Француженки не терпят конкурентов - Лора Флоранд

Дневной улов – одна одинокая посетительница. Печальная блондинка со стильной стрижкой. Погрузившись в раздумья, она сидела за столиком под полкой с остроконечной шляпой средневековой принцессы и пыльной резной совой, весьма зловещего вида. Блондинка – вероятно, по привычке – то и дело кокетливо встряхивала головой, так что перышки ее волос соблазнительно поблескивали, хотя сидела она одна в пустом кафе, а на обслуживающую ее особу эти обольстительные приемчики, очевидно, не производили никакого впечатления.

– А вы как думаете? – внезапно спросила женщина Магали, все еще разглядывая меню и его таинственные письмена так, словно в них заключалась жизненно важная загадка.

И загадки действительно там имелись, учитывая, что писала меню тетушка Женевьева, но они могли легко разрешиться. Если бы эта принцесса обладала находчивостью и живым умом, то взглянула бы на пояснительные детские рисунки на обороте.

Перышки на голове посетительницы вновь взлетели.

– Если мы действительно чудно провели время, а уж интимная сторона… ну, вы понимаете… оказалась поистине волшебной, ничего лучшего я в жизни не испытывала… так почему же с тех пор он ни разу не позвонил мне? Прошла целая неделя.

Магали прошествовала обратно в кухню, подавив желание начать вещать в духе тетушки Женевьевы, и, пристально глядя на шоколад и помешивая его, думала: «Перестань цепляться за первого встречного, а уж если тебе так чертовски хочется мужчину, по крайней мере найди нужного тебе. Ищи самого лучшего».

Женщина без всяких колебаний с ходу опрокинула в себя полчашки, что было удивительно, учитывая высокую калорийность напитка и стройность ее фигуры. Любой мог бы подумать, что такая «модель» с опаской отнесется к употреблению шоколада. Потом вдруг взбодрившаяся красотка промокнула рот тонкой салфеткой – с таким изяществом и ловкостью, что даже не смазала губной помады, а на салфетке остались лишь едва заметные пятнышки, – купила трех шоколадных ведьмочек и, покинув кафе, устремилась дальше по улице. Магали подошла к двери и увидела, что блондинка шла прямиком в салон Филиппа.

Она задохнулась от ярости: «Я вовсе не его имела в виду, желая тебе найти самого лучшего!»

Протопав назад в пустое кафе, она постояла в зале, сжимая пальцы, и наконец заставила себя признать, что здесь давно требуется хорошая уборка. Забравшись на самую верхнюю ступеньку стремянки, Магали встала на цыпочки и как раз смахивала пыль с ведьминских колпаков, когда серебряный колокольчик звякнул в третий раз.

– Une minute! – воскликнула она.

Верхняя шляпа в стопке заколебалась под перьевой метелкой, а когда она потянулась выше, пытаясь поправить ее, угрожающе зашаталась стремянка.

Что-то тяжелое стукнуло по столу, а потом две руки обхватили ее сзади. Ладони поддерживали ее ягодицы, а сильные пальцы прижались к бокам.

Рука Магали с метелкой дернулась, шляпы взлетели в воздух, и тут чьи-то сильные руки сорвали ее с лестницы. Помимо воли загораясь яростью, она зависла в воздухе, но через мгновение ее ноги почувствовали твердый пол. Ей совершенно не понравилось вот так вот барахтаться. И вообще позволять кому-то лишать ее точки опоры.

Шляпы рассыпались, одна шлепнулась ей на голову. Откинув со лба широкие черные поля, она сердито оглянулась. Это был Филипп Лионне. Его руки по-прежнему не отпускали ее, и их прикосновение порождало в ней трепетное желание, спускающееся к лону и поднимающееся к груди.

Он ответил ей таким же исполненным возмущения взглядом, каким она смотрела на него.