Фанатка - Рейнбоу Рауэлл

– Они просто одержимы друг другом, – сказала Кэт так, словно это одна из прописных истин. – Всю пятую книгу Саймон следит за Базом, так и сяк описывая его глаза. Будто статья из тезауруса о слове «серый».

– Не знаю, – сказал Ливай. – Мне сложно уложить это в голове. Почти как услышать, что Гарри Поттер – гей. Или герои «Энциклопедии Браун».

Кэт громко засмеялась:

– Ты большой фанат «Энциклопедии Браун»?

– Замолчи. Мой папа раньше читал мне эти рассказы. – Ливай вновь закрыл глаза. – Ладно, продолжай.

– С тобой… что-то не так? – спросил Саймон, сам не веря своим словам.

Ему и дела-то до этого не было. Если Баз ответит «да», Саймон, скорее всего, скажет: «Хорошо!» Но казалось неправильным не спросить. Может, Баз и самый омерзительный на свете человек… но все же человек.

– Это не я здесь круги выписываю, как гиперактивный псих, – проворчал Баз, поставив локти на стол и положив голову на ладони.

– Ты выглядишь… подавленным.

– Да, я подавлен. Подавлен, Саймон.

Баз поднял голову и развернул к нему стул. Выглядел мальчишка и впрямь ужасно. Глаза впали и налились кровью.

– Последние шесть лет, – сказал он, – я жил вместе с самым эгоцентричным, несносным придурком, который когда-либо держал в руках волшебную палочку. А теперь, вместо того чтобы праздновать Рождество с моей обожаемой семьей, пить подогретый сидр и есть сырные тосты, вместо того чтобы греть руки у камина моих предков… я играю роль измученного актера массовки в чертовом шоу «Саймон Сноу».

Саймон уставился на соседа.

– Что, уже Рождество?

– Да… – простонал Баз.

Саймон хмуро обошел кровать. Он совершенно позабыл, что уже наступила рождественская ночь. Он подумал о том, что бы сказала о нем Агата. Или Пенелопа…

– Пенелопа… – вздохнул Ливай.

Кэт не останавливалась.

Может, его друзья ждали, когда Саймон им позвонит. Он даже не купил им подарков. В последние дни все, кроме поиска беляков, утратило значение. Саймон стиснул зубы, квадратный подбородок напрягся. Да и разве может остальное быть важным, когда над школой нависла угроза? Наверняка он что-то упускает из виду. Саймон ускорил шаг. Камень в башне, грязное оконное стекло, символ, книга Мага…

– Я сдаюсь, – заныл Баз. – Пойду утоплюсь в крепостном рву. Передай моей маме, я всегда знал, что она любит меня больше всех.

Саймон остановился возле стола База:

– А ты знаешь, как спуститься ко рву?

– Сноу, я же не по-настоящему собрался покончить с собой. Прости, что разочаровал тебя.

– Нет. Просто… ты ведь иногда ходишь на ялике?

– Как и все.

– Только не я, – сказал Саймон. – Я не умею плавать.

– Да ладно… – прошипел Баз, вкладывая в слова свойственную ему язвительность. – Хотя вряд ли бы тебе захотелось поплавать в крепостном рву. Тебя бы схватили мервульфы.

– А почему они не трогают лодки?

– Серебряные шесты и брасы, понимаешь ли.

– Ты возьмешь меня с собой?

Стоило попытаться. Крепостной ров Саймон еще не проверял.

– Ты хочешь покататься со мной на лодке? – спросил Баз.

– Да, – ответил Саймон, вздернув подбородок. – Ты сделаешь это для меня?

– Зачем?

– Я… хочу узнать, каково это. Я никогда раньше не пробовал – да какая разница? Сейчас рождественская ночь, а тебе все равно нечем заняться. Кажется, даже родители не выносят твоей компании.

Баз резко встал, серые глаза угрожающе сверкнули из-под густых бровей.

– Ты ничего не знаешь о моих родителях!

Саймон отступил на шаг. Баз был выше его на несколько дюймов (пока) и при желании выглядел довольно устрашающе.

– Я… слушай, прости, – сказал Саймон. – Ну, так ты сделаешь это?

– Хорошо, – проговорил Баз, погасив вспышку ярости. – Надень плащ.

Кэт взглянула на Ливая. Глаза парня были все еще закрыты. Через секунду он приоткрыл один глаз.

– Это конец?

– Нет, – ответила она. – Я просто не знаю, продолжать ли мне. Суть ты, наверное, уловил.

Ливай закрыл глаза и покачал головой:

– Не глупи. Продолжай.

Кэт задержала взгляд на Ливае. Посмотрела на лоб в морщинках и щетинистые русые волосы на подбородке. Губы у Ливая были крохотными, но пухлыми. Как у куклы.

«Интересно, откроется ли его рот так широко, чтобы откусить яблоко», – подумала Кэт.

– Видимо, твое безумие заразно, – с недовольством сказал Баз, отвязывая веревку.

На зиму лодки составили друг на друга и скрепили вместе. Саймон совсем не подумал о холоде…

– Замолчи, – тем не менее сказал он. – Будет весело.

– В этом-то и дело, Сноу. С каких пор мы веселимся вместе? Я даже не знаю, как ты обычно веселишься. Полагаю, отбеливаешь зубы. Или от скуки рубишь драконов…

– Мы уже веселились вместе, – возмутился Саймон.

Он знал лишь, как спорить с Базом, – да к тому же тот ошибался. За шесть лет они ведь веселились?

– Помнишь, – сказал он, – как на третьем курсе мы сражались с химерой?

– Я сам заманил тебя туда, – ответил Баз. – Надеялся, что успею скрыться от этой твари, прежде чем она нападет.

– И все же было весело.

– Сноу, я же пытался тебя убить! Уверен, что хочешь плыть со мной? Наедине? В лодке? А если я вытолкну тебя за борт? Позволю мервульфам решить все мои проблемы…

– Вряд ли ты это сделаешь. – Саймон изогнул губы в улыбке.

– И что меня остановит? – Баз отвязал последнюю веревку.

– Если бы ты действительно хотел от меня избавиться, – задумчиво проговорил Саймон, – то давно бы это сделал. Еще ни у кого не было столько возможностей. Вряд ли ты мне навредишь, если, конечно, это не часть твоего грандиозного плана.

– Так, может, в этом и заключается мой грандиозный план, – закряхтел Баз, доставая лодку.

– Нет, – сказал Саймон. – На этот раз план мой.

– Всемогущий Алистер Кроули! Сноу, ты поможешь или как?

Они отнесли лодку к воде, на ходу Баз легонько покачивал шестом. Только сейчас Саймон увидел серебряный наконечник.

– А как же бои снежками? – сказал Саймон, спуская лодку на воду.

– Что?

– Мы постоянно дрались снежками. Было весело. А еще едой. Помнишь, как я с помощью заклинания плеснул тебе в лицо подливу…

– А я запихнул в микроволновку твою волшебную палочку.

– Ты разрушил всю кухню, – засмеялся Саймон.