Чудотворец - Дмитрий Константинов

– А что у вас с Юрой? Слышал, какой-то конфликт был?

– При чем здесь Юра? – насупилась девушка. – Мы же взрослые люди! Ты знаешь – для этого даже не надо быть экстрасенсом, – мне не он нужен!

Николай и Настя посмотрели в глаза друг другу.

– А я тебе… хоть чуть-чуть нужна?.. Нет?

Пару секунд они еще смотрели друг на друга, затем Николай привлек Настю к себе и поцеловал. Девушка обвила его шею руками, но в какой-то момент Николай, словно очнувшись, отстранил Настю.

– Нет, извини… Домой надо, нормально выспаться – выступление вечером…

Последние слова он произнес на ходу, не глядя на девушку.

* * *

Арбенин зашел в квартиру, и практически тут же из комнаты появилась Анна Владимировна в халате.

– Ты куда пропал?! Полночи искали!.. Мог хотя бы сказать?!

– Мама, не сейчас!

– Думать же надо: у тебя концерт вечером!

– Что у меня вечером?!

– Ну, не концерт – выступление, – смутилась Анна Владимировна. – Что ты к словам придираешься?

В прихожую вышел Юра.

– Мама, иди спи!.. Не надо с утра скандалить!

Николай ушел в свою комнату и принялся расправлять кровать. Следом зашел улыбающийся Юра – видно, что ему не терпелось чем-то поделиться с братом.

– По ходу, ты прав был насчет Насти! Она уже до этого подходила мосты наладить, а вчера вместе тебя искали – в офис заехали, потом сюда – нормально так поболтали… Что ты молчишь?

– Что сказать? Поздравляю…

– Не с чем еще, но… Она даже извинилась. «Извини, – говорит, – тогда, у подъезда, я не должна была так грубо с тобой»… Я такой: «Нет, это ты меня извини, такого больше не повторится». А сам думаю: «Повторится-повторится!..» – он рассмеялся.

– Юрка, я спать хочу… – Николай тоже улыбнулся, хоть и через силу.

– Да-да, сейчас! Только скажу… Спасибо, брат! Если б не ты – я бы уже задолбал ее своим нытьем! А так… Все, все, спи! Меня уже нет!

Николай какое-то время сидел молча, глядя в одну точку. Беззвучно выругавшись, он снял водолазку и с силой швырнул ее на стул.

* * *

Вера сидела в кресле с книгой в руках и прислушивалась к тому, что происходило в соседней комнате. Там было тихо.

Ставицкий, сосредоточенный и потный, держал перед собой руки на уровни груди, ладонями друг другу. Ладони дрожали от напряжения, а между ними в воздухе висел теннисный шарик. Наконец Виктор опустил руки и откинулся на спинку кресла. Тяжело дышит, вытирая пот со лба, и широко улыбается.

Потрясенный Денис какое-то время не мог сказать ни слова.

– А я так смогу?

– Если будешь заниматься… Подними шарик, дай его мне.

Денис нашел теннисный шарик, укатившийся под журнальный столик, и подал отцу. Виктор положил его на столешницу.

– Для начала попробуй сдвинуть с места. Руками не трогай, смотри на него. Главное – очень хотеть, чтобы он покатился…

– Давай лучше повторим, что мне на сцене делать?

Ставицкий приложил палец к губам и указал глазами на дверь. Мальчик в ужасе прикрыл рот рукой, а Вера в соседней комнате, отшвырнув книгу, встала и быстро пошла к ним.

– На какой сцене?!

– Я же просил не мешать, когда мы занимаемся.

– Надеюсь, ты не собираешься взять Дениску на сцену?!

– Почему нет? – Ставицкий улыбнулся. – Он сам хочет. Да, Дениска?

Мальчик, насторожено глядя на мать, коротко кивнул.

– Не смей его в это втягивать!

– Давай не при сыне?

Ставицкий встал, и они прошли в соседнюю комнату.

– Ты слышишь меня? Не смей этого делать!

Виктор закрыл дверь и с интересом повернулся к Вере.

– Давно ты на меня так не смотрела – забыл уже… – после пары секунд молчания он добавил: – Все? Успокоилась?

– Я не пущу… Не позволю!

– Сейчас у меня нет сил с тобой спорить…

Ставицкий пристально посмотрел Вере в глаза… а когда она очнулась на кровати, в одежде, был уже вечер – настенные часы показывали начало девятого…

* * *

В зале, как обычно, свободных мест не было. Арбенин стоял в проходе между рядами и держал ближайшую зрительницу за запястье.

– Ой… жжется!..

– Еще чуть-чуть потерпите?

– Все-все, горячо же!

Она выдернула руку и показала зрителям: в том месте, где держал Николай, рука сильно покраснела.

– Ожога не будет, не волнуйтесь… Кто-то еще хочет попробовать?

Рядом поднялась женщина в очках.

– Дайте руку.

И тут женщина начала говорить – сбивчиво, взволнованно:

– Я не об этом… У меня в мозгу опухоль – доброкачественная – врачи говорят, удалять нельзя… Голова все время болит, ночью спать не могу. Можно сделать, чтобы она как-то прошла… рассосалась?

– Пока не знаю, – медленно проговорил Арбенин. – С понедельника начинаю прием по адресу Булавин переулок, дом три. Приходите, постараюсь помочь.

После выступления Николай и доктор Губер, который упаковывает в коробку аппарат для измерения давления, сидели в комнате отдыха.

– Ну вот, совсем другое дело!.. Точно ничего не беспокоит?

Николай, погруженный в свои мысли, отрешенно помотал головой.

В комнату вошел Юра и первым делом спросил у доктора Губера:

– Нормально все?

– Отлично! С таким здоровьем можно в космос лететь!.. Ну, все, до завтра?

Юра вскинул руку в прощальном жесте, Николай не отреагировал.

Когда доктор вышел из комнаты, Юра улыбнулся брату:

– Сегодня не так весело было… Вчера – вообще, конечно!..

– Клоун не в форме, – буркнул Николай.

– Конечно, не в форме! Всю ночь бухать – потом на сцену!

Николай поднял голову, встретился взглядом с братом.

– Как у тебя с Настей? Вечером идете куда-нибудь?

– Сам же сказал: не гнать? – удивился Юра. – Днем заезжал к ней – поболтали, а так… Она сегодня допоздна в офисе – пусть работает!

Николай кивнул, соглашаясь, но ничего не сказал.

– Домой едем?

– Иди, я… Прогуляться хочу, попозже приду.

– Только не пей сегодня, я тебя умоляю!

– Успокойся! – поморщился Николай.

Несколько минут спустя он задумчиво прогуливался по сумеречной аллее. В конце концов, нашарил в карманах мелочь, выбрал двушку и направился к телефону-автомату.