Мальчик, сделанный из кубиков - Кит Стюарт

Когда наконец после десятка подсказок и переписываний Сэм воспроизводит все слова правильно, я чувствую себя выжатым как лимон. Но по крайней мере, с этим пунктом программы мы расправились.

– Чем займемся теперь? – спрашиваю я.

– «Майнкрафтом»? – говорит он просто.

И мы без дальнейших разговоров наперегонки мчимся на второй этаж, делая вид, будто пытаемся оттереть друг друга в сторону.

– Думаю, нам стоит включить монстров, – предлагаю я. – Если их убивать, можно набрать много очков опыта.

– Но они нас прикончат. Мне так не нравится.

– Ничего страшного, Сэм, это ведь просто игра.

– Ну ла-а-а-а-адно.

Мы расширяем замок, надстраиваем еще два этажа и сооружаем между ними каменные лестницы. Затем начинаем разгораживать комнаты, делаем из дубовых досок полы и развешиваем по стенам факелы, чтобы было светлее. Сэм скрупулезно выверяет форму и размеры каждого закутка, исправляя мои многочисленные отклонения от плана, существующего в его голове. Потом мы принимаемся обносить наш замок по периметру стеной, ровняя холмы с землей и засыпая впадины, чтобы расчистить пространство. Намечаем места для четырех угловых башен, чтобы наш замок начал походить на фотографию Тауэра из книжки Сэма. А потом на наш маленький мир опускается ночь. Голубое небо за окошками, которые мы проделали, становится оранжево-красным, затем багрянец сменяется чернотой.

– О нет, – восклицает Сэм со смесью тревоги и возбуждения. – Сейчас появятся монстры!

– Все в порядке, не глупи. – Я легонько толкаю его в плечо.

Некоторое время абсолютно ничего не происходит, лишь с полей слышится негромкое мычание скота да заунывно играет музыка. Потом внезапно откуда-то поблизости раздаются странные звуки: зловещие стоны, раскатистый рев, следом за ними – гортанное повизгивание. Сэм затыкает уши и отводит взгляд. На пороге показывается зомби; его мертвые глаза бессмысленно таращатся в пустоту, обрубки рук тянутся вперед. Сэм вздрагивает и визжит.

– Выхожу наружу, – объявляю я, наслаждаясь тем, что представляется мне комически напряженным моментом.

– Не-е-ет! – вопит он. – Зомби тебя убьет!

Решаю поддразнить его и медленно продвигаюсь по направлению к двери, ближе и ближе.

– Я хочу подружиться с зомби! – говорю я.

– Нет, ему не нравятся друзья!

– Иди сюда, зомби, хочешь пирожное?

– Нет!

Сэм бросает свой джойстик и пытается завладеть моим. Какое-то время мы боремся за обладание им, пока я не замечаю, что ночь закончилась и всходит солнце, озаряя помещения замка теплым светом. Зомби, которого рассвет застал врасплох, вспыхивает огнем.

– Аааа, мой друг! – завываю я. – Вот видишь, ничего кошмарного с нами не случилось. Он взорвался!

Перекусив крекерами с треугольничками плавленого сыра и пончиками, мы со свежими силами беремся за работу и в приступе архитектурного энтузиазма достраиваем все четыре высокие башни, аккуратно выводя стены, чтобы скруглить их. И снова мы утрачиваем ощущение того, что отделены от игрового мира экраном; нет, мы находимся в нем, добываем камень в наших каменоломнях, возводим строительные леса, чтобы добраться до самых высоких мест, любуемся долиной и морем вдалеке с зубчатых стен нашего замка. Сэм мастерит себе меч; я предлагаю дать ему имя, как это делают воины в «Игре престолов». Он нарекает свой меч «Головорезом».

За работой вдруг понимаю одну вещь. Обычно, когда мы с Сэмом играем вместе – в те редкие моменты, когда он готов сосредоточиться, – это все равно одиночество вдвоем: я присматриваю за ним, руковожу им или беспокоюсь за него. Или когда мы играем в кубики или в «Лего», я сооружаю что-нибудь, чем он играет от силы несколько минут или просто сразу же крушит. Здесь же мы вот уже несколько часов кряду действуем заодно – ну, во всяком случае, пока я делаю то, чего он от меня ждет. Но в этом есть один неоспоримый плюс. В этой вселенной, которая подчиняется недвусмысленным правилам, где логика проста и линейна, главный Сэм.

Но мне не терпится поскорее узнать об этом мире побольше, поскорее начать наш поиск Сокровищ Короны.

– Идем, – говорю я. – Давай отправимся в экспедицию. Будем искать золото и алмазы.

– Только нужно включить обратно мирный режим, – говорит Сэм. – Нам понадобится броня и факелы.

– Да ладно, мы осторожно.

Он пожимает плечами и кивает, вероятно чувствуя мою досаду и опасаясь, что мне надоест играть и я уйду вниз. Мы мастерим, или, на майнкрафтовском жаргоне, крафтим, несколько кирок и выдвигаемся в сторону гор, прорубая себе дорогу через лес и собирая по пути грибы и яблоки. Одолеваем крутой склон, перескакивая с блока на блок, мимо свиней и коров, которые опасно балансируют на краю скалы. Когда мы добираемся до вершины, нам открывается вид на наш мир – ландшафт без конца и края, уходящий в туманную даль лоскутным одеялом аляповатых цветов, точно какой-то гигантский пейзаж в духе экспрессионизма.

Идем дальше по каменистой тропке, которая выводит нас к чему-то, напоминающему вход в пещеру. Входим и оказываемся в огромной каменной полости. В дальнем конце зияет длинная темная расселина, напоминающая глубокий шрам в земле.

– Смотри! – Сэм указывает на восточную стену, и посреди многочисленных серых камней я замечаю розоватые точки – железную руду. – Нам нужно железо, тогда мы сможем добывать алмазы!

Принимаемся долбить каменистую породу и обнаруживаем пласты угля, уходящие вглубь горного склона. Яростно работаем кирками, сравнивая наши находки.

– У меня двенадцать блоков железной руды!

– А у меня двадцать блоков угля!

– Думаю, мы можем найти там клад, – говорю я.

Продвигаюсь вперед, обдумывая, не скрафтить ли несколько факелов, но тут мы замечаем, что небо снаружи изменило оттенок.

– Ночь наступает, ночь наступает! – кричит Сэм.

– У нас еще есть время, – упираюсь я.

Но времени у нас нет. Солнце заходит быстрее, чем я ожидал. Надо построить шалаш и дождаться утра, но Сэм выскакивает из пещеры и начинает карабкаться вверх по склону.

– Подожди! – кричу я.

Теперь мы оба бежим обратно к дому, петляя между деревьями в сгущающихся сумерках. Озираемся по сторонам, выискивая намек на движение в раскидистой листве. Темнота стремительно сгущается, и скоро разглядеть что-то становится очень трудно. Сэм бросается вперед, и чернота поглощает его.

– Не могу вспомнить, куда идти! – признаюсь я.

Неожиданно слышится странное пощелкивание, которого я раньше не слышал, оно доносится из листвы. Решаю, что это, наверное, какое-нибудь домашнее животное, возможно, курица, но тут что-то бьет меня в спину, и я немедленно понимаю, что серьезно ранен.

– Ох, нет, это скелеты! – кричит Сэм. – У них луки и стрелы!