Страница номер шесть. Член общества, или Голодное время. Грачи улетели - Сергей Носов

Третья...

Я встал.

Не извиняясь, вышел. Я пошел.

Я пошел искать Юлию. Ее нигде не было. В прихожей не было. В кухне не было. В комнате, в которой мы были с ней, тоже не было. Было окно, открытая форточка, бамбуковая палка в углу, которой задергивают занавески. Я подумал о галстуке. Теперь я был обязан это сделать. Я не мог поставить ее под удар. Я взял бамбуковую палку и просунул в форточку. Галстук висел на дереве. Скинуть галстук было непросто. Напротив окна. Я не мог дотянуться. Дотягивался. Палка была тяжелая. Чуть-чуть не хватало. А мог уронить. Но все ж дотянулся. Дотянулся до галстука. Скинул. Галстук по-вальтер-скоттовски, или как там его, упал в темноту ночи.

За моей спиной – теперь уже перед глазами – потому что я повернулся, – кресло стояло. В кресле могла бы сидеть Юлия. Если бы она сидела в кресле, она бы могла быть не замечена мною, когда я входил. Но в кресле она не сидела.

Когда я вошел.

Если бы Юлия сидела в кресле, она бы, незамеченная мною, за мною могла наблюдать. Как я это делаю – с галстуком.

Но ее не было в кресле.

Если б Юлия сидела в кресле, я б спросил: «Юлия, зачем ты не сказала мне, что он твой муж, Юлия». – «Ты разве не знал, я думала, знал», – она бы ответила. Мне.

Я не знал.

Я возвращался.

Я не думал, когда возвращался. Но если бы думал, я бы, наверное, думал, что мое отсутствие за столом останется незамеченным. Это не так. Меня ждали. Встреченный тишиной, сел я на место.

– Все хорошо? – спросила негромко Зоя Константиновна.

Я ответил ей:

– Да.

– Третье. Пятно, предположительно винное, на шестнадцатой странице Законов вавилонского царя Хаммурапи под общей редакцией профессора Тураева, восемь рисунков и карта, на карте след подстаканника.

– А не было ли там следов крови? – спросил профессор Скворлыгин.

– Не было, – ответила Зоя Константиновна.

Я увидел Юлию. Она сидела как ни в чем не бывало. Я не мог понять, откуда она появилась.

– Книжные пятна – это памятники материальной культуры эпохи. Книжное пятно как объект исследования есть след. След, нуждающийся в идентификации. Каждый исследователь должен знать: подсознание через него находит проекцию. Через пятно. Надо понять и усвоить: книжное пятно – визитная карточка индивидуальности. Но и ключ к пониманию менталитета, свойственного поколению или группе людей тоже. Книжное пятно – то место, где соприкасаются материальное и идеальное, в частности, пища питательная, продуктовая, гастрономическая, с пищей духовной, или, можно сказать, пища с не-пищей.

Юлия глядела на меня. «Не пей», – читал я в ее взоре.

– Я бы могла вам рассказывать долго. Но я вижу, это не всем интересно.

– Очень интересно, – сказал Долмат Фомич, – спасибо, Зоя Константиновна, мы вам благодарны. А теперь послушаем незабвенного Всеволода Ивановича Терентьева.

Он подошел к магнитофону и нажал кнопку.