Поступки во имя любви - Роушин Мини

– В ней наверняка течет кровь йоркширского терьера, – сказал ветеринар, почесывая Долли макушку. – Помесь с еще одной мелкой породой, возможно, с мальтийской болонкой или чем-то подобным. Я не смогу сказать точно, не переговорив с ее первым владельцем. Откуда она у вас?

Одри назвала зоомагазин.

– Понятно, Майкл Браун.

Одри ждала продолжения, но врач больше ничего не сказал. Либо ветеринар встречался с Майклом Брауном только в хорошие дни, либо он в высшей степени дипломатичный человек.

– Долли чересчур подвижная, – пожаловалась она ему. – Мне с ней трудно справляться.

Врач кивнул:

– Вам потребуется много терпения. Домашняя дрессировка собаки – дело долгое, к сожалению. Но не бойтесь проявлять твердость, когда она делает что-то не то. Хлопните газетой по носу или по попе. Это не причинит ей ни малейшего вреда, но даст ей повод для размышлений.

– О! – Одри сомневалась, что у нее хватит духа применить к Долли физическое наказание, пусть даже минимальное и пусть даже она его заслужила.

– Скорее всего, она грызет у вас все подряд.

Одри кивнула:

– Абсолютно все.

– Купите ей резиновую косточку, она перестанет жевать все остальное. Некоторые рекомендуют старую тапочку, но, по-моему, этим вы только показываете собаке, что все тапочки можно грызть.

– Согласна с вами.

Ветеринар поднял Долли голову и осмотрел ее зубы.

– Ей примерно двенадцать-тринадцать недель от роду. И снова трудно сказать точнее, не переговорив с первым владельцем. Майкл говорил вам, сделаны ли щенку прививки?

– Нет, я забыла спросить. Вы не могли бы привить ее еще раз, даже если ей уже были сделаны прививки?

– Не слишком хорошая идея, – поморщился ветеринар. – Мне необходимо знать, была ли сделана первая вакцинация, чтобы мы не стреляли из пушки по воробьям. Вы не могли бы позвонить в зоомагазин и спросить у Майкла? Если Долли не привита, она рискует подхватить какую-нибудь заразу. Более того, вы очень рискуете, когда берете ее с собой на улицу, не зная наверняка, привита ли собака.

– Боже мой, неужели? – У Одри упало сердце. Звонить в зоомагазин после того, как она поклялась больше никогда не иметь дела с его хозяином? – Полагаю… я могла бы позвонить, – с сомнением произнесла она.

Ветеринар понимающе улыбнулся:

– Он лает, но не кусает, если вы понимаете, о чем я.

Одри его слова не убедили.

– И лая достаточно.

Этой встречи ей не хотелось больше всего на свете. Перспектива снова оказаться с этим человеком лицом к лицу была в высшей степени неприятной, но он оказался единственным человеком, который располагал информацией о прививках Долли. Визита было не избежать. Но больше никогда.

Она зайдет туда в понедельник по дороге из школы домой. А раз уж ей придется вернуться в зоомагазин, то надо будет купить переноску и резиновую косточку, которую рекомендовал ветеринар. Хотя ей невыносимо даже думать о том, что этот мрачный тип на ней заработает.

* * *

Когда Мег в третий раз заметила, что мужчина смотрит в их сторону, она поняла, что ей это не показалось. Либо она ему понравилась в своем темно-синем закрытом купальнике, видавшем лучшие дни, либо он следит за Руби. Мег огляделась в поисках спасателя. Тот был в дальнем конце бассейна. Отлично: когда он нужен, его никогда нет поблизости.

– Привет.

Мужчина неожиданно вынырнул из воды рядом с ней. Мег схватила Руби за левый надувной нарукавник и притянула дочку к себе. Та в изумлении посмотрела на мать.

– Я Зарек, – сказал мужчина. – Мы с вами в одном классе по рисованию.

– О… ну да, конечно.

Мег стало стыдно. Она ведь думала, что он охотится за ее дочкой.

– Я Мег, – назвала она свое имя, надеясь, что не покраснела как свекла. – Хотя ты, наверное, это знаешь. Прости, я не узнала тебя в этой… гм… шапочке.

Ей следовало бы узнать его. Хотя его белокурые волосы были убраны под ужасную резиновую шапочку для купания, Зарек оставался настолько привлекательным, что девушка по соседству с ними забыла о своем спутнике и откровенно глазела на него. Этим утром синева его глаз казалась особенно яркой, грудь без единого волоска покрывал красивый золотистый загар. Он мог бы сниматься в Голливуде, честно.

– Как это ты меня узнал? – Мег засмеялась, но собственный смех показался ей ужасно фальшивым. Так смеются на званом обеде, когда хотят быть вежливыми. – В моей шапочке, я имела в виду.

Все ее волосы были убраны под ужасный черный колпак. Черная шапочка, темно-синий купальник и, разумеется, ни грамма косметики. Это же надо, а? Говорить с самым привлекательным на свете мужчиной из тех, кого она встречала за все эти годы, и выглядеть самым неприметным образом!

– Я никогда не забывать лицо, – объяснил Зарек. – Даже нет волос для меня не проблема.

Его ломаный английский был очарователен.

– Это моя дочка Руби, – сказала Мег. – Мы приходим сюда утром каждую субботу.

Зарек торжественно протянул девочке руку, и девочка, бросив быстрый взгляд на мать, вложила в нее свою.

– Рад с тобой познакомиться. – Он улыбнулся. – Я Зарек из Польши. Руби – красивое имя.

Руби хихикнула и вырвала руку.

– Значит, ты по субботам не работаешь? – спросила Мег, пытаясь найти тему для разговора.

– Работаю, но сегодня я начинать работа в два часа.

– Понятно.

Интересно, кем он работает с таким слабым знанием английского?

– Я по выходным свободна, – объяснила Мег. – Я открыла собственный детский сад.

– А… Вы сами для себя босс.

Мег улыбнулась:

– Верно. И мне нравится.

С ним было легко болтать и приятно находиться рядом. Мег ощущала, что все женщины поблизости на них смотрят, и ей нравилось быть в обществе мужчины, который их привлекал. Точно так же ей понравилось бы, если бы женщины не сводили глаз с Генри.

Не то чтобы другие женщины часто смотрели на ее мужа. Он был безусловно презентабельным, но не из тех мужчин, кого называют красивыми. И хотя растолстевшим его никто бы не назвал, тело у него определенно было более рыхлым, чем у Зарека. На груди Генри росли темные волосы, она не была гладкой и золотистой.

Да и плавать Генри не ходил. От хлорки его тошнило.

Руби стало скучно.

– Нам лучше отпустить тебя еще поплавать, – спохватилась Мег. – Увидимся во вторник.

Что будет, когда она расскажет Фионе, что приняла его за педофила! Мег посмотрела Зареку вслед. Он плыл, аккуратно рассекая воду. Парень был моложе ее, но не намного.