Заколдованный участок - Алексей Слаповский

Анна была уже не рада идее с наведением тумана: этот туман, казалось, весь отпечатался на лице Евгения, обычно довольно спокойном и однообразном.

А Евгений, отвезя жену домой, поехал в администрацию.

18

Евгений поехал в администрацию и долго о чем-то толковал с Андреем Ильичем, а потом и со Львом Ильичем. Вернувшись, сообщил:

– Зашел сегодня к Шаровым. Работу тут предложили. Так что останусь здесь. Ты не рада, что ли?

– А я и сама не пойму, – печально сказала Анна. – Вроде радоваться должна. Вроде только этого и ждала – чтобы вместе.

– Ну, и в чем дело?

– Понимаешь, Жень... Я раньше тебе верила. Только как женщина может верить – без всяких сомнений. Липкину чуть не обозвала, когда она про тебя рассказала. Я тебе верила до донышка, Женя. А теперь не верю, понимаешь? Если раньше всему верила, теперь ничему не верю.

– Ты не думай об этом, – хмуро сказал Евгений, ощущая необъяснимое и, главное, беспричинное чувство вины.

– Не могу. Только об этом и думаю.

– К экстрасенсу сходи, полечит, – пошутил Евгений.

– Да без толку.

– Я не понял. Мне уезжать, что ли?

Анна промолчала.

И тут Евгений, удивляясь сам себе, заговорил. Позже, вспоминая об этом, он решит, что это было неспроста. Хоть и ударил он экстрасенса, но, видимо, тот что-то такое успел ему внушить, потому что ни до, ни после Евгений никогда не произносил подобных слов. Слова были такие:

– Ладно, Ань. Откровенность за откровенность. Ну, было у меня в жизни раза два. То есть даже один, второй не получилось. Да и один-то так, по пьяни, можно сказать...

– Врешь, больше было. И не по пьяни, – проницательно сказала Анна, но, что удивительно, без злости и обиды. Поэтому Евгений не стал лукавить.

– Ладно, больше. Но я всегда всем говорил: девушки, учтите, у меня жена и я ее люблю. Потому что, Ань, я давно понял, что жить, кроме тебя, ни с кем не могу и не хочу.

– Ты хоть думай, что говоришь! – укорила Анна. – Там ты скачешь, а тут у тебя стойло, что ли? Жеребец нашелся! Как это называется вообще?

– Называй, как хочешь. По-моему – любовь вообще-то. Потому что я без тебя... Ну, короче, как бы... Типа того, хм... Ну, жить, что ли, не могу.

Анна отвернулась. Евгений это понял по-своему.

– Ясно, – сказал он. – Я пошел.

– А ужин я кому готовила? Выбрасывать все теперь? Садись за стол! – сказала она строго и хозяйственно, будто ее и в самом деле волновало лишь то, чтобы не пропал приготовленный ужин.

А Нестеров опять смотрел фильмы, старые фильмы с участием Одри Хепберн, и опять лег под утро, и опять проснулся поздно.

19

Он опять проснулся поздно и, совершая пробежку, встретил Анну. Анна выглядела слегка утомленной, но счастливой.

– Доброе утро, Анна Антоновна! – крик– нул Нестеров. Анна остановилась, оглянулась и сказала:

– Вы вот что. Вы, пожалуйста, держитесь на расстоянии, хорошо? Поиграли, понаводили тумана, хватит. Игра закончилась.

– Это я понял. Значит, можем решать?

– Насчет чего?

– Насчет дома. Сами же просили.

– Да нет, без надобности теперь, Евгений тут захотел остаться. Вам же легче, хлопотать не надо. А за помощь, конечно, спасибо.

Нестеров огорчился, хотя и несильно (у него имелись более серьезные причины для более серьезных огорчений).

– Что ж получается, обманули вы меня, Анна Антоновна! – сказал он с шутливой обидой.

Анна тут же ответила:

– А я даже и не отказываюсь! Вы нас обманываете, мы терпим, так что и вы терпите! Я вообще поняла: мужики – такой подлый народ, что им надо мстить при первой возможности!

– Так и мстили бы своему Евгению, – с улыбкой сказал Нестеров.

– С какой это стати? – возмутилась Анна. – Вы мне никто, а он мне муж!

И поспешила к дому, а Нестеров долго еще стоял и смотрел ей вслед, продолжая улыбаться, но вдруг тихо сказал сам себе:

– Чего же так тошно-то, а?

И, нарушив режим, прекратил свою пробежку, пошел обратно домой медленными, мерными и нудными шагами усталого путешественника, хотя с чего бы ему устать, если он только что проснулся?