалась по маршруту Пуща — Водица. Киев чем-то напомнил мне Прагу — те же трамвайчики, широкая речная мощь. Только, слава богу, нет Андрюхи, никто не подложит мне «Злата Гусу»…

Все будет хорошо. Я найду здесь Роберта. И раз он выбрал такой уютный город, сравнимый с тихой музыкой, значит, что-то осталось еще человеческое в его душе. Может, он изменился?

Я подошла к дому, в котором поселился Крылов Р.Д., и посмотрела на его окно. Цветов не было. Значит, явка провалена. Это у несчастного профессора Плейшнера цветок на подоконнике означал, что туда идти не нужно. В нашей истории цветы должны были быть обязательно. Нет цветов — нет Роберта.

Я позвонила в дверь квартиры.

Только приготовилась ответить на московский вопрос «кто там?» — дверь распахнулась.

На пороге стоял… Роберт. Но не совсем… Внешне отличить этого человека от моего Роберта было практически невозможно. И рост, и темные волосы, и даже ноги скобками. Но я-то вижу, что это не мой Роберт. Какая-то с ним проблема…

— Ви хто? — спросила я на всякий случай по-украински.

— Я отут живу, — ответил неробертовым голосом удивленный мужчина.

— И як вас кличуть? — не отлипала я.

— Крилова Роза Дмитрiвна… А що злучилося?

И тут я увидела, что у мужчины сиськи. Самые настоящие, третьего ядреного размера.

Из-за его спины показался другой мужчина. Тоже похожий на Роберта, но не Роберт. Он подошел к первому нероберту и, ревниво обняв его за плечи, спросил:

— Дiвчинка, якись проблеми?

— А можно мне пройти? — перешла я на русский от расстройства. Найти двоих Робертов и оба не мои.

— Проходите, будь ласка, — гостеприимно распахнули четыре руки нероберты.

Квартирка была махонькая и очень скромная. Скорее от неприхотливости жильцов, чем от бедности.

На кухонной столешнице были выставлены горшки с цветами. Те самые, что на снимке детектива.

— А що цветы с подоконника прибрали? — перешла я на два языка.

— Так захирели ж, — потрогал листики первый нероберт, тот что с сиськами.

— От ваших транссексуальных наклонностей и захирели, — смело предположила я, точно зная, что этот народ не агрессивен.

Они скромно улыбнулись и нежно приобнялись.

— Почему мне дали ваш адрес?.. Здесь должен проживать Роберт Дмитриевич Крылов. Ошибки быть не может, я видела документы на квартиру, — наехала я, стараясь говорить помягче.

Они сели на один стул и стали внимательно слушать. Точнее, на стул присел второй нероберт, без сисек, а тот, что с сиськами, уселся к нему на колени.

— Що було дали? — заинтересованно спросил первый.

— Я вам чего, сюда сказки приехала рассказывать?! — взвинтилась я. — Это вы мне расскажите, извращенцы, куда вы моего Роберта дели и от кого вы скрываетесь?!

Нероберты пошушукались о чем-то, кивнули друг другу и начали свой рассказ:

— Моя Розочка раньше была Робертом, — начал мексиканский сериал второй нероберт. — Я ее полюбил, и мы решили, что, если Розочка станет девушкой, мы будем совсем счастливы. Потом Розочка сделала много операций. Мы столько пережили вместе! Сами мы из Москвы, но решили переехать в Украину. Много злых людей вокруг нас было… Да и родители никогда не поймут. Вот мы и решили ото всех сбежать, начать новую жизнь.

— А в документах почему ОНО не «Розочка», а Роберт? — продолжала я допрос.

— Документы еще переделать не успели. Но прямо в ближайшее время, вот уже на днях, — начал успокаивать меня «сисястый».

— Скажите, почему вы не любите транссексуалов? — обидно скорчил губы натуральный нероберт.

Я встала, чтобы проститься.

— Я люблю транссексуалов. Я их просто обожаю!.. Только не могу понять, как можно отрезать это сокровище.

Розочка и «нероберт без сисек» проводили меня до стоянки такси, расцеловали на прощанье и долго махали вслед, пока машина не скрылась за поворотом.

На следующий день я вернулась в Москву.

Детективы с Лубянки развели руками.

— Все. Остался только один Роберт Крылов. Скорее всего, это ваш. Больше пропавших мужчин означенного возраста в России не зарегистрировано.

— А вы проверяли в списках моргов или недавно усопших? — не теряла я надежду.

— А вы как думаете? Это первое, что мы сделали. Его нигде нет. Ни на земле, ни под землей.

— Но как же так?! — возмутилась я. — Вы обещали найти моего бывшего мужа, хвастались результатами, грамотами — и где он?! Хотите, я вам еще столько же заплачу, только найдите его! — взмолилась я.

Агент выстроил на лице тоскливую гримасу и запричитал:

— Дорогая вы наша, мы сделали все, что могли. Нету вашего Роберта. НЕ-ТУ!

— Но не мог же человек вот так бесследно пропасть? — не сдавалась я со слезой в голосе.

— Этот последний скорее всего ваш и есть, — повторил детектив. — Но можно годами ждать, когда он объявится или обнаружиться где-то. А если человек намерено скрывается, поверьте, он может очень хорошо спрятаться! И даже переделать внешность. Отыскать такого «невидимку» практически невозможно. Хоть весь мир перекопай. Конечно, мы будем продолжать работать с вашим заказом, но вы будьте готовы к тому, что времени уйдет масса. Может, даже много лет…

Прошло четыре месяца.

Я выезжала с автомойки, когда позвонил приятель-театрал. Тот, который водил меня по театрам и знал обо всех новомодных веяниях в стране.

— Слу-у-шай, мать, хочешь поучаствовать в дрэг рейсинге? — спросил он уверенный, что я знаю, о чем идет речь.

— С удовольствием. Только объясни, что нужно делать, — мое настроение нужно было исправлять любым способом. Даже суперэкстремальным.

— Берешь свою тачку и едешь по такому адресу. На шестидесятом километре свернешь с трассы и дальше стрелочками будет указан путь к месту соревнований. Там тебе все объяснят.

Ранним воскресным утром я поперлась в эту авантюру, не зная толком, как туда добраться. Но мне казалось, что гонки — это как раз то, что мне сейчас нужно. Взревет мотор, я понесусь наперегонки с ветром, и все дурные мысли вылетят из головы.