Цвет неба - Джулианна Маклин

– И снова ты права.

Мое сердце забилось сильнее, и я спросила:

– Он с нами?

– Нет, он сегодня на работе. Будем только ты и я.

Я смотрела на деревья, пролетающие мимо открытого окна. Ветер раскачивал их ветви.

– Давненько я не ходила под парусом. Надеюсь, я нас не утоплю, – заметила я.

– Помнишь, как завязывать булинь? – спросил Мэтт.

– Кажется.

– А рифовый узел?

– Ага.

– А правый – это какой борт?

– Правый, – расхохоталась я.

Как только мы выехали на шоссе, Мэтт прибавил газу.

– А как ты отреагируешь на команду: «Готова к маневру»?

– Пригнусь, чтобы меня не ударило рангоутом.

Он улыбнулся.

– Думаю, все будет идеально.

То осеннее утро выдалось необычно теплым, и Мэтт опустил стекла в машине, пока мы ехали к причалу. Мы говорили о родственниках, особенно о брате Мэтта, Гордоне, который был биржевым маклером, и его жене, Рите, учительнице. Я слышала, что в прошлом году Гордон женился, но, насколько мне было известно, Рита была родом из Бостона и в Кэмдене еще ни разу не была. Мэтт рассказал, что в январе у Риты и Гордона должен родиться первенец.

Спокойная и расслабленная, я высунула руку в окно и почувствовала на раскрытой ладони дыхание ветра. Когда мы добрались до Марблхеда и двинулись к пристани, я уже с нетерпением предвкушала ощущение ветра, дующего в лицо.

Вскоре мы уже проехали по исторической части города, мимо церкви «Lady Star of the Sea», и повернули направо, в сторону яхт-клуба, расположенного рядом с портом.

По сходням мы вскарабкались на борт пришвартованной совсем рядом со входом в гавань «Риты», названной в честь дражайшей половины Гордона. Мэтт поднялся на борт и протянул мне руку, и я ступила на сверкающую деревянную палубу.

– Какая красавица, – восхитилась я.

Яхта была выполнена из клена, и мне тут же бросился в глаза начищенный до блеска штурвал. Я подняла голову, чтобы рассмотреть длинную мачту. Над головой в голубом небе кружили чайки, носились в порывах ветра, взывая друг к другу. Где-то поблизости послышался звон корабельного колокола.

– Да, была бы эта красавица моей… – ответил Мэтт, пройдя за мной и направляясь к люку, ведущему в кают-компанию.

Я ощутила на своей шее его влажное и теплое дыхание, и моя кожа покрылась мурашками. Взволнованная, я наблюдала, как Мэтт открыл люк.

– Можешь положить тут свои вещи, – сказал Мэтт и спустился по трапу в темную кают-компанию. – Я взял с собой сэндвичи.

Я последовала за ним вниз, положила сумочку на кожаное сиденье, расположенное вдоль левого борта уютной кают-компании, пахнувшей лимонным маслом. Тут был крепкий стол, походная плитка и двухместная койка.

– Прекрасная яхта. Часто ты на ней ходил? – поинтересовалась я.

– Мы купили ее в Виргинии в прошлом году, – ответил Мэтт. – За месяц до свадьбы Гордона. И вместе отправились с ним под парусом.

– Он решил в последний раз оторваться перед свадьбой?

– Возможно. Хотя на самом деле, мне кажется, сейчас он счастлив, как никогда. Рита – настоящий подарок.

– Как здорово.

Мэтт стоял передо мной, такой красивый в полумраке кают-компании, и мое сердце выскакивало из груди. Но вдруг перед глазами мелькнуло лицо Питера, и мне стало жутко неловко перед моим парнем.

– Готова к отплытию? – спросил Мэтт.

Яхта медленно качалась на волнах, бьющихся о причал.

– «Рита», кажется, готова, – ответила я.

Я успокоила себя и постаралась не усложнять ситуацию, думая о Питере. Он обо всем знает. Я не сделала ничего предосудительного.

– Тогда пора выйти на палубу, – сказал Мэтт. – Ветер в самый раз. Такой нельзя упускать.

Я последовала за ним по трапу, и мы вместе взялись за такелаж – развернули грот, вставили рейки, разобрались с гарделем. С тяжеленным гротом Мэтт справился сам, собрав все силы, чтобы натянуть канат. Мышцы его рук и плеч напрягались с каждым движением. Когда грот взмыл на верхушку мачты, он развевался на ветру, словно флаг.

Я помогла привязать концы грота, а потом мы вместе высвободили и подняли кливер-шкот.

Мэтт взялся за штурвал. Я отвязала швартовы, и яхта заскользила по волнам.