Яд любви. Отель двух миров - Эрик-Эмманюэль Шмитт

Ведет его к креслам.

Он впадает в сомнамбулическое состояние.

Доктор С… А ждать вам придется здесь, в Отеле двух миров. Здесь вы избавлены от тех болей, которое ваше тело испытывает там.

Жюльен (почти убежденный). Я вам не верю. Что вы мне мозги пудрите, по-вашему, мое тело находится в другом месте?

Доктор С… Вы ощущаете боль в лодыжке? А ведь пару дней назад вы очень сильно растянули ногу, она у вас так распухла, что даже ходить не могли. Вам сейчас больно?

Жюльен без усилий шевелит ногой.

Доктор С… Сами видите. Ваше тело, из плоти и нервов, ваше уязвимое тело сейчас в реанимационной. А здесь вы просто пережидаете.

Жюльен. Что пережидаю?

Доктор С… Пока не решится ваша судьба. Либо вас спасут и лифт спустит вас вниз. Или спасти вас не удастся и вас поднимут наверх.

Жюльен воспринимает это откровение как удар. Оглушенный, он медленно озирается.

Жюльен. Наверх?

Доктор С… На сегодня хватит новостей.

Жюльен. Смерть?

Доктор С… То, что вы называете смертью.

Жюльен. И ничего больше?

Доктор С… Окончание этой жизни. (Пауза.) Моя работа состоит в том, чтобы дать вам необходимую информацию, которая поможет вам во время переходного периода.

Жюльен. А кто ваш наниматель?

Доктор С… видит, что в коридоре С мигает сигнал. Она хочет выйти.

Жюльен. А что это значит, коридор С, коридор В?

Доктор С… Как? Вы не догадались? Коридор С для тех, кто страдает случайно, от болезни или несчастного случая, а коридор В для волонтеров, иначе говоря, для самоубийц.

Жюльен. Вы ошиблись! Вы меня поместили в коридор В, но я не покончил с собой, я попал в аварию!

Доктор С… Да?

Жюльен. Я не нарочно врезался в это дерево!

Доктор С… Да? (Настойчиво.) Господин Порталь, у вас и сейчас в крови обнаружили алкоголь, но, вообще-то, вы пьете уже долгие годы. Вы пробовали и другие наркотики, сначала помягче, потом более серьезные, более редкие, но алкоголь лучше других помогал вам убежать от самого себя. Ваши дела шли очень плохо, ваша газета была под ударом, вам на это было совершенно наплевать, ваше поведение казалось вашим сотрудникам все более вызывающим, вы уже в течение долгих месяцев вели себя так, будто с цепи сорвались, и стремительно шли к гибели. Поймите, когда утром вас нашли, накачанного алкоголем, врезавшегося в дерево на скорости двести километров, пришли к выводу, что это самоубийство, длительное и давно запланированное самоубийство.

Жюльен в крайнем недоумении.

Жюльен. Длительное самоубийство? Я?

Доктор С… Да, алкоголь – самоубийство трусов. (Прерывает разговор.) Теперь прошу меня извинить, кроме вас, у меня есть и другие пациенты.

Выходит.

Жюльен садится, он в шоке и потерял дар речи от услышанного.

Маг просовывает голову в комнату. Он надел на голову восточный тюрбан, украшенный лунным камнем. Удостоверившись, что Жюльен один, он подходит к нему и протягивает свою карточку.

Маг. «Маг Раджапур, ясновидение во всех областях, предсказания по заказу, астрология, общение с предками, вращающиеся столы, гадание по внутренностям цыпленка, трансцендентная медитация. Маг Раджапур, древние науки Востока и Среднего Востока». (Пауза.) Конечно, мое настоящее имя Марсель. Марсель Пелюша. Родился на улице Фий-дю-Кальвэр, возле площади Республики, в Париже. Как иногда ошибаются все эти хромосомы и зародышевые клетки, эти крошечные умные зверюшки! (Пауза.) Хотите, я предскажу вам будущее?

Жюльен резко выходит из своего подавленного состояния.

Жюльен. Вы что, смеетесь надо мной?

Маг. Немного. Но некоторым только того и надо. Они мне даже за это платят.

Жюльен. Но не здесь же.

Маг. Даже здесь! Вы даже не можете себе представить, сколько я скопил здесь за полгода. Единственная проблема, что эти деньги в настоящий момент мне ни к чему, а будущее туманно. Но, с другой стороны, это как-то занимает.

Жюльен ударяет кулаком в стену.

Жюльен. Это невыносимо!

Маг (принимает на свой счет). О, вполне простительно для того, кто шесть месяцев находится в коме!

Жюльен. Да я об этом месте! Об этом ожидании!

Маг. Ну и что?! Вместо одной тюрьмы – другая, какая разница? Ни отсюда, ни из другого места от смерти не сбежишь, из окошка не выпрыгнешь, невозможно узнать, куда оно выходит.

Жюльен кружится на одном месте, как хищник в клетке.

Маг. Там, внизу, мы знали, что умрем, но поворачивались спиной к рельсам, отказывались видеть приближающийся поезд, думали, что ближайший поезд приедет не за нами. А здесь расписание поточнее. (Хлопает его по спине.) И вообще, представьте себе, здесь гораздо приятней. Да-да! Мы становимся гурманами, пользуемся положением. Сейчас я наслаждаюсь каждым моментом, разворачиваю его как конфетку, смакую.

Жюльен. А как здесь развлекаются?

Маг. В том-то и дело, здесь не развлекаются, а занимают время. Во-первых, здесь встречаешь множество людей. Если вам повезет и вы долго пробудете в реанимации (Жюльен явно шокирован), то вы увидите, как много здесь бывает народу. Каждый день приходят, уходят. Поболтать можно, вот как мы сейчас с вами, я не говорю ничего важного, ни умного, и вы тоже, но ведь мы болтаем, а значит, я существую, вы тоже, и между нами завязываются человеческие отношения. Это же прелестно, не так ли?

Жюльен. А зачем? Зачем вам человеческие отношения с людьми, которых вы больше никогда не увидите?

Маг (притворяясь обиженным). Если вам нравится общаться только с тем, что нетленно, тогда идите и разговаривайте со скалами, с горами. Но вообще я сомневаюсь, если они столь же непреклонны, как вы, вряд ли они вас удостоят хоть единым словом.

Он встает, чтобы выйти.

Жюльен (с улыбкой). Я тронут.

Маг (возвращается). Ну посмотрите сами, как забавна иногда жизнь… Ой, извините!.. (Поправляется.) Какой веселой может быть кома!

Жюльен падает в кресло.

Жюльен (со вздохом). Я в депрессии. Я всегда в депрессии.

Маг. Вы, наверное, были избалованным ребенком.

Жюльен. Почему вы так говорите?